— Какие платежи наиболее часто оплачиваются через терминалы компании?

— Абсолютный лидер по объему платежей через наши терминалы — платежи по пополнению банковских счетов и возврату потребительских кредитов, это около 75% всех платежей. По количеству платежей по-прежнему лидируют платежи за сотовую связь. Они составляют около 70–80% от общего количества платежей, при этом по объему платежи за сотовую связь занимают всего 12–15%. Все остальное — это платежи за интернет, оплата коммерческого телевидения, сетевой маркетинг и коммунальные платежи.

— Умрут ли платежные терминалы в ближайшие годы, на ваш взгляд?

— Думаю, нет. Первый раз вопрос о том, что они умрут появился в 2001–2002 годах, когда мы только вышли на рынок, и с тех пор возникал постоянно. Последняя волна слухов по этому поводу связана с возросшей конкуренцией, а также слишком высоко поднятыми ставками аренды под размещение платежных терминалов. Терминалы перестали окупаться через комиссии, которые удается собирать операторам платежей. Необходимым условием выживания стал перенос комиссий на конечных плательщиков — физических лиц. Ситуация привела к тому, что многие повысили эту комиссию не до 5–7%, а до 8–10%. Потребители стали считать эти деньги.
Параллельно идет рост бескомиссионного сегмента — банкоматы банков, розничные сети операторов, кассы в магазинах, интернет-услуги. Прием без комиссий вытесняет традиционные обороты с терминалов, что приводит к жесткой конкурентной борьбе. Отсюда возникает сложная обстановка для тех, кто привык зарабатывать на сверхвысокой комиссии. Арендные ставки не позволяют снижать комиссии, терминальные сети начинают менять места размещения и владельцев.
С 1 апреля 2010 года многие владельцы терминальных сетей стали активно сотрудничать с банками, у банков появилась возможность целенаправленно развивать сервис для своих клиентов. При этом многие банки выбирают бескомиссионную форму приема платежей, иногда даже себе в ущерб, чтобы завоевать часть рынка. Кроме того, все чаще используются банковские карты по прямому назначению. То есть в банкоматах не снимаются наличные, чтобы заплатить с комиссией через терминал, а платежи совершаются непосредственно с использованием банкомата. На этом фоне вновь возникают слухи о том, что терминалы могут умереть.
Я считаю, что терминалы дополнительно к традиционному набору услуг будут все больше играть роль «заправок», то есть через них будут вносить наличные деньги на различные безналичные инструменты. Это и традиционные банковские счета, и счета в платежных интернет-системах, и самый распространенный из них — электронный кошелек. Количество терминалов с функцией приема наличных не будет активно расти, но появиться значительное количество безналичных терминалов. Основную роль на рынке будут играть банки, так как через терминалы они могут предложить большее количество продуктов и получать с них большую маржу. Для небанковских операторов приема платежей ситуация будет ухудшаться.
Сегментация на рынке приводит к определенной нервозности, ощущению конечности процесса, особенно для тех игроков, кто приходили на рынок ненадолго. Остаются те, кто пришли надолго, в основном, — это банки.

— Терминалы — это российское ноу-хау?

— В 2001 году мы предложили платежные терминалы как массовую технологию для рынка, изначально только для российского. С тех пор эта технология перешагнула российские рубежи и пределы СНГ, все ведущие вендоры — производители банковского специализированного оборудования, на выставках демонстрируют все больше оборудования, которое наряду с обслуживанием с помощью банковских карт осуществляют прием наличных. Если взять статистику по наличному обороту в различных странах, то в странах Центральной и Западной Европы, США — эта доля редко опускается ниже 25–30%. Доля наличных денег будет сохраняться, сегодня даже банки, покупают такое оборудование, которое позволяет совершать операции, как с банковскими картами, так и с наличными деньгами.

— Что изменилось для вашей компании и рынка в целом спустя год после принятия 103-ФЗ?

— Закон не в полной мере выполнил ту роль, которая на него была возложена законодателями. Год спустя можно зафиксировать, что не удалось создать ясные процедуры регулирования рынка, не был создан качественный надзор за этим рынком. По экспертным оценкам, только 30% участников рынка поставили фискальные регистраторы и стали работать под надзором налоговых органов. При этом надо отметить, что фискальный регистратор — это только часть пути, а кто-то должен еще и получать эти отчеты, анализировать их. Там, где такая терминальная технология применяется кредитными организациями, надзор осуществляется Банком России и обеспечен в полной мере. Эта ситуация заведомо создает неравные условия для участников рынка.
Таким образом, после вступления в силу закона около 30% терминалов переместились под банки, 30% — переместились под фискальную регистрацию, 40% — остались в сером поле.
1 апреля 2010 года были предположения о том, что, вступив в силу, закон остановит работу многих участников серой доли рынка, а у всех официальных участников будет всплеск. Сегодня можно сказать, что несмотря на то, что мы зафиксировали единовременный рост оборотов, в основном по сотовой связи, примерно на 30 % в апреле – мае 2010 года, впоследствии этот эффект полностью сошел на нет. Снова можно отметить тенденцию повышения борьбы за арендные ставки при размещении терминалов, уход одних игроков и скупка их терминалов другими. Закон всего лишь выполнил роль щелчка кнутом.
Намерения закона и невыполнение их на практике привело к тому, что сначала ушли отдельные игроки рынка и произошел всплеск у оставшихся, а впоследствии все поняли, что ничего не изменилось.

— Согласны ли Вы с тем, что рынок платежных терминалов все более становится банковским?

— Мое мнение в этом отношении не изменилось. Я как считал, так и считаю, что в конечном итоге этот сегмент рыка станет банковским. Все тенденции говорят об этом. Это видно и по распределению долей основных игроков на рынке. Банковские структуры играют все возрастающую роль на рынке, вытесняя традиционных лидеров рынка.