Вход Регистрация
Подписка
Новости Войти в раздел

Мобильность — преимущество средних страховщиков

О тенденциях на рынке банкострахования, новых драйверах, взаимоотношениях с банками, а также о необходимости технических изменений Павел Самиев пообщался с Виктором Кривошеевым, заместителем генерального директора компании «Абсолют Страхование»

 

Павел Самиев: Начнем с глобального вопроса о тенденциях рынка. Можно ли сказать, что сейчас весь рынок претерпевает революционные изменения, потому что мы видим, что есть технологические сдвиги, очень сильные изменения в структуре, в регулировании. Каким будет страховой рынок через пять лет, что принципиально может измениться?

Виктор Кривошеев: Продуктовый ряд страховщиков в пятилетней перспективе вряд ли принципиально изменится. Здания, к сожалению, будут, как и сейчас, гореть, корабли тонуть, а люди болеть. В своей деятельности экономические субъекты и жители планеты сталкиваются с определенными рисками, а страхование призвано нивелировать негативное воздействие этих рисков. При этом страховые рынки разных стран с точки зрения продуктовых рядов весьма похожи. Похожие риски — похожие продукты. Плюс основополагающим принципом страхования является обмен рисками между страховыми компаниями. Россия — часть мирового рынка, поэтому вряд ли мы придумаем что-то абсолютно уникальное в страховой области. Хотя, надо признать, оригинальные изобретения у нас бывают. Возьмем, например, страхование ответственности застройщиков перед участниками долевого строительства.

Павел Самиев: При этом оно у нас перестанет существовать в таком виде.

Виктор Кривошеев: Да. И это очередное доказательство того, что серьезные нововведения в страховании жизнеспособны только в том случае, если они актуальны во всем мире. Ну, а будущее страхования — это современные технологии. Развитие получают страховые продукты, связанные (если мы говорим о банках) с развитием банковских технологий: страхование от компьютерных преступлений, страхование дистанционных банковских операций, эмитентов и держателей пластиковых карт и т.д. Изменяются и технологии доставки до конечных потребителей классических страховых продуктов: страховщики активно внедряют продажи через свои интернет-сайты, мобильные устройства, разрабатывают совместно с банками удобные интернет-решения для продажи розничных страховых продуктов через отделения банков и т.д. Да, сейчас доля прямых интернет-продаж страховых полисов, в частности, в России, достаточно мала. Однако в перспективе, конечно, страхование физлиц уйдет в онлайн. Другой, не менее важный момент — это бэк-офис. Он у страховщиков должен становиться более прогрессивным, цифровым, свободным от бумаги и людских рук, а значит, дешевым. Конкуренция между страховыми компаниями уходит в том числе и в эту область. У страховщиков с более низким уровнем расходов на ведение дела больше возможностей в области ценообразования. Это особенно важно в работе на массовом рынке, с физическими лицами, где страховщик имеет дело с большим массивом однотипных дешевых договоров страхования, а этот сектор чрезвычайно важен для страховщиков. Именно страхование физических лиц служит сейчас в России, да и не только у нас, основным драйвером развития рынка. Уже не в первый раз видно, что в тяжелые кризисные времена именно страхование физических лиц наиболее устойчиво к влияниям негативных факторов рынка, а вот страхование юридических лиц серьезно проседает.

Павел Самиев: То есть вы видите, что в ближайшей перспективе как раз за счет диджитализации процессов можете снизить сильно РВД?

