Ведь не об этом банчке очередным пасмурным московским утром стоит лить слезы радости и скорби. А о другом. Буквально на наших глазах уходят «крайние из могикан».

Долгое-долгое время в российской банковской системе существовал Феномен-Феномен по имени Солидарность-Солидарность. Два банчка с одним и тем же названием. Только один из Москвы, другой из Самары. Вообще-то двух банков с одним названием быть не должно, но в эпоху романтическо-бандитских девяностых чудеса случались куда как чаще, чем в Рождество вместе со всеми Новыми годами вместе взятыми, а уж тем более чаще, чем в делово-бандитские нулевые, не говоря уже про прозаическо-бандитские десятые.

И вот в эти самые десятые (прошлое поминать не будем) эти обе-две Солидарности были солидарны не только в названии, идентичном от первой буквы до последней, но и в высоком профессионализме в ведении банковского бизнеса. Точнее, в выведении активов. Что, в принципе, в наше время практически одно и то же. При этом налицо были и «культурные различия» в подходах к этому нелегкому ремеслу. Если самарский банчок действовал с этаким провинциально-купеческим размахом, то московский его тезка вел себя как-то больше по-столичному строго и делово.

И вот в живых остался только один... Неоднократно отсанированный разными бизнес-партнерами самарский банчок. Но поминальную речь свою веду я не об этом горце, а об его нечаянном двойнике. Банке профсоюзной солидарности и социальных инвестиций «Солидарность». Спи мирно, старый контрагент, банчок из детского садика...