Что произошло в суде во Франкфурте

14 июля Земельный суд Франкфурта провел первое слушание по иску Deutsche Bank, который требует от Linde около 260 млн евро. Судья Коринна Дистлер заявила, что суд предварительно склонен поддержать требования банка. Однако она подчеркнула, что это лишь предварительная оценка, которая может измениться в ходе дальнейшего рассмотрения дела. Окончательное решение будет объявлено 20 октября. И, как и любое другое, может быть обжаловано.

Аналогичные иски рассматриваются в других судах Германии: в Мюнхенском областном суде находится иск UniCredit на 450 млн евро, а Commerzbank подал отдельный иск почти на 100 млн евро.

Из-за чего возник спор

В 2021 году «Русхимальянс» (совместное предприятие «Газпрома» и «РусГазДобычи») заключил с Linde Engineering контракты на строительство газоперерабатывающего и СПГ-заводов в Усть-Луге (Ленинградская область). Стоимость проекта оценивалась примерно в 10 млрд евро. Российская сторона перечислила Linde аванс более 1 млрд евро.

Гарантами по этим контрактам выступили Deutsche Bank, UniCredit, Commerzbank, BayernLB и LBBW. В 2022 году, после введения санкций ЕС, Linde приостановила работы в России. Банки отказались исполнять гарантийные обязательства перед «Русхимальянсом», сославшись на санкционные ограничения.

Что решили российские суды

«Русхимальянс» обратился в Арбитражный суд Санкт-Петербурга и Ленинградской области. В 2024 году суд удовлетворил иски компании и постановил взыскать с банков-гарантов:

• с Deutsche Bank — около 244 млн евро;
• с UniCredit — около 460 млн евро;
• с Commerzbank — около 90 млн евро;
• с BayernLB — около 270 млн евро;
• с LBBW — около 50 млн евро.

Кроме того, российский суд взыскал с самого концерна Linde 142,1 млрд рублей по контракту на строительство завода. Верховный суд РФ оставил это решение в силе, отказав Linde в передаче кассационной жалобы в экономическую коллегию.

Почему банки судятся с Linde

Изначально банки добились от английских судов запретов (anti-suit injunctions), которые не позволяли «Русхимальянсу» предъявлять иски к ним в России. Однако в 2025 году они отозвали эти запреты.

После этого Deutsche Bank, UniCredit и Commerzbank подали иски против Linde уже в Германии. Их логика такая: поскольку Linde нарушила контракт, остановив проект, именно концерн должен компенсировать банкам убытки, понесенные из-за ареста активов в России.

Банки утверждают, что их отказ от выплаты по гарантиям был вызван исключительно действиями Linde (прекращение проекта), а не их собственной волей. Они указывают на то, что, если бы Linde продолжал работы, гарантии не были бы раскрыты. Таким образом, причинно-следственная связь между остановкой строительства и финансовыми потерями банков, по их мнению, очевидна.

В свою очередь, Linde настаивает на том, что именно санкционное регулирование является прямой и независимой причиной прекращения контрактов, и банки не могут перекладывать на концерн риски, связанные с политическими решениями ЕС. По мнению Linde, банки как профессиональные гаранты должны были самостоятельно оценивать эти риски и закладывать их в стоимость гарантийных услуг.

BayernLB, в отличие от других банков, не подавал иска против Linde, но зарезервировал 285 млн евро на возможные судебные расходы. LBBW заявил, что не ожидает существенных финансовых потерь от разбирательств в России.

Что говорит Linde

В компании заявили, что слушание касается вопросов, связанных с гарантиями по контракту, который был прекращен из-за санкций ЕС. По данным концерна, его обязательства по отмененным проектам составляют около 1,2 млрд долларов США.

Концерн Linde также подчеркивает, что сам понес значительные убытки из-за заморозки проектов в России и не может нести двойную ответственность за последствия политических решений.

Правовое значение и что дальше

Окончательное решение по иску Deutsche Bank во Франкфурте ожидается 20 октября 2026 года. Иски UniCredit и Commerzbank находятся на разных стадиях рассмотрения в немецких судах, но заседаний по ним еще не было.

Если решение франкфуртского суда вступит в силу, это с высокой вероятностью запустит волну аналогичных исков. Дело уже называют «тестовым»: его исход может определить, как европейские суды будут трактовать ответственность сторон в аналогичных случаях, когда исполнение контрактов становится невозможным из-за санкций.

С юридической точки зрения ключевым вопросом здесь является распределение рисков при наступлении обстоятельств непреодолимой силы (force majeure) в условиях действия санкционных режимов. Банки, выступившие гарантами, оказались, по сути, в безвыходной ситуации: отказ от выплат по гарантиям привел к аресту активов в России, а исполнение гарантий было заблокировано европейскими санкциями. Теперь они пытаются переложить эти потери на Linde как на сторону, которая инициировала прекращение проекта. То, как немецкие суды оценят причинно-следственную связь между действиями Linde и убытками банков, станет важным ориентиром для всего европейского бизнеса, продолжающего работать с Россией.