Банковское обозрение (Б.О принт, BestPractice-онлайн (40 кейсов в год) + доступ к архиву FinLegal-онлайн)
FinLegal ( FinLegal (раз в полугодие) принт и онлайн (60 кейсов в год) + доступ к архиву (БанкНадзор)
Кредитный рейтинг США понижен, Европу лихорадит, а нефтяные цены поглядывают вниз. У собственников бизнеса, как в 2008 году, возникает вопрос: что делать, в том числе с IT? Тогда большинство проектов оказались замороженными
В конце 2007 — начале 2008 года внедряли, кажется, все, что только можно. Кризис показал, что многие из этих проектов были не особенно и нужны. Однако тем, кто успел внедрить действительно эффективные системы или, лучше сказать, наладить правильное использование IT, действовать в проблемный период оказалось существенно легче. Важную роль стала играть аналитика, отвечающая за учет, в том числе системы поддержки принятия решений (см., например, интервью с Евгением Гавриковым из ВТБ в №7, 2011).
В 2010 году количество проектов выросло, а обороты IT-компаний почти сравнялись с докризисными показателями. Однако когда весной 2011 года компания «КРОК» публично подводила итоги 2010 года, ее главе Борису Бобровникову задали вопрос: что случится, если кредитный рейтинг США будет понижен? Он ответил, что IT-рынок в России полностью зависит от цен на нефть. И соотнесение стоимости нефти с выручкой «КРОК» это подтверждает. При этом 40% клиентов компании — из финансового сектора, то есть для затрат на IT в банках такое соотношение тоже вполне справедливо. Поэтому можно даже вывести показатель IT-активности — «e-баррель».
IT — продукт скоропортящийся. Стоимость оборудования стремительно падает, а цена систем, в случае, например, продажи бизнеса — вообще нулевая
Борис Бобровников тогда же заметил, что в кризис стала расти доля аутсорсинга. Чем внимательнее компании считают деньги, тем большее вероятность, что они будут использовать IT-аутсорсинг. Поэтому он считает, что для российской экономики падение цен на нефть — благо. «Если нефть упадет до 30 долларов за баррель, на аутсорсинг перейдут все»,— заявил тогда глава «КРОК». Может, это и так, но есть опасения, что в таком случае переходить будет некому, да и не к кому.
Переход на аутсорсинг с точки зрения выживания в кризис действительно кажется разумной мерой. IT — продукт скоропортящийся. Стоимость оборудования с момента его покупки стремительно падает, а цена систем, в случае, например, продажи бизнеса — вообще нулевая. Однако реальность отличается от теории. Один из довольно крупных банков, действительно попробовавший в кризис перевести почти все IT на аутсорсинг, не так давно отказался от этой идеи, и хотя и не вернулся к прежнему состоянию, но нашел некую золотую середину в использовании своих и внешних ресурсов. А некоторые банки, попробовав сотрудничать с отечественными аутсорсерами, вообще решили объявить в этом плане полную независимость. Они и ПО разрабатывают сами, и оборудование собирают из комплектующих, и даже операционные системы используют только с открытым кодом (см. интервью с Павлом Шитовым из Смоленского Банка в №8, 2011). Причина — завышенные цены и неспособность IT-компаний выработать удобную для клиентов политику взаимодействия, что делает контракты невыгодными. Так что без собственного IT-департамента, пожалуй, не обойтись даже в кризис. Хотя, может, еще пронесет. Тьфу-тьфу.
FINLEGAL Возобновление обслуживания по счету при приостановке операций по 161-ФЗ
Чтобы оценить операции как «подозрительные», банки прибегают к утвержденным ЦБ РФ признакам подозрительных операций1. За период с 2022 по 2026 год этот перечень вырос в два раза — с 6 до 12 пунктов
Цифровые деньги нового поколения
Стейблкоины за последние несколько лет вышли за пределы нишевого криптоинструмента. Их совокупная капитализация превышает 300 млрд долларов, а сами токены используются не только криптотрейдерами, но и для трансграничных переводов, расчетов, управления ликвидностью и операций с токенизированными активами. Именно рост масштаба рынка изменил отношение банков и регуляторов к стейблкоинам