Банковское обозрение

Финансовая сфера

22.05.2019 Аналитика
Балтийский рубеж

Латвийские банки активно избавляются от клиентов из России?


Павел Самиев
Генеральный директор аналитического агентства «БизнесДром», председатель комитета «ОПОРЫ РОССИИ» по финансовым рынкам

Прибалтийские банки всегда позиционировали себя как мост между Востоком и Западом, но сейчас этот мост разводят. Власти называют это капитальным ремонтом, в результате которого только в прошлом году доля иностранных вкладов в латвийских банках уменьшилась почти на 40%. Какие риски могут ожидать банковских клиентов в дальнейшем?

Происходящее в последние годы в Латвии одни называют банковским кризисом, другие — капитальным ремонтом, третьи же склонны видеть в банкротстве латвийских банков след санкционной войны между Западом и Россией. Что же до официальной версии происходящего, то речь идет о том, что власти США недвусмысленно обвинили некоторые латвийские банки и филиалы иностранных банков в отмывании денег и, ни много ни мало, в финансировании терроризма. Помимо этих претензий в феврале 2018 года Группа финансовой разведки США (FinCEN) обвинила ABLV Bank, третий по величине в стране, в участии в финансировании ядерной программы Северной Кореи. А еще в том, что Банк отмывал сомнительные капиталы из России, Украины, Азербайджана и других постсоветских республик. Латвийская комиссия рынка финансов и капитала поддержала американских коллег и Европейский центральный банк и наложила на ABLV ограничения. Итог — ликвидация ABLV, хотя это стало результатом не утраты кредитоспособности, а именно регулятивных ограничений, причем не связанных с нормативами и финансовым состоянием.

Одновременно с историей с ABLV разворачивалась ситуация с Danske Bank. Этот датский банк объявил о сворачивании деятельности в регионе после обвинений консалтинговой компании Promontory Financial в отмывании в течение одного только 2013 года около 30 млрд долларов российских денег. Дело дошло до того, что в прошлом году на 48 часов был задержан глава латвийского ЦБ Илмарс Римшевичс — его просили уйти в отставку в латвийском парламенте и правительстве, но он отказался. В феврале этого года под подозрение попал шведский Swedbank за «подозрительные переводы в период 2007–2015 годов на сумму в 3,8 млрд евро». Всего за пару дней рыночная капитализация Swedbank снизилась более чем на 5 млрд евро, или на пятую часть.

Финансовые власти Латвии полны решимости довести зачистку до конца

Конечно, все эти скандалы не случились «неожиданно и вдруг», поскольку латвийские банки после обретения страной независимости позиционировали себя как мост между Востоком и Западом, и время от времени достоянием общественности становились нехорошие подозрения в связи с этой ролью. Так, после кипрского кризиса 2012 года многие вкладчики из бывших советских республик стали искать прибежища именно в Латвии. Была история с отмыванием в Латвии денег, похищенных в Молдове в 2015 году, и другие истории. Монетарные власти пытались с этим бороться, и со второй половины 2010 годов страну сотрясают один за другим банковские скандалы; как следствие — массовый отток средств иностранных клиентов. Одни банки закрывались, другие были вынуждены платить многомиллионные штрафы. Например, Trasta Kommercbanka обвинили в выводе российских денег, Банк закрыт в 2016 году. Privatbank оштрафован на 2 млн евро за участие в «молдавской схеме». В прошлом году пять латвийских банков также согласились заплатить штрафы за то, что не собрали достаточной информации о транзакциях в сделках, связанных с Северной Кореей.

Удивительно, но банковский хаос практически никак не отразился на рейтингах страны. Так, агентство Standard and Poor’s в прошлом году подтвердило кредитные рейтинги Латвии на уровне А-, при этом у страны пока действует рейтинг от Moody’s на уровне A3 (что, кстати, выше, чем аналогичные рейтинги этих агентств присвоенные России).

Возможно, причина кризиса латвийского банковского рынка заключается далеко не в их финансовом положении, а кульминационный этап зачистки банковской системы страны совпал с ростом геополитической напряженности и санкционной войны Запада против России. Запрет финансирования некоторых российских компаний — лишь вершина «санкционного» айсберга, куда страшнее негласный запрет вообще иметь дело с российскими компаниями и частными лицами. Именно по этой причине в последние годы появилось столько публикаций о том, что счета россиян изучают на Западе «под лупой», нередки случаи, когда контрагенты просто отказываются иметь дела с нашими соотечественниками по принципу «от греха подальше».

За последние полтора года из Латвии было выдворено около 10 млрд евро иностранных денег, и это лишь то, о чем сообщалось официально. Только за 2018 год объем вкладов иностранцев в латвийских банках сократился на 37,4%, или 2,4 млрд евро, в том числе из стран Европейского союза — на 700 млн евро, из других стран — на 1,7 млрд евро. Выпадающие деньги латвийским банкам возместить не удалось и еще долго не получится. Только в прошлом году капитал латвийских банков сократился на 10%.