Виктор Кривошеев: Другого выхода у страхового рынка попросту нет. Если взять банковское страхование, то там конкуренция между страховыми компаниями с точки зрения цен и с точки зрения уровня комиссионного вознаграждения уже практически не ощущается. Комиссионное вознаграждение уперлось в потолок, выше которого и смысла никакого в страховании нет, цены на страховые продукты тоже практически выровнялись и связаны в основном с уровнем комиссий, а не с рисковостью страховых продуктов. Поэтому, чем более эффективным у страховщиков будет бэк-офис, тем более устойчивыми, финансово надежными будут страховые компании. Здесь, кстати, находится конкурентное преимущество средних компаний. У мелких страховщиков нет ресурсов для инвестиций в развитие технологий и внутренних бизнес-процессов. Большим страховщикам тяжело перестраиваться просто в силу величины их внутреннего хозяйства. Средние же компании обладают и ресурсами для инвестиций, и необходимой гибкостью бэк-офиса. Сейчас Банк России вводит все новые и новые требования с точки зрения контроля за страховщиками: идет переход на новый план счетов, усложняется отчетность. Это все, конечно, требует наличия большого количества ресурсов в бэк-офисе: в бухгалтерии, в операционном управлении. Тот, кто первым сможет заменить людские руки компьютерными технологиями, победит в конкурентной гонке.

Павел Самиев: Мы уже упомянули о банковском страховании, которое остается и технологическим драйвером, потому что здесь на стыке с банками развивается много новаций, и драйвером по объемам. Это достаточно большой сегмент рынка, и, когда кредитная активность банков резко упала, были опасения, что это сразу обрушит рынок. Но мы увидели некоторые изменения со стороны спроса, в том числе и то, как явно начала падать доля кредитных продуктов. Что вы можете здесь отметить? Действительно ли сейчас доля некредитных продуктов в банковском страховании доминирует? Какие продукты у вас сейчас есть и что, как вы предполагаете, будет развиваться дальше?

Виктор Кривошеев: Действительно, кредитное страхование физических лиц в 2015 году быстро уменьшалось, упало на 20%, а некредитное — выросло больше чем на 40%. Эти доли в общем объеме банковского страхования начинают быть сопоставимыми. В 2015 году — это 49 и 38% соответственно. При этом основными направлениями роста в 2015 году были инвестиционное страхование жизни и смешанное страхование жизни, которые являются некредитными продуктами и сборы по которым в совокупности составили 65 млрд рублей, то есть ровно треть всего рынка банкострахования. В этом году подталкиваемая бурным ростом страхования жизни доля некредитного страхования еще больше увеличится, достигнет паритета с кредитным. Но это касается банковского страхования в целом. Все-таки страхование жизни — это продукт, который связан с компаниями сектора «лайф». Наша компания, как и большая часть российских страховых компаний, работает в секторе «нон-лайф». Если из банковского страхования убрать «лайфовые» продукты (а они в некредитном страховании занимают около 80%), то картина изменится. Не связанное с кредитованием и со страхованием жизни страхование физических лиц через банки в прошлом году увеличилось только на 10%. Так что общая доля его в сегменте «нон-лайф»-банкострахования пока не превышает 10-11%. Поэтому говорить, что некредитное страхование положило на обе лопатки страхование, связанное с кредитованием, наверное, преждевременно. Что касается нашей компании, банки — один из наших стратегических партнеров, мы активно с ними работаем, аккредитованы более чем в 70 банках. Через банки компания получает около 20% всей страховой премии.

Исторически «Абсолют Страхование» («ИСК Евро-Полис») основное внимание уделяла корпоративным видам страхования, а в работе с банками основной упор делался на страховании собственных рисков банков и на кредитных продуктах: страховании залогового имущества, ипотеки. Однако, приняв в конце 2015 года трехлетнюю стратегию развития «Абсолют Страхования», акционеры компании поставили перед нами задачу развития розницы темпами, превосходящими корпоративное страхование, в целях увеличения сбалансированности портфеля. При этом приоритетным направлением решения такой задачи определены продажи не связанных с автострахованием продуктов для физических лиц через партнерские каналы. Мы не пошли по пути создания агентских сетей, что требует значительных вложений в создание инфраструктуры и рекламу. Кроме того, есть ощущение, что агентские сети — это если еще не прошлое нашего рынка, то уж никак не будущее. Компания решила идти по более технологичному пути развития розницы — работать через партнеров. Этот путь требует развития технологий, удобного для партнеров программного обеспечения, построения современных внутренних бизнес-процессов. Одним из важных секторов партнерской работы для нас является банкострахование, в том числе продажи некредитных продуктов. В этом году компания много сделала в этом направлении: привлечены квалифицированные сотрудники с опытом работы в западных страховых компаниях и в банках, усовершенствованы информационные решения, необходимые для построения продаж страховых полисов в банковских офисах, web-приложения. Компания теперь способна продавать через банки всю линейку некредитных продуктов, имеющуюся на российском рынке: страхование имущества, ответственности, от несчастного случая, от потери работы и т.д.

