Сначала Дональд Трамп пообещал избирателям его запретить, а потом, став президентом, подписал указ, прямо запрещающий создание цифровой валюты центрального банка (CBDC). Позже появился законопроект GENIUS Act (Guiding and Establishing National Innovation for U.S. Stablecoins of 2025) об эмиссии «частных» стейблкоинов, который устанавливает нормативную базу для их эмитентов и обязывает ФРС организовать саму эту эмиссию стейблкоинов, обеспеченных долларами и иными высоколиквидными активами.

Почему случилась эта замена, понятно: всему виной излишняя прозрачность CBDC, все транзакции цифровой валюты легко отслеживаются в режиме реального времени.

Поэтому появляются нежелательные неконтролируемые риски: в части утечек проектов стратегического инвестирования, проектов слияний и поглощений, проектов финансирования политической деятельностью и т.п. ФРС вместо эмиссии CBDC теперь поручено только следить за эмитентами стейблкоинов — этим Дональд Трамп «одним ударом» поставил под контроль значительную часть крипторынка.

Эта повестка оказалась привлекательной для мирового криптосообщества, которое, напомню, своими пожертвованиями помогло Дональду Трампу занять пост президента. Он и сам не бескорыстно дал «крен в крипту», и, как уже сообщил Bloomberg, криптовалютные проекты принесли семье Дональда Трампа около 620 млн долларов. Почти 390 млн долларов президент США получил от продажи токенов и еще 150 млн — от запущенного в январе мемкоина TRUMP. Что же касается наших банкиров, то вряд ли в обозримом будущем они будут допущены к американским стейблкоинам — скорого облегчения санкций ожидать не следует.

Тему «ненужного стране» цифрового рубля от ЦБ наш самый известный визионер однажды уже озвучил на одном из форумов. Однако вместо цифрового рубля Банк России ничего не предложил. Руководство Центробанка доклад визионера выслушало, никаких комментариев не дало и продолжило работу с системообразующими и активными банками по его внедрению. Еще и обозначило конкретные вехи для остальных банков в отношения его использования. После выступления визионера возникла пауза в части конструктивной критики ЦР. Но ненадолго.

На недавней конференции «Банковского обозрения» тема ЦР и его внедрения опять всплыла.

На этой конференции, посвященной теме рынка ЦФА (повестку «проектировал» исполнительный директор бизнес-блока ВЭБ.РФ Дмитрий Аксаков), один из участников-банкиров внезапно заявил, что отказываться от цифрового рубля совсем не нужно. Пусть в нашей стране будут два (!) цифровых рубля одновременно.

Один цифровой рубль — тот, который «нравится» ЦБ, с которым Минфин будет править бюджет, следить за госконтрактами, работать со смарт-контрактами и так далее. А второй цифровой рубль должен быть «токенизированной копией привычного рубля» — так он витиевато обозначил стейблкоин, привязанный к рублю. Этот второй цифровой рубль никакого отношения к центробанковскому иметь не будет. «Токенинизированный» ЦР будут выпускать коммерческие банки и их уполномоченные партнеры — так же, как в США.

Кто и как за эмитентами будет следить, как будут отслеживаться риски депега (отвязки стейблкоина от его привязанной стоимости. — Ред.), все остальные проблемы с ликвидностью и рисками отмывания денег, финансирования терроризма по линии AML/KYC банкир не разъяснил. Ясно только, что новый «токенизированный» ЦР, по сути, будет представлять частные долговые расписки, но в современном цифровом виде.

Захочет ли за происходящим следить ЦБ? Появится для этого иная уполномоченная организация? Кто и как должен выпускать «российские стейблкоины» — пока не ясно. Говорят, что стейблкоины, «привязанные» к российскому рублю, уже выпускают в Кыргызстане. Называется он A7A5. Возможно, что будущий стейблкоин пригодится для налаживания трансграничной торговли в странах БРИКС и иных государствах. Прогноза о том, что ждет новый стейблкоин, нет, однако продолжение точно последует: на конференции «Б.О» сидели представители ЦБ. Как принято говорить — покупаем попкорн.