Чаще всего обвинения в адрес латвийских банков можно услышать от представителей организации Transparency International. И, как это обычно случается в банковском бизнесе, подозрения, но не доказательства — решают все. Ведь банковский бизнес основан на деловой репутации, и, если ее ставят под сомнение, клиенты начинают выводить из банка средства, не разбираясь, кто прав, а кто виноват. Причем все клиенты. В итоге кредитная организация просто вынуждена прекратить работу. В этом смысле банковский бизнес легко уязвим — даже если появились подозрения о нескольких сомнительных транзакциях многолетней давности нескольких клиентов, они могут стать причиной краха здорового банка и его десятков тысяч добросовестных клиентов. То есть лес рубят — щепки летят. От зачистки латвийских банков пострадали в том числе граждане Республики, поскольку уменьшились и налоговые поступления, и, шире, привлекательность банков в глазах рядовых клиентов.

Этой весной латвийский регулятор объявил, что закончил оценку новых моделей бизнеса для 12 банков, утвердив для каждого из них нормативы по капиталу, ликвидности и другим показателям. Однако ясно, что места на этом рынке хватит далеко не всем — для обслуживания внутреннего рынка существующих банков слишком много. Переориентация на внутренний рынок, безусловно, — благо для граждан, однако в конкурентной борьбе за них выживут далеко не все, а о массовом притоке иностранных вкладчиков придется забыть на какое-то время.

Председатель Комиссии по надзору за рынком финансов и капитала Латвии заявил, что первая задача «закрыть географический риск», указывая на восточных соседей

Тем временем финансовые власти Латвии полны решимости довести зачистку до конца, дав понять, что восстановление репутации банков — важнейшая задача. Эти заявления делаются не для галочки, поскольку в этом году Латвию будет проверять Комитет экспертов по оценке антиотмывочных мер и противодействию финансированию терроризма Moneyval. Власти серьезно опасаются, что страна может быть признана рискованной и оказаться в «серой зоне». В прошлом году Moneyval уже выдвинул Латвии ряд претензий, связанных с коррупцией и отмыванием денег. Предстоящую проверку ослабленные из-за отзыва клиентских средств латвийские банки могут просто не пережить. Но, скажите, чья вина во всей этой ситуации? Стоило ли правительству принимать столь жесткие решения, обрекая, в частности, бизнес ABLV на крах?

Более того, сейчас готовится ряд мер со стороны правительства, чтобы начать конфисковывать так называемые недоказанные средства клиентов. В том случае, если клиент подозревается или обвиняется в легализации средств, полученных преступным путем, и при этом не может достоверно обосновать их законное происхождение, считается доказанным, что другое его имущество или банковские счета, вероятнее всего, также являются нелегитимными. Только за первые четыре месяца этого года Служба финансовой разведки заморозила различных активов на сумму в 83,2 млн евро, при том что за весь прошлый год — на 101,5 млн евро.

В этой ситуации возникают правомерные вопросы к реальной независимости финансового регулятора страны. Любопытно, что Петерс Путниньш, председатель Комиссии по надзору за рынком финансов и капитала Латвии, прямо подчеркивал, что «есть определенная политическая направленность, вытекающая из военной и других форм сотрудничества, которое Латвия имеет с организациями, где США играют наиболее важную роль».

Что это значит для иностранных клиентов, все еще остающихся в банках этой страны? Что власти, обжегшись на молоке, будут усердно дуть на воду, чтобы не допустить новых обвинений. А значит, иностранным клиентам предстоят долгие неприятные процедуры проверки происхождения средств. Да и останутся ли они вообще? К примеру, Петерс Путниньш недавно заявил, что первая задача Комиссии по надзору за рынком финансов и капитала (КРФК) — «закрыть географический риск», указывая на восточных соседей. Получается, латвийским банкам более ничего не остается, как проводить политику финансовой сегрегации, или, хуже того: клиентам с такими-то паспортами — «Добро пожаловать», клиентам с другими — «Вход воспрещен»?

Никаким клиентам комфорта это не добавит — несмотря на конкурентные тарифы и условия. Финансовой системе Латвии предстоит не только избавиться от «грязных денег», но и найти средства, а главное, время на финансовое оздоровление. И не стоит надеяться, что худшее уже позади — речь идет о капитальном ремонте системы, которая строилась последние четверть века. Несколько лет назад реклама одного из крупнейших латвийских банков гласила, что банки этой страны — такие же, как швейцарские (по клиентскому сервису, конфиденциальности и так далее), только «дружелюбнее». Потом этот банк был национализирован правительством страны, чтобы избежать банкротства. Так что сегодня уже понятно, что это сравнение проверку временем не прошло.




Сейчас на главной