Финансовая сфера

Банковское обозрение


  • Розыск финансовым управляющим активов должника за рубежом: право или обязанность
08.11.2021 Best-practice

Розыск финансовым управляющим активов должника за рубежом: право или обязанность

О механизме мероприятий, которые должен проводить финансовый управляющий для выявления имущества должника, сокрытого за пределами страны


В соответствии с положениями Закона о банкротстве1 все имущество гражданина, имеющееся на дату принятия решения арбитражного суда о признании его банкротом и введении специальной процедуры реализации имущества, а также имущество должника, выявленное или даже приобретенное уже после даты принятия судом такого решения, составляет конкурсную массу.

Так как конкурсная масса является источником удовлетворения требований кредиторов в рамках процедуры банкротства, конкурсные кредиторы заинтересованы в максимальном наполнении конкурсной массы, учете всего имущества должника (его активов) и реализации такого имущества по максимально возможной цене. В связи с этим Закон о банкротстве2 возлагает обязанность принимать меры по выявлению имущества должника и обеспечению сохранности этого имущества на финансового управляющего — лицо, уполномоченное действовать в том числе и в интересах конкурсной массы. Как правило, совершение всех необходимых действий для исполнения этой обязанности не представляет сколь-нибудь сложной задачи для финансового управляющего — члена профессионального сообщества арбитражных управляющих, обладающего специальными познаниями в данной области. В распоряжении финансового управляющего — многочисленные реестры сведений, скрупулезно составленные органами государственной власти и консолидирующие в себе значительный объем информации об активах должника. Получить эту информацию несложно, достаточно направить запрос.

Нормы Закона о банкротстве3 обязывают гражданина-должника предоставлять финансовому управляющему по его требованию любые сведения о составе своего имущества, месте нахождения этого имущества, составе своих обязательств, кредиторах и иные имеющие отношение к делу о банкротстве гражданина сведения в течение пятнадцати дней с даты получения соответствующего требования. Если гражданин не исполняет эту обязанность, то финансовый управляющий направляет в арбитражный суд ходатайство об истребовании доказательств, на основании которого в установленном процессуальным законом порядке арбитражный суд выдает управляющему запросы с правом получения ответов на руки. Но все меняется, когда речь заходит о розыске и выявлении зарубежных активов должника. 

При «пересечении» государственной границы РФ финансового управляющего поражает недуг близорукости — он видит далеко не все сведения в иностранных реестрах и не может дотянуться не только до имущества должника, но и до самой информации о таком имуществе. Разумеется, финансовый управляющий не лишен возможности направить запросы иностранным лицам и учреждениям с соблюдением всех требований к таким запросам исходя из полномочий и компетенций Министерства юстиции РФ, определенных в соответствии с Указом Президента4. Но, к сожалению, на таких «костылях» нельзя выиграть забег с должником, который решил перепрятать активы, а альтернативы им как будто и нет.

Федеральный законодатель не был щедр в наделении финансового управляющего такими инструментами и не сформулировал подробных правил для процедуры банкротства физического лица, отягощенной наличием иностранных активов. Причина тому — ориентированность механизмов процедуры банкротства физического лица на личную заинтересованность должника в освобождении от долгов и как следствие отсутствие необходимости в обременении управляющего избыточными обязанностями и, увы, обширными правами. 

Уместно вспомнить о том, что сам институт банкротства физического лица, не являющегося индивидуальным предпринимателем, появился в российской правовой системе как ответ на растущий уровень закредитованности граждан. Концептуально персональное банкротство предоставляет физическому лицу возможность списать долги, «отряхнуться» и начать свою финансовую жизнь с несколько потрепанного, но все же относительно чистого листа — вновь стать субъектом экономической деятельности. Именно поэтому положения Закона в данной части содержат необычно много диспозитивных норм и во многом опираются на добрую волю должника: сокрыл имущество — не получил освобождение от долгов. 

Верховный Суд в одном из своих постановлений5 прямо указал на то, что целью положений Закона о банкротстве, а именно его п. 3 ст. 213.4, п. 6 ст. 213.5, п. 9 ст  213.9, п. 2 ст. 213.13, п. 4 ст. 213.28, ст. 213.29 в их системном толковании, является обеспечение добросовестного сотрудничества должника с судом, финансовым управляющим и кредиторами. Эти нормы направлены на недопущение сокрытия должником каких-либо обстоятельств, которые могут отрицательно повлиять на возможность максимально полного удовлетворения требований кредиторов, затруднить разрешение судом вопросов, возникающих при рассмотрении дела о банкротстве, или иным образом воспрепятствовать рассмотрению дела. В случае установления недобросовестности должника, сообщившего об отсутствии у него необходимых для выявления имущества документов и сведений при имеющейся у него возможности их представить, это может повлечь за собой неосвобождение его от обязательств6.

Если финансовый управляющий предпринял все возможные действия, направленные на получение сведений об имуществе должника у компетентных органов государственной власти и у должника, в том числе и обратился в суд для истребования таких документов, то суды7 зачастую не усматривают необходимость и основания возложения на него обязанностей по розыску имущества должника за пределами РФ.

Таким образом, обязанности финансового управляющего в части выявления имущества должника, в том числе и его зарубежных активов, сводятся к направлению ряда формальных запросов и анализу полученных ответов, а единственным лицом, страдающим от недобросовестности должника, является сам должник — он не получает освобождения от долгов. В Постановлении Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.08.2019, принятом по делу № А50-17603/2017, суд апелляционной инстанции назвал обязанность по осуществлению розыска имущества должника за пределами РФ «не предусмотренной нормами Закона о банкротстве».

Однако в действительности проведение мероприятий по розыску, обеспечению сохранности и реализации принадлежащего гражданину-должнику имущества относится к непосредственным обязанностям финансового управляющего. 

Закон о банкротстве закрепляет8 в качестве основополагающей обязанности финансового управляющего в процедуре банкротства гражданина принятие мер по выявлению имущества гражданина и обеспечению сохранности этого имущества. Он также наделяет9 финансового управляющего необходимыми полномочиями по распоряжению соответствующим имуществом и реализации10 конкурсной массы должника-гражданина, а также по распределению полученной выручки между лицами, перед которыми должник имеет обязательства.

При этом Закон о банкротстве не содержит положений, ограничивающих сферу реализации финансовым управляющим своих полномочий исключительно территорией РФ. Это связано главным образом с тем, что законодательство РФ в целом по общему правилу (кроме субъектов, обладающих в силу особенностей своей деятельности специальной правоспособностью) не ограничивает российских граждан в правах на проживание и обладание на соответствующем праве имуществом за пределами территории РФ.

Таким образом, финансовый управляющий не просто вправе, но и обязан проводить мероприятия, направленные на выявление имущества должника, сокрытого им за пределами страны. При этом единственное применимое право — это право РФ («lex fori concursus»), право государства места открытия производства по делу. Но для исполнения этой, казалось бы, достаточно очевидной и прямо вытекающей из положений Закона о банкротстве обязанности необходимо подтвердить соответствующие полномочия финансового управляющего на территории иностранных государств.

Арбитражный суд Уральского округа в Постановлении от 08.11.2019, принятом по делу № А50-17603/2017, удовлетворяя требования акционерного общества «Альфа-Банк» как кредитора должника в процедуре банкротства, счел уместным закрепить в резолютивной части Постановления, что оно является достаточным подтверждением полномочий финансового управляющего в деле о банкротстве должника на розыск имущества последнего на территории государств Европейского союза, а также на принятие необходимых мер по обращению на него взыскания и предотвращению вывода должником выявленного имущества и активов из своего права собственности, права бенефициарного владения или иной формы владения (распоряжения) активами. В резолютивной части Постановления суд указал: «Постановление арбитражного суда подтверждает полномочия финансового управляющего […] на совершение предусмотренных Постановлением действий за пределами Российской Федерации, в том числе на территории Итальянской Республики и других стран Европейского союза».

Включение подобной формулировки в резолютивную часть всякого решения о признании должника — физического лица несостоятельным (банкротом) и возложении на некое лицо обязанностей финансового управляющего позволило бы решить ряд проблем. Добросовестный финансовый управляющий получил бы в руки инструмент, необходимый для исполнения его обязанностей за пределами РФ, а недобросовестный финансовый управляющий утратил бы возможность укрыться за формальным исполнением таких обязанностей. 


1. Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» от 26.10.2002 № 127-ФЗ, ст. 213.25, п. 1.
2. Там же, ст. 213.9, п. 8.
3. Там же, ст. 213.9, п. 9.
4. Указ Президента Российской Федерации от 13.10.2004 № 1313 «Вопросы Министерства юстиции Российской Федерации».
5. Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан», п. 42.
6. Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» от 26.10.2002 № 127-ФЗ, ст. 213.28, п. 4, абз. 3.
7. Определение Арбитражного суда Пермского края от 21.05.2019 по делу № А50-17603/2017 и Постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.08.2019 по тому же делу.
8.Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» от 26.10.2002 № 127-ФЗ, ст. 213.9, п. 8, абз. 2.
9. Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» от 26.10.2002 № 127-ФЗ, ст. 213.25, п. 5–7.
10. Там же, ст. 213.26 и 213.27.






Сейчас на главной

ПЕРЕЙТИ НА ГЛАВНУЮ