Само появление общественного деятеля (так отрекомендовали Олега Дерипаску устроители мероприятия) в компании главы ЦБ и топовых банков выглядело необычно. И позволило избежать привычного «междусобойчика» и посмотреть на ситуацию глазами крупного бизнеса.

«Вступительная» речь Эльвиры Набиуллиной не содержала громких программных заявлений и по сути сводилась к художественному описанию текущей стратегии как необходимости бежать по пересеченной местности, рассчитывая силы на марафонской дистанции. Послание содержало призывы не ограничиваться антикризисными мерами по «тушению пожара», но заниматься переосмыслением приоритетов и перераспределением ресурсов — обращены они были явно не к собеседникам или сидящим в зале зрителям.

Основные ограничения, по мнению главы ЦБ, сегодня связаны с ростом экономики, демографией и дефицитом рабочей силы. Возможности экстенсивного роста в России исчерпаны, для дальнейшего развития нужно повышение производительности труда, а для вложения в технологии — источники долгосрочного финансирования. «На вопросы есть очень простые ответы: напечатать денег, раздать дешевые кредиты, но они ошибочны», — бескомпромиссно заявила Эльвира Набиуллина.

Эльвира Набиуллина (Банк России). Фото: онлайн-трансляция Финконгресса ЦБ

Хорошо отрепетированный экспромт

Олег Дерипаска отнес к важнейшим проблемам качество государственных институтов, от которых зависят принимаемые решения. С этим мнением о методах госуправления и их последствиях согласились и другие спикеры, включая президента Сбера Германа Грефа.

Банкир указал, что из-за проблем с судебной системой и защитой частной собственности: «Даже в банкинге институт залогов подвергается сомнению, хотя он всегда считается священной коровой. Как заемщики, так и банки становятся беспомощными».

Герман Греф (Сбер). Фото: онлайн-трансляция Финконгресса ЦБ

Сам Герман Греф видит развилку в том, сохранятся ли частные собственники в принципе или в этой роли останется государство, а значит — станет ли экономика более эффективной. Ничего не национализировать без нужды призвал и глава ВТБ Андрей Костин. Олег Дерипаска уже видит, как схлопывается частный сектор, в том числе из-за банкротств. Он высказал убеждение, что при концентрации в руