Вход Регистрация
Подписка

Независимые гарантии: последние тенденции судебной практики

04.05.2017

Независимая (до 01.06.2015 — банковская) гарантия в силу ее неакцессорного характера (независимости от основного обязательства) является одним из наиболее эффективных способов обеспечения обязательств

Ценность этого инструмента подчеркивается в судебных актах: «…Институт банковской гарантии направлен на обеспечение бенефициару возможности получить исполнение максимально быстро, не опасаясь возражений принципала-должника, в тех случаях, когда кредитор (бенефициар) полагает, что срок исполнения обязательства либо иные обстоятельства, на случай наступления которых выдано обеспечение, наступили1 .

Особенность конструкции предполагает и наличие исчерпывающих оснований для отказа в удовлетворении требования бенефициара к гаранту: требование или приложенные к нему документы не соответствуют условиям независимой гарантии; представление требования и документов гаранту по окончании срока действия независимой гарантии (п. 1 ст. 376 ГК РФ), что ранее неоднократно подчеркивалось судами2 .

Однако специфика банковской гарантии порождает множество судебных споров, поскольку, как справедливо отмечается в литературе, «…к неакцессорности гарантии оказались не готовы ни сами гаранты, ни принципалы…»3 . Как показывает практика, к ней оказались не готовы и суды.

При рассмотрении дел о взыскании с гаранта денежных средств по гарантии некоторые суды безосновательно начинают скрупулезно вникать в состояние отношений бенефициара и принципала.

Отменяя судебные акты, которыми было удовлетворено ходатайство гаранта о назначении строительно-технической экспертизы для определения стоимости и объема работ, выполненных принципалом по договору подряда, суд округа отметил: «…в рамках дела о взыскании задолженности по гарантии по иску бенефициара не может разрешаться спор между последним как заказчиком по договору подряда и подрядчиком. Соответственно для разрешения такого спора не может и назначаться судебно-строительная экспертиза. Отсутствие права требовать назначения экспертизы не лишает Банк права ссылаться при рассмотрении иска бенефициара на злоупотребление правом с его стороны…»4 .

Как показывает практика, часто подобная логика гарантов, принципалов, а вслед за ними судов заключается в недопустимости злоупотребления правом со стороны бенефициара.

Учитывая российские реалии, можно утверждать: что опасения небеспочвенны. Однако очевидно и то, что подобного рода подход без определения каких-то четких ориентиров ведет к ослаблению идеи независимости гарантии.

На уровне высшего суда закреплено еще одно основание для неуплаты по гарантии: явная недобросовестность бенефициара.

В качестве исключения из общего принципа независимости банковской гарантии рассматривается ситуация, когда недобросовестный бенефициар, уже получивший надлежащее исполнение по основному обязательству, в целях собственного неосновательного обогащения, действуя умышленно во вред гаранту и принципалу, требует платежа от гаранта. В этом случае иск бенефициара не подлежит удовлетворению на основании ст. 10 ГК РФ5 .

Судебная практика ВС РФ

Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда РФ в последних делах продолжает развивать ранее выработанные позиции, связанные с независимостью банковской гарантии, критически относясь к доводам о злоупотреблении правом со стороны бенефициара6 .

В Определении ВС РФ от 08.11.2016 № 305-ЭС16-9887 по делу № А40-49571/2015 было отмечено, что «исходя из характера и существа гарантии суд в связи с оспариванием правомерности платежа по гарантии должен ограничиваться проверкой формального соответствия требования о выплате условиям банковской гарантии… произведенная судом первой инстанции проверка требования о выплате по гарантии на соответствие условиям контракта противоречит… независимой природе гарантии».

Однако право гаранта отказать бенефициару в удовлетворении его требований при несоответствии этого требования или приложенных к нему документов условиям независимой гарантии не означает, что эти условия могут определяться гарантом абсолютно произвольно.

В определениях ВС РФ от 21.11.2016 № 305-ЭС16-10047, от 21.11.2016 № 305-ЭС16-9281 судебная коллегия указала, что условие банковской гарантии о необходимости приложения к требованию о выплате по гарантии оригинала гарантии в письменном виде является ничтожным как противоречащее существу законодательного регулирования, если сама гарантия выдавалась в электронной форме.