Павел Самиев: В связи с этим — такой вопрос. Результаты опросов населения показывают, что к банкам отношение более доверительное, чем к страховым компаниям. Эта тенденция сохраняется уже много лет, даже при всех негативных событиях на банковском рынке. Банки опережают страховые компании с точки зрения уровня доверия со стороны населения как к отдельным крупным брендам, так и в целом к рынку. Может ли это измениться? Действительно ли сейчас работает присоединение к банковскому бренду? Может ли уровень доверия к страхованию оказаться выше, чем к банкам в какой-то перспективе — пять лет или десять лет? Или же такая ситуация сохранится и банки всегда будут в этой связке вытягивать своими брендами продажи и отношение потребителей?

Виктор Кривошеев: В западных странах мощь и финансовый потенциал страховых компаний как минимум на уровне, а зачастую и более высоки, чем у банков. У нас же сейчас совокупные активы российского страхового рынка чуть больше 1,5 трлн рублей. Для сравнения: у одного Сбербанка — 23 трлн. 1,5 трлн рублей — это где-то 7-й, 8-й банк, до 10-го места. Активы наших ведущих страховых компаний достигают 200–250 млрд рублей — это уровень российского банка 4-5-го десятка. То есть в настоящее время финансовая мощь банковского и страхового рынка несопоставимы. Нельзя игнорировать и роль регулятора. ЦБ многое сделал для того, чтобы доверие к банкам достигло нынешнего уровня. Это и ежедневный контроль….

Павел Самиев: И система страхования вкладов, конечно.

Виктор Кривошеев: Да, и система страхования вкладов, которая создает уверенную, комфортную среду для банковских вкладчиков. Взяв на себя контроль за страховым рынком, Центробанк стал подтягивать уровень надежности страховых финансов, платежной дисциплины страховщиков к уровню банковского сектора. Уже сейчас картина резко отличается от той, которую мы видели пять — семь лет назад. Появились элементы коллективных гарантий для клиентов страховых компаний, резервные фонды в секторе ОСАГО, ответственности перевозчиков опасных объектов. Поэтому я уверен, что в трех- или пятилетней перспективе уровень доверия к страховым компаниям и к банкам сравняется.

Павел Самиев: Я тоже так думаю: можно ожидать, что сейчас мы увидим динамику и по уменьшению количества жалоб — как в относительном, так и в абсолютном выражении. Более того, мы уже видим, что такая тенденция есть. Это в итоге отразится на доверии?

Виктор Кривошеев: Конечно.

Павел Самиев: Есть альтернативный механизм гарантирования и повышения доверия к страховщикам. Если мы говорим уже не о страховании, а о гарантийном механизме, есть, например, создание фондов. Но система страхования вкладов — глобальная вещь. Имеет ли смысл распространять ее на отдельные виды страхования, на страхование жизни или на что-то еще?

 

Виктор Кривошеев, заместитель генерального директора компании «Абсолют Страхование»

 

Виктор Кривошеев: Возьмем инвестиционное страхование жизни. Это практически депозитный продукт, который насыщается страховыми механизмами. Поэтому, на мой взгляд, вполне логично ввести в этом секторе элементы коллективных гарантий. Есть сектор обязательных видов страхования — ОСАГО, ответственности перевозчика. Здесь компенсационные фонды уже работают, причем весьма успешно. Что же касается остальных секторов страхования, необязательных, не думаю, что пришло время охватывать и их механизмом коллективных гарантий.

