PRO

Александр Лукин,

первый вице-президент Бинбанка

Субординированные кредиты являются актуальным инструментом повышения устойчивости банковской системы. Они увеличивают капитализацию для выполнения одной из главной функций банков — трансформации коротких ресурсов в длинные инвестиционные активы.

Во-первых, такие кредиты важны для собственников банков. Рыночных длинных денег в экономике катастрофически не хватает, в том числе и владельцам кредитных организаций. При этом они заинтересованы в увеличении капитализации своих банков, чтобы повысить их стабильность. Деньги, которые собственник не готов внести в капитал первого уровня, при определенных условиях могут быть им размещены временно на условиях платности и возвратности.

Во-вторых, эти кредиты важны для государственных институтов как инструмент поддержки устойчивости крупных банков. При этом государство не вмешивается в структуру корпоративного управления и владения банка. Государство получит гарантированный доход на вложенный капитал и вместе с этим простимулирует кредитную активность банков. При этом государственный институт напрямую не вмешивается в рыночный процесс.

Резюмируя вышесказанное, можно сказать, что субординированные кредиты являются актуальным и экономически эффективным инструментом повышения устойчивости и качества банковской системы России.

CONTRA

Михаил Павлов,

заместитель председателя правления ЛОКО-Банка

Прежде всего, давайте обратимся к 173-ФЗ, в соответствии с которым ВЭБ предоставлял российским банкам субординированные кредиты. Суть закона – в его названии: «О дополнительных мерах по поддержке финансовой системы РФ». Оказана ли поддержка финсистеме за счет выданных субординированных кредитов? Безусловно, оказана. Нуждается ли она в дополнительной государственной поддержке, тем более в такой форме? Нет, не нуждается.

Во-первых, предоставление субординированных кредитов прежде всего является методом повышения уровня достаточности капитала, а фондирование – второстепенная функция. Во время острой фазы кризиса, когда рост проблемной задолженности приводил к нарушению нормативов, субординированные кредиты были жизненно необходимы. Но уже в ноябре 2009 года, по данным ЦБ, уровень достаточности капитала составлял 20,9% (на 01.10.2008 — 14,5%). При этом рост проблемной задолженности и, соответственно, резервов на потери практически прекратился. То есть в банковской системе создан достаточно большой запас прочности.

Во-вторых, стимулирующую роль наращивания объемов кредитования программа не выполнила. Большинство частных банков, получивших от ВЭБа кредиты, в 2009 году сократили объемы своих кредитных портфелей.

В-третьих, рыночная доля банков, контролируемых государством, последние годы неуклонно растет, и уже к середине 2009 года, по некоторым оценкам, превысила 56%. Предоставляя субординированные кредиты банкам, государство опосредованно увеличивает свою долю в банковской системе России, что для экономики не является позитивным фактором.

Сергей Гуриев,

ректор Российской экономической школы

Оппоненты практически во всем согласны друг с другом. Субординированные кредиты нужны, потому что в российской финансовой системе отчаянно не хватает длинных денег. И в этом виновато государство, которое никак не может снизить политический риск, неопределенность и инфляцию. Поэтому справедливо, что именно государство компенсирует нехватку длинных денег.

Они спорят лишь о том, нужны ли субординированные кредиты сегодня. Ответ очень прост – кому-то нужны, кому-то нет. Так как банки не обязаны их брать, то в предложении субординированных кредитов нет ничего страшного. Что касается того, насколько они были полезны в момент кризиса, я считаю, что они действительно помогли снизить риски банковской паники. А критика того, что получившие их банки не стали быстро наращивать кредитование, несправедлива – ведь без субординированных кредитов ситуация была бы, скорее всего, еще хуже.