В двух делах Смоленского областного государственного бюджетного учреждения «Управление областных автомобильных дорог» против акционерного общества «Солид Банк»7 был рассмотрен следующий случай.

В пользу бенефициара (учреждения) вступившими в законную силу судебными актами была взыскана неустойка за ненадлежащее исполнение принципалом обязательств по контракту, односторонний отказ учреждения от исполнения договора был признан законным.

Бенефициар направил гаранту требование об уплате денежной суммы по банковской гарантии.

Банк произвел частичный платеж в сумме взысканной неустойки и направил учреждению письменный запрос об обосновании оставшейся суммы (в частности, ее правовой природы — убытки, штраф и пр.).

Неисполнение гарантом требования об уплате оставшейся суммы по банковской гарантии послужило основанием для обращения бенефициара с иском в арбитражный суд.

Верховный Суд РФ в обоих определениях поддержал доводы истца. Позиция самого суда (а не пересказ решений нижестоящих судов) изложена в определении от 26.12.20168 : отказ в удовлетворении иска о взыскании по независимой гарантии невозможен по основанию непредставления кредитором доказательств противоправности действий принципала в рамках обеспеченного гарантией обязательства, факта и размера понесенного ущерба и причинной связи между действиями принципала и возникшими у бенефициара убытками, так как это не соответствует независимой природе гарантии как способа обеспечения обязательств.

Попутно были приведены доводы правильного судебного акта о том, что условия банковской гарантии не содержат каких-либо ограничений, позволяющих поставить выплату по банковской гарантии в зависимость от природы денежных средств, подлежащих выплате в связи с нарушением обязательств по контракту, как и не содержат условий, обязывающих бенефициара производить расчет и подтверждать обоснованность убытков9 .

Еще одно практически схожее дело было рассмотрено Верховным Судом в январе 2017 года10 .

В отличие от споров с участием АО «Солид Банк», ПАО «Акционерный коммерческий банк «Держава» выплатило бенефициару определенную сумму, рассчитав ее самостоятельно, в полной выплате по банковской гарантии было отказано. ВС РФ, отправляя дело на новое рассмотрение, сослался на нормы ГК РФ о гарантии, обратив внимание на факт ненадлежащего исполнения принципалом обязательств по государственному контракту, установленный вступившими в законную силу судебными актами.

Не убедили высший суд и доводы о наличии в действиях истца признаков злоупотребления правом, поскольку обжалуемые судебные акты не содержат выводов о том, в чем конкретно выразилось злоупотребление истцом правом, а также какими доказательствами это подтверждается11 .

В рассматриваемом контексте дело Атомстройэкспорта против Проектно-производственного предприятия «МИК-XXI» (Определение ВС РФ от 30.01.2017 по делу № 305-ЭС16-14210, А40-85057/2015) любопытно вдвойне.

Стороны заключили договор, одним из условий которого была обязанность поставщика предоставить покупателю обеспечение исполнения договора в виде безотзывной банковской гарантии или поручительства. Обеспечение в установленный срок не было предоставлено. Покупатель обратился в суд с требованием предоставить банковскую гарантию.

Судьи коллегии по экономическим спорам пришли к выводу, что сторона договора вправе требовать в судебном порядке понуждения другой стороны, обязавшейся предоставить банковскую гарантию, исполнения данного обязательства в натуре. По мнению судей, тот факт, что исполнение такого обязательства невозможно без взаимодействия должника с гарантом, не означает невозможности исполнения обязательства, прекращения обязательства и не исключает возможность понуждения к исполнению данного обязательства в натуре.

Кроме того, в Определении отмечена важность судебного правотворчества. С 1 июня 2015 года в ст. 320 ГК РФ было закреплено отсутствующее до этого в законе правило, что, если должник, обязанный сделать выбор в альтернативном обязательстве, не делает его, то право выбора переходит к кредитору. Договор между сторонами был заключен до указанной даты.

Однако Верховный Суд указал, что возникновение у кредитора права выбора при неосуществлении такого выбора должником было закреплено в судебной практике ВАС РФ12 и до появления такой нормы в ГК РФ в 2015 году. Соответственно это правило применимо и к договорам, заключенным до 1 июня 2015 года.

