Банковское обозрение (Б.О принт, BestPractice-онлайн (40 кейсов в год) + доступ к архиву FinLegal-онлайн)
FinLegal ( FinLegal (раз в полугодие) принт и онлайн (60 кейсов в год) + доступ к архиву (БанкНадзор)
Деловой завтрак Сбера в дни ПМЭФ — это всегда поле для макроэкномических дискуссий. Так было и в этот раз, утром 5 июня
Глава Сбера Герман Греф был не очень оптимистичен — и сразу назвал «четырех всадников апокалипсиса», ключевые проблемы российской экономики и бизнеса: высокая ключевая ставка, повышение налоговой нагрузки, крепкий рубль и рост административной нагрузки и ограничений. Нельзя назвать их принципиально новыми, вызовы эти известны. Мы находимся в нестандартной ситуации, когда на нас одновременно давят несколько факторов, которые поочередно влияют на экономику. Но это давление можно выдержать, если отвечать на вызовы правильно, как мы и делали во время пандемии COVID-19 и при активном внедрении санкций. И результаты были хорошие, обнадежил собравшихся спикер.
Фото: Росконгресс
Дискуссию продолжил зампред правительства Александр Новак, который признал, что нужно было принять меры по охлаждению экономики. Планирование структурных изменений экономики и занятости, структуры бизнеса и экспорта — это то, что может вернуть экономику на траекторию устойчивого роста. Никто, пожалуй, с ним не согласился, хотя формально именно с последним утверждением и не стал спорить.
Потом выступил Андрей Макаров, глава Комитета Госдумы по бюджету и налогам, начав с того, что дискутировать с правительством не собирается. Но тут же достаточно жестко продемонстрировал бессмысленные административные барьеры, особенно в сфере охраны труда и обучения сотрудников. В руках у депутата были две огромные папки только лишь с перечнем (даже не с текстами, а просто со списком) требований и «нормативки» по организации рабочих мест, безопасности труда и прочему. И все это надо соблюдать — но как? В результате бизнес несет издержки и получает наказания, а вокруг кормятся «живопырки», как их охарактеризовал Макаров. «Гильотина, говорите? Мы отменяем тысячи нормативных актов, которые были гораздо милосерднее тех, что мы принимаем сейчас», — заявил Макаров.
Затем бывший владелец «Уралхима» Дмитрий Мазепин вспомнил, как грамотно и оперативно во время пандемии государство поддержало бизнес. А сейчас зачем-то охладили и даже переохладили экономику. Отгрузки по железной дороге упали на десятки процентов, а значит, и товаров произведено существенно меньше.
Дальше, конечно, не мог не выступить Алексей Заботкин, зампред ЦБ, тем более что к нему уже апеллировали почти все выступавшие ранее. Он еще раз привел тот же аргумент, который обычно и называют в пользу того, что ЦБ все делает правильно, когда проводит жесткую ДКП: инфляционные ожидания высокие; инфляция, может быть, и снизилась, но эффект этот краткосрочный и связан в основном с сезонными факторами. Инфляция весной падала даже до 2%, но это не значит, что ожидания у бизнеса, у людей, соответствуют этому уровню — ожидания существенно выше. Алексей Заботкин подтвердил это, попросив поднять руку тех, кто считает, что инфляция будет меньше 5%. Пара рук поднялись в зале. А за то, что она будет выше 7%, например, проголосовали почти все.
Алексей Заботкин не смог не признать, что реальная ставка за вычетом инфляции у нас остается одной из самых высоких в мире, но снова отметил, что это полезно с точки зрения сдерживания инфляционных ожиданий и стабилизации планирования как людьми, так и бизнесом. И лучше потерпеть высокую ставку, чем получить много негатива от высокой инфляции, — резюмировал он.
После этого выступил Роман Троценко, основатель компании «Новапорт», который отметил, две важные вещи. Первое — российский бизнес показал себя как очень хороший бизнес, потому что ему дали возможность справиться с беспрецедентным санкционным давлением, и он это сделал абсолютно точно. Как справляться с такими санкциями, никто не понимал, потому что подобного опыта не было, но это получилось. Ни одна страна не сталкивалась с таким масштабом санкций, ограничений, которые должны были разрушить и логистику, и экспортную инфраструктуру, и платежи, и все остальное. И именно бизнес смог это сделать, потому что ему дали такую возможность, дали для этого свободу. Бизнес нашел все инструменты, все было решено. Но, дальше, и это развитие второго тезиса спикера, сырьевая модель роста у нас закончилась. А несырьевая, к которой мы вроде как давно стремились, требует наличия двух факторов: растущего внутреннего спроса и доступного финансирования. И этих двух факторов сейчас нет, жесткая ДКП убила их оба.
Роман Троценко далее предположил, что наши проблемы с нехваткой рабочей силы — это не признак перегрева, а проблема демографическая: людей, которые были рождены в 90-е и которые должны были сейчас стать основой притока рабочей силы, не хватает, потому что была демографическая яма. И это уже никакой ДКП не загасить.
Возможно, в будущих учебниках, продолжил Роман Троценко, мы прочитаем про «капкан Заботкина», в который совершенно непонятно зачем попала российская экономика, и про то, что долго было непонятно, как из него вылезти.
Последнее, что хотелось бы отметить из того, что было сказано на завтраке, прозвучало ближе к его финалу от Александра Жукова из Госдумы. Он обратил внимание на то, что крупный бизнес, который был представлен на завтраке первыми лицами, прежде всего выделил как главную проблему недоступность и высокую стоимость финансирования. А в голосовании во время трансляции, зрители, среди которых было, скорее, больше представителей МСП, ключевой проблемой назвали налоговые изменения. Спикер отметил, что эффект от изменения налогов для бюджета все-таки оказался не таким существенным, как ожидалось, и нельзя сказать, что это как-то радикально решило проблему бюджетного дефицита. При этом для многих бизнесов, особенно микроформата, это стало критичным, вплоть до невозможности дальнейшей деятельности.
Обеление экономики и обеление бизнеса, — это точно не то, что происходит при резком увеличении налоговой нагрузки, особенно в сегменте МСП, сообщил Александр Жуков и под аплодисменты аудитории призвал подумать об этом оперативно, в этом году. И буквально через несколько часов Владимир Путин в своем программном выступлении на ПМЭФ предложил правительству отложить снижение порога выручки бизнеса для уплаты НДС, при достижении которого бизнес на УСН начинает платить НДС, и оставить его на текущем уровне — 20 млн рублей годового оборота. Чем сорвал предсказуемые аплодисменты присутствовавших в большом зале конгрессно-выставочного центра.
Запись мероприятия можно посмотреть по ссылке.
Факторинг сомнений и надежд
Рынок факторинга вернулся к росту в первом квартале 2026 года, но устойчивость позитивного тренда определят результаты ближайших месяцев. Очевидно, что ограничение господдержки на фоне рекордов дефицита бюджета сделает факторинг привлекательнее для компаний, нуждающихся одновременно в финансовой устойчивости поставщиков и подрядчиков и в удлинении сроков расчетов с ними
Женщины-предпринимательницы в дореволюционной России
В массовом сознании история российского бизнеса до 1917 года — это мужской мир бородатых купцов и суровых промышленников-старообрядцев. Однако за фасадом этой брутальной экономики существовал пласт деловой активности, где ключевую роль играли представительницы слабого пола. Они успешно зарабатывали деньги и щедро тратили их на благие дела