Банковское обозрение

Сфера финансовых интересов

  • Факторинг не нуждается в регулировании
12.12.2017 Аналитика
Факторинг не нуждается в регулировании

О развитии блокчейна, облачных технологий и о возможности регулирования рынка рассказал Виктор Вернов, генеральный директор компании «Открытие Факторинг»



 

— Факторинг считается одним из самых высокотехнологичных сегментов в финансовой отрасли. Чем это обусловлено, на ваш взгляд?

— Действительно, это технологичный рынок хотя бы потому, что связан с очень большим объемом документооборота. Серьезное влияние на его развитие также оказывает внедрение всевозможных распределенных реестров хранения данных, которые используются в факторинге. Высокие расходы на документооборот раньше делали этот продукт не столь интересным для участников рынка, поскольку убивали всю прибыль. Теперь объем информации, получаемый нами по электронным каналам связи, ежегодно растет, а качество и достоверность ее только повышаются.

— Соответствует ли современная экосистема рынка требованиям государственной вертикали власти?

— Мы видим позитивное отношение Банка России к техническим новшествам: от применения электронной подписи (ЭП) до организации распределенного реестра хранения и внедрения технологии блокчейн — все они, в конечном счете, направлены на повышение прозрачности отрасли.

Более того, технологичные пилотные проекты уже реализованы крупными игроками рынка, в том числе и нашей компанией. Борьба с издержками послужит дальнейшему повышению уровня диджитализации отрасли, причем эта перспектива не столько отдаленная — речь идет о горизонте в два-три года.

К нерешенным задачам пока относим правовой статус информации, хранящейся в распределенных реестрах, и возможность использовать ее в случае судебных разбирательств. Если с применением ЭП возможная доказательная база понятна, то с технологией блокчейн пока подобная практика еще не сформирована. Вместе с тем рынок становится все более цивилизованным. Мы оцениваем фактическое качество данных в распределенных реестрах как высокое. Это означает, что количество судебных дел с применением данной технологии будет стремиться к нулю.

— Какова ваша оценка уровня электронного факторинга в России?

— На полноценный электронный документооборот сейчас приходится около 25–30% рынка. При этом имеются все предпосылки для практически двукратного роста этого показателя в ближайшей перспективе.

— Что будет драйвером для роста цифровизации этого рынка?

— Пока таким драйвером выступают сами факторы. Под электронным документооборотом на рынке часто подразумевают электронное взаимодействие двух сторон сделки — фактора и поставщика. Крупным дебиторам, промышленным корпорациям бывает сложно полностью перейти на электронное взаимодействие, чаще оно является требованием фактора. Мы, как и другие участники рынка факторинга, помогаем сделать такой шаг безболезненно, предлагая собственные технологичные продукты, легко интегрируемые в IT-платформы потребителя. Если говорить о нашем опыте, то у нас работает целая IT-команда, выпущено уже несколько приложений. Можно на выбор подключиться к ERP-системам или выгружать данные регулярно.

Сейчас мы наблюдаем постепенную перемену отношения покупателя к возможности вести документооборот в электронном виде. Значимость этого сравнима, пожалуй, с примером внедрения процесса сдачи отчетности в электронном виде.

— Что помимо инертности потребителей сдерживает, на ваш взгляд, популяризацию факторинга в России?

— С одной стороны, опираясь на публичную статистику, констатируем, что доля факторинга в ВВП составляет 2,5%. По сути, это свидетельство определенной зрелости рынка. При этом сохраняется значимый потенциал его развития. Для сравнения: в Европе этот показатель равен 15%, в Великобритании — 17-18%.

С другой стороны, специфичность российского рынка факторинга заключается в неоднородном проникновении факторинга в наш ВВП. Связано это как с разными традициями делового оборота в коммерческом и государственном секторах, которые существовали до последнего года, так и с регуляторными ограничениями. Пример — пункт 7 статьи 448 ГК РФ. Создавалась эта статья для защиты от смены поставщика или покупателя в рамках тендерных процедур, но была упущена формулировка об уступке прав денежного требования. Рад сообщить, что в настоящее время соответствующая поправка в Федеральный закон принята и в 2018 году вступит в силу.