В целом, с учетом новых положений ГК РФ, направленных на укрепление независимости гарантии, и формирующейся практики Верховного Суда РФ, сфокусированной на максимальное облегчение бенефициарам получить выплату по гарантии (на данный момент, судя по всему, это первоочередная задача), гарантам следует более внимательно относиться к определению условий гарантий (как в части платежа, так и в части отказа в платеже). Несоответствие требования бенефициара о платеже по гарантии условиям самой гарантии позволит правомерно отказывать в платеже по таким гарантиям.

В части выработки критериев, позволяющих одновременно не допустить злоупотребления правом со стороны бенефициара и не дискредитировать сам институт гарантии, судам, в том числе Верховному Суду, предстоит проделать долгий и нелегкий путь.


1. Определение ВС РФ от 28.07.2016 № 305-ЭС16-3999 по делу № А40-26782/2015.
2. Основаниями для отказа в удовлетворении требования бенефициара могут служить исключительно обстоятельства, связанные с несоблюдением условий самой гарантии (постановление Президиума ВАС РФ от 02.10.2012 № 6040/12); в предмет доказывания по делу по иску бенефициара к гаранту входит проверка судом соблюдения истцом (бенефициаром) порядка предъявления требований по банковской гарантии с приложением указанных в гарантии документов и указанием на нарушение принципалом основного обязательства (Постановление Президиума ВАС РФ от 24.06.2014 № 3853/14).
3. Останина Е.А. О независимости гарантии и требовании принципала к бенефициару // Закон. — 2016. — № 3. — С. 48–56.
4. Постановление Арбитражного суда Северо-Западного округа от 24.01.2017 по делу № А56-5054/2016. Ср.: «…Удовлетворяя исковые требования, суды правомерно исходили из того, что обстоятельства, связанные с надлежащим либо ненадлежащим исполнением обязательств по договору подряда, в том числе установление и соблюдение сроков выполнения работ, объемов выполненных работ, не могут быть предметом рассмотрения спора по настоящему делу в силу принципа независимости банковской гарантии от условий основного обязательства…» (Постановление Арбитражного суда Московского округа от 06.02.2017 № Ф05-21885/2016 по делу № А40-218090/2015).
5. Пункт 4 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 15.01.1998 № 27 «Обзор практики разрешения споров, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации о банковской гарантии».
6. См. определение ВС РФ от 20.05.2015 № 307-ЭС14-4641, определение ВС РФ от 12.08.2015 № 305-ЭС15-4441, определение ВС РФ от 28.07.2016 № 305-ЭС16-3999.
7. Определение ВС РФ от 25.11.2016 № 305-ЭС16-10078 по делу № А40-84435/2015, Определение ВС РФ от 26.12.2016 № 305-ЭС16-12378 по делу № А40-67939/15.
8. Тот факт, что для актов высшего суда характерна лапидарность (мотивировка может быть помещена в один небольшой абзац), не является открытием.
9. Эти доводы уже «мигрировали» в другие судебные акты: см. Постановление Арбитражного суда Уральского округа от 17.01.2017 № Ф09-11334/16 по делу № А60-12681/2016, Постановление Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 26.01.2017 № Ф08-10308/2016 по делу № А15-5141/2015. Ср.: в одном из дел суды, проанализировав условия банковской гарантии, установили несоответствие требования бенефициара о выплате штрафных санкций, предусмотренных в договоре за неисполнение подрядчиком обязательств по договору, условиям самой гарантии, поскольку гарантия выдана в обеспечение убытков, понесенных бенефициаром в результате неисполнения либо ненадлежащего исполнения принципалом обязательств по договору; доказательств того, что требуемая сумма является убытками бенефициара, не представлено (Постановление Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 18.10.2016 № Ф01-4131/2016 по делу № А82-174/2016).
10. Определение от 30.01.2017 № 305-ЭС16-15440 по делу № А40-204354/2015.
11. См. также Определение ВС РФ от 25.11.2016 № 305-ЭС16-10078 по делу № А40-84435/2015.
12. Пункт 17 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 24.09.2002 № 69 «Обзор практики разрешения споров, связанных с договором мены».



04.05.2017
Эта статья была разослана 1426 on-line подписчикам bosfera.ru
Материалы альянса финансовых медиа:
Разговоры финансистов

АДРЕСА БЛАГОТВОРИТЕЛЬНОСТИ
Перейти в Раздел
Вверх