Павел Самиев: Возвращаясь к банковскому страхованию и к структуре, есть интересный сегмент банковского страхования, который обычно мало обсуждают, — это непосредственно страхование рисков самих банков. Этот сегмент пока небольшой по масштабам, но есть определенные надежды, что он может развиться и занять на рынке большую долю. Но пока этого не произошло — в том числе потому, что сначала кредитное страхование росло очень быстрыми темпами. На этом фоне и BBB, и остальные виды непосредственно по рискам банков, конечно, отставали. Спрос, я так понимаю, в основном со стороны крупных банков, если он вообще есть. Средние и маленькие банки практически на это никакого спроса не демонстрируют. Тем не менее, какая перспектива, почему банки не хотят страховать эти риски? Может, они чего-то не понимают или какая-то нужна дополнительная работа? Может, доверие невысокое к рынку? Каковы перспективы развития именно сегмента, который не связан ни с розницей, ни с клиентами банков, а непосредственно с самими банками?

Виктор Кривошеев: Здесь необходимо учитывать два фактора. Первый: страхование собственных рисков банков находится под давлением кризисных явлений в этой сфере. Количество банков уменьшается, действующие банки сокращают филиальные сети, сжимается имущественный комплекс, банки давно перестали активно покупать недвижимость, уменьшаются объемы перевозок и хранения ценностей. Остановлен приток иностранного капитала, который нес с собой современные западные требования к управлению операционными рисками, покупке специальных банковских страховых продуктов типа ВВВ и страхования эмитентов пластика, ответственности финансовых институтов, ответственности управляющего персонала. Второй фактор влияет положительно на сборы, хотя сам по себе является негативным — это криминальный вызов финансовому сектору, прежде всего в тех направлениях, которые связаны с оборотом наличных ценностей. В конце прошлого года, например, прокатилась волна преступлений, объектом которых были банкоматы, участились нападения на банковские офисы, инкассаторов. Банки ответили на рост преступности усилением мер безопасности, в том числе компьютерной, но и про страхование не забывают. Ставки страховой премии в этом секторе — в отличие от классического имущества — растут. Поэтому и общие сборы увеличиваются.

Впрочем, объемы этих видов и до кризиса были несопоставимы с объемами клиентского страхового бизнеса (например, страхование собственного имущества банков и спецпродуктов составляло в 2015 году не более 2 млрд. рублей, то есть около одного процента общей премии по банкострахованию). В 2015 году эти бизнесы росли умеренно, рост был виден прежде всего в секторе страхования криминальных рисков. Тем не менее страхование ВВВ и страхование от электронных преступлений так и не стали сколько-нибудь значимым бизнесом за почти 20 лет, прошедшие с момента выпуска первого в нашей стране полиса для Московского международного банка. Причина — та же. Страхование операционных рисков банков требует раскрытия страховщикам большого объема внутренней информации, зачастую — проведения предстраховых сюрвейерских осмотров. В общей своей массе российские банки пока не готовы к подобному уровню открытости.

Павел Самиев: А что можно сказать об имущественных залогах и рисках клиентов?

Виктор Кривошеев: Хорошо, переходим к страхованию кредитных рисков. В нашей компании страхование залогового имущества заемщиков — юридических лиц показывает незначительный рост: на уровне нескольких процентов, а в целом на рынке роста нет.Что касается кредитных продуктов для физлиц, то здесь видно оживление и во втором полугодии прошлого года, и в этом году. Главный драйвер этого роста — ипотека. В нашей компании она вообще является стержневым видом банковского страхования. В первом полугодии 2016 года ипотечное страхование у нас выросло более чем в два раза по сравнению с первым полугодием прошлого года. Думаю, аналогичную картину наблюдают и другие страховые компании. Это и понятно — в стране растут объемы ипотечного кредитования, причем не только в Москве. Заметным в 2016 году стало и оживление страхования при потребительском кредитовании. На арену все более активно выходят новые игроки — микрофинансовые организации, за ними потянулись страховщики. Для нас, например, работа с МФО становится довольно значимым направлением.

Павел Самиев: Рынок МФО растет даже быстрее, чем банковский.

Виктор Кривошеев: Да. За 2015 год объем кредитов, выданных МФО, вырос, по-моему, больше чем на 40%. Это уже значительные цифры. Сектор МФО становится все более регулируемым, облагораживается. Средним страховщикам интересно работать с МФО. Характер их требований к страховщикам несколько иной, чем со стороны банков, тем более крупных банков. Подбирая партнеров среди страховщиков, МФО обычно не выдвигают прямых требований к месту в рэнкингах по капиталу или сборам премии, но зато обращают повышенное внимание на мобильность страховщика, технологичность продукта, на подготовленность страховой компании к сотрудничеству.

Павел Самиев: Мы здесь говорим именно о продаже для розничных клиентов МФО. А с точки зрения непосредственно страхования рисков самих МФО, то есть сейчас там же есть такая востребованная вещь для инвесторов, для кредиторов МФО. Можно какую-то страховую защиту предоставить?

Виктор Кривошеев: Есть МФО, которые просят страховать вклады физических лиц. Либо выпускать страховые продукты под таким названием, но с включением условий, которые делают их практически невыплатными. Если вспомнить историю, лет 20 назад банки пробовали подвигнуть страховщиков на подобное страхование. Страховщики, конечно, отказались, появилось Агентство по страхованию вкладов. Абсолютно аналогичная ситуация и со страхованием финансовых рисков, связанных с МФО. Такое страхование невозможно. Во всяком случае, реальное, закрывающие риски вкладчиков.

Павел Самиев: Возвратимся еще раз к розничным клиентам. Можно ли как-то охарактеризовать типичный портрет клиента банковского страхования? Изменился ли глобально портрет розничного клиента, который через банк покупает страховые продукты, с точки зрения его доходов и потребностей?

Виктор Кривошеев: Да, изменяется. Возьмем, например, ипотечное кредитование в Москве. Наибольший его прирост заметен в области нового жилья экономкласса. Страховщики идут абсолютно в тренде рынка недвижимости. Растет количество выданных договоров страхования, однако размер средней премии на один договор падает. Это объясняется как отсутствием в договорах по новому жилью секций страхования имущества и титула, так и уменьшением величины кредитов, а значит, и страховых сумм по страхованию заемщиков от несчастных случаев. То есть усредненный страхователь стал платить намного меньше.

Павел Самиев: В заключение затронем тему важнейших элементов конкурентоспособности и конкурентных преимуществ. Это сейчас снижение издержек, технологичность, диверсификация по продуктам, так, чтобы открывать какие-то новые ниши, в которых начинается быстрый рост. Что еще можно назвать? Что вы у себя в компании видите конкурентными преимуществами и идеями для того, чтобы дальше быстро развиваться на рынке?

Виктор Кривошеев: Снижение расходов на ведение дела. Внедрение инновационных продуктов. Гибкость в работе со страхователем — и физическим, и юридическим лицом, готовность учитывать индивидуальные особенности каждого клиента. Это залог успеха страховщика, и здесь все козыри на руках средних страховщиков. Возьмем банкострахование. Да, это область стандартных продуктов. Тем не менее средние компании готовы эти стандартные продукты преобразовывать и причесывать под индивидуальные потребности банков, специфику их клиентской базы. Приведу пример из нашей истории. Пару лет назад мы получили от одного банка заказ на разработку страхового продукта под беззалоговое страхование малого бизнеса. Мы очень быстро изготовили новый для рынка комплексный, «зонтичный» продукт. Он совмещал в себе несколько секций: страхование заемщика от несчастного случая, страхование имущества заемщика, в том числе личной квартиры, страхование ответственности, в том числе не связанной с его бизнесом, и страхование юридических расходов. Базой выплаты был ежемесячный платеж погашения кредита. Понятно, что любое экстренное событие в жизни малого предпринимателя (пожар на предприятии, прорыв трубы в квартире и залив соседа, несчастный случай, судебный иск) поставит под удар его способность погашать кредит. Мы взяли эти риски на себя, а базой страховой выплаты сделали ежемесячные взносы в погашение кредита. У заемщика случилась неприятность, страховщик выплачивает банку пять — семь ежемесячных взносов, дает предпринимателю передышку для восстановления платежеспособности. Вот такой продукт, который наша компания выпустила, подчеркну, для одного партнера.

Еще одно направление конкуренции — поиск партнерских каналов, наиболее перспективных с точки зрения первого выхода на клиента, предоставления клиенту пакетного предложения. Например, в области ипотечного кредитования с банками борьбу за клиента ведут крупные девелоперы. Они создают подразделения продаж, которые при продаже квартиры подбирают оптимальные решения по поиску кредитующего банка и страховщика. И вот уже банки платят комиссию девелоперам за получение ипотечного бизнеса. Договориться о сотрудничестве с таким девелопером, может быть, даже более интересно, чем с банком. Мы, например, активно идем по этому пути.

Павел Самиев: Интересный момент. Может быть, есть какие-то пожелания: что банки могли бы делать лучше и эффективнее в плане взаимодействия со страховыми компаниями?

Виктор Кривошеев: Я уже говорил, что конкуренция каналов выхода на конечного клиента с каждым днем растет. Да, в кредитном страховании приоритет банков бесспорен. Но если говорить о реализации через сеть представительств некредитных продуктов, то здесь перспективы банковского страхования не столь очевидны. Банки сейчас пользуются тем, что у них есть филиальные сети, в которых работают опытные профессиональные сотрудники, умеющие продавать розничные финансовые продукты. Но растет давление со стороны альтернативных сетей: мобильные операторы, магазины типа «Евросети», «Связного», которые торгуют бытовой техникой, гаджетами — они тоже превращаются в супермаркеты разного рода услуг, в том числе и страховых. Не будем забывать и об онлайн-страховании. Эта борьба будет идти постоянно, и банкам придется все настойчивее искать свои конкурентные преимущества. Конкуренция неизбежно приведет к стремлению снижать уровень цен для конечного потребителя, а это значит, что банкам придется уменьшать свои аппетиты с точки зрения уровня комиссионного вознаграждения при реализации страховых продуктов. И чем раньше банки начнут это движение, тем успешнее они будут воевать за потребителя.

Павел Самиев: Они падают, в принципе…

Виктор Кривошеев: Согласен, в области продажи некредитных продуктов ставки комиссионного вознаграждения у банков ниже, чем, скажем, в потребкредитовании. Однако пока они очень высоки, а это является причиной снижения спроса со стороны потребителя. Меньше комиссии — больше уровень продаж, валовая выручка, прибыль. Ну и, конечно, хотелось бы, чтобы банки не ограничивались при подборе своих партнеров среди страховщиков топ-десяткой. Сектор средних страховых компаний не менее надежен с точки зрения финансовых возможностей, ликвидности и одновременно более гибок с точки зрения разработки продуктов, внимателен к каждому своему клиенту, который в данном случае является и клиентом банка.



Эта статья была разослана 1190 on-line подписчикам bosfera.ru
Выбор редакции
Real-time аналитика и Business intelligence (BI) в банке Были времена, когда BI была нужна в финансовой сфере, главным образом, для перевода необработанной информации, собранной внутри организации, в осмысленную, удобную для восприятия человеком форму....
12.03.2017
Материалы альянса финансовых медиа:
Разговоры финансистов

закрыть