Как следствие до половины предприятий нашей экономики не имели доступа к факторинговым сервисам. Вместе с тем есть сегменты, связанные с той же торговлей, с бизнесом крупных коммерческих компаний, где факторинг только начал внедряться. Уже сейчас факторинг активно используют лидеры сегмента ретейл: «Ашан», «Метро», «X5», а уровень проникновения услуги в ретейле составляет примерно 15%, что сопоставимо с данными в Европе.

Таким образом, я вижу, что сейчас основная задача рынка — расширение и создание возможностей для того, чтобы факторинг проникал в новые сегменты.

— Великобританию чаще всего приводят в качестве примера развитого рынка. Какие страны можно считать ориентиром для развития отечественного рынка и факторинговых компаний?

— Я бы выделил четыре страны, которые показательны с этой точки зрения.

Действительно, Великобритания является примером того, что даже при значительном объеме ВВП можно достичь хорошего проникновения данного продукта, раскрыть его потенциал как инструмента финансирования торговых отсрочек платежа.

Турция — это пример другой деловой практики, при которой кредиторская задолженность является активом, отказаться от оплаты которого достаточно сложно. В России зачастую приемка товара не является автоматическим признанием обязательства, тогда как в турецком законодательстве подписанные отгрузочные документы близки к векселю либо к долговой расписке, а значит, к безусловному обязательству оплаты. Возможно, в силу этого в Турции очень много факторинговых компаний, рынок развивается опережающими темпами даже по сравнению с Россией.

 

Павел Самиев, НРА, БизнесДром и Виктор Вернов, «Открытие Факторинг»

Павел Самиев, НРА, БизнесДром и Виктор Вернов, «Открытие Факторинг»

Мне наиболее близок подход, реализуемый в Мексике. Здесь на государственном уровне действует единая система учета, так называемая квазибиржа дебиторской задолженности, а ее ключевым оператором является Национальная финансовая корпорация (Nafin). Не секрет, что в факторинге операционный риск и риск прямого мошенничества выше, чем кредитный. Существует угроза дважды или трижды профинансировать одно и то же право требования либо не убедиться в его достоверности и получить несуществующее право требования — то, что профессионалы называют «профинансировать воздух». В Мексике этот риск отчасти нивелирован системой хранения и учета дебиторской задолженности. Если в России объединить в аналогичную единую инфраструктуру госсектор или другой значимый сегмент экономики, это станет колоссальным импульсом для повышения прозрачности рынка. При таком подходе, «дебиторка» из эфемерной сущности станет более твердым, котируемым активом, условным баррелем нефти или пудом пшеницы. Мы видим подобные инициативы и считаем, что за ними будущее.

В качестве еще одного примера выделю опыт США. Факторинг в классической форме в Штатах занимает ничтожные доли процента в объеме ВВП, однако именно здесь распространен продукт, родственный факторингу, так называемый asset-based lending (ABL). Это фондирование под денежный поток, решение на стыке между овердрафтными инструментами и факторингом. В отличие от овердрафта, здесь возможны детализация вплоть до отсрочки по конкретной сделке и прозрачность источника погашения. Но, поскольку дебитор при этом массово не уведомляется, в нашей российской логике этот продукт ближе всего будет к скрытому факторингу. Доля его применения в ВВП США доходит до 25%. Это интересный и объемный рынок, выглядящий гигантом даже на фоне факторингового рынка Великобритании.

— Является ли перспектива регулирования рынка факторинга двигателем для его развития в России?

— В своем ответе озвучу в том числе голос рынка, поскольку являюсь председателем правления Ассоциации факторинговых компаний (АФК). Мы единодушны в том, что на данном этапе развития рынка регулирования не требуется.

Существует гипотеза в пользу этого решения. Приход регулятора может повлиять на сокращение стоимости фондирования. Текущая реальность такова, что подавляющее большинство факторов так или иначе являются дочерними структурами или близки к структурам крупных банковских холдингов. Это значит, что в вопросе фондирования от материнских структур каких-то изменений не произойдет.

— В чем тогда может быть еще выражена необходимость лицензирования рынка?

— Возможно, рассматривается необходимость расширения источников фондирования. В этом случае на рынок могут прийти средства физических лиц и неквалифицированных инвесторов, к чему отношение на рынке весьма неоднозначное. Положительный имидж факторинга как индустрии сохраняется благодаря в том числе отсутствию громких историй, связанных с привлечение массовых инвесторов на рынок.

— Кстати, банки сумели добиться сокращения просрочки в кредитовании малого и среднего бизнеса (МСБ) и превратить его за последние годы в полноценный клиентский сегмент. Каковы динамика и риски в факторинге для МСБ?

— Факторинг для малого и среднего бизнеса — зачастую гораздо более понятный продукт, чем банковские аналоги, и обходится к тому же дешевле, особенно если мы договариваемся о совместной программе с покупателем. Для сравнения: риск в факторинге составляет буквально 1-2%, а в случае с прямым кредитованием он значительно выше.

Несмотря на кризис, рост в сегменте МСБ в этом году будет достаточно впечатляющим, особенно на фоне роста самого рынка факторинга. Судите сами. За год весь рынок факторинга вырастет на 15–20%, и в сегменте МСБ темпы проникновения продукта не отстают!

— Сможете ли вы составить конкуренцию банкам по продуктовой линейке для малого и среднего бизнеса?

— Нужно понимать, что МСБ — это сектор, где вопрос ликвидности стоит наиболее остро. Зачастую именно фактор, а не банк закрывает для МСБ ключевую потребность в деньгах.

Если у компании возникла потребность в факторинге, то это значит, что она уже заключила сделку, осуществила отгрузку на условиях отсрочки платежа и подписала соответствующие документы. Наибольшая доля сделок сейчас проходит через тендерные площадки (и с каждым годом она будет только расти), а значит, компаниям требуются гарантии исполнения контракта, возврата аванса, тендерные гарантии и так далее.

Таким образом, формируется взаимо­связь продуктов, которая укладывается в единый концепт работы по отсрочке платежа, и факторинг встраивается в эту цепочку. Группа «Открытие» и мы увидели синергию в создании единой продуктовой платформы для дистрибуции факторинговых и гарантийных продуктов. Мы предоставляем возможность нашим клиентам получать доступ ко всем сервисам через единый личный кабинет.

Такой подход превращает нас в настоящую IT-компанию. Самый простой наш измеритель — это количество разработчиков, которое превышает количество сотрудников, связанных с прямыми продажами. Инвестиции в разработку позволяют нам поддерживать принцип использования личного кабинета как единого окна для наших клиентов, а также предлагать им высокотехничный и понятный сервис. Это удобно, в том числе для клиентов, которые приходят к нам через электронные торговые площадки, обеспечивающие сейчас самую высокую лидогенерацию.

СПРАВКА Б.О

«Открытие Факторинг» — дочерняя компания Банка «ФК Открытие».
Специализация: осуществление факторингового обслуживания и предоставление банковских гарантий на участие в закупках и исполнение контактов по 44-ФЗ и 223-ФЗ предприятиям сегмента малого и среднего бизнеса. Компания обладает большим опытом работы на рынке МСБ, совмещает высокий уровень клиентского сервиса и передовые IТ-технологии.
Решение принимается онлайн в течение 15 минут по минимальному пакету документов. Условия обслуживания клиентов простые и прозрачные, благодаря 100%-но электронному документообороту и доступу в личный кабинет.
На всех этапах сотрудничества поставщики различных отраслей малого и среднего бизнеса сопровождаются высококвалифицированным персональным менеджером, который всегда готов предложить максимально комфортные и выгодные условия по продуктам.
Узнать больше: opengarant.ru и openfactoring.ru.