Юрий Погребщиков,

официальный представитель Торгово-промышленной

палаты Ростовской области в США, Пенсильвания *

Одной из главных причин финансового кризиса стала завышенная оценка платежеспособности потребителей кредитов. Вину за это американцы возложили на рейтинговые агентства. При этом те, кто работал на финансовых рынках в зоне низких рейтингов, незначительно пострадали от кризиса. А вот те, кто имел дело с высшими категориями рейтингов (ААА и т.п.), как раз и стали главными жертвами кризиса. Рядовые американцы (да и многие аналитики) считают, что именно для этой категории последствия кризиса справедливы.

Проблемой для банков и для рядовых граждан в США являются возвраты взятых ранее займов по кредитным карточкам. Одежду, бытовую технику в подавляющем своем большинстве американцы приобретают в кредит по пластиковым картам. Подобное кредитование велось ранее по упрощенной до предела форме. Теперь в случае потери работы или изменения доходной базы возврат по кредитным картам становится настоящей головной болью.

Сейчас все разговоры о возможном банкротстве банков в Америке прекращены. Финансовая поддержка со стороны государства была произведена в первую очередь для погашения задолженности финансовых институтов друг перед другом. Устойчивости банков способствует весьма низкая ставка рефинансирования Центробанка США. Банковская система функционирует в целом нормально, но теперь для получения кредита и компаниям, и гражданам нужна значительно более обоснованная гарантия возврата.

С апреля в оценке активов банков США с целью придания им инвестиционной привлекательности вводится методика, в соответствии с которой стоимость неликвидных активов будет оцениваться не из расчета сегодняшней рыночной стоимости, а исходя из будущей доходности. По замыслу идеологов, это решение улучшит, пока на бумаге, отчетность банков и, стало быть, привлечет инвесторов в банковский сектор.

Наиболее остро различия или сходство кризиса в США и России проявляются, пожалуй, не в сфере экономических решений, а в сфере общественного восприятия кризисных процессов и антикризисных решений. Ощущение кризиса в американском обществе не имеет ничего общего с аналогичным ощущением в России. Страна, обладающая развитым гражданским обществом, способна обеспечить контроль за целевым использованием выделяемых государством антикризисных средств. Посредством информационных инструментов общество жестко критикует власть за малейшие ошибки и проявление коррупции. В авторитетных журналах и по телевидению эксперты анализируют все антикризисные шаги. Ситуацию детально и публично исследуют известные в Америке политики, представители бизнес-элиты, и этот анализ часто жесткий и нелицеприятный для президента и правительства США, решения которых корректируются по ходу дела.

Шумно обсуждалась тема выплат бонусов менеджерам компаний, получивших господдержку. Но акцент в этих обсуждениях несколько иной, чем в России. В США такая реакция прямо вытекает из предвыборной программы Обамы, который критиковал бесконтрольность социальной ответственности бизнеса со стороны власти. Возмущение по поводу бонусов лежит в русле этой критики, а также связано с тем, что и государство, и общество понимают, что кто платит, тот и заказывает музыку. Входя активно в капитал компаний, государство, а через него и общество, начинают больше влиять на бизнес. Кроме того, критика бонусов использовалась как некий клапан для выпуска общественного негатива по поводу кризиса. Можно также предположить, что это один из аргументов в пользу сворачивания «либерального капитализма».

Представить себе, что средства, отпущенные по антикризисной программе государством, будут использованы банком для обогащения за счет курсовой разницы валют, американцы не могут в принципе!

Американцы в своей основе доверяют государству. Они допускают возможность ошибок властей, но почти полностью исключают возможность системных проявлений воровства и коррупции. Воровство, конечно, есть, но кара следует публичная и неизбежная. Попавший под подозрение политик или чиновник дисквалифицируется обществом безусловно и окончательно. Суду нужны доказательства, признания и так далее. А обществу достаточно качественного и публичного расследования. И судьба чиновника или политика, преступившего этическую норму для публичного человека, предрешена.

Представить себе, что средства, отпущенные по антикризисной программе государством, будут использованы банком для обогащения за счет курсовой разницы валют, американцы не могут в принципе! Наверное, им даже невозможно объяснить суть этого механизма. Как и то, что деньги, отпущенные на поддержание какого-либо сегмента промышленности, вдруг окажутся в банках других стран и будут работать на стабилизацию чужой экономики.

Происходящее в других странах Америку, кажется, вообще не интересует. Средства массовой информации очень дозированно говорят о кризисе, и рядовые американцы этой темой не особо озабочены — по крайней мере не так, как россияне. Кризисом занимается власть, которой американцы доверяют, потому что результаты ее действий очевидны даже на обывательском уровне. Полный бак моего джипа в июле прошлого года стоил 105 долларов, а в марте этого года он мне обходился в 48 долларов. Подешевели молочные продукты (но не дорогие сыры), хлеб определенных сортаментов (но не пирожные), автомобили (но не лимузины). Процентов на 15 подорожали сигары (но не массовые сорта табачных изделий). Ощутимо снизились месячные платежи за приобретаемые в кредит и взятые в лизинг автомобили. Таким образом, даже понеся потери на финансовых рынках, рядовые американцы могут видеть, что в их жизни уже происходят и такие изменения, которые вызваны правильными мерами правительства. Поэтому, конечно, правительство в США имеет большой кредит доверия для антикризисной политики. И оно оплачивает его действенными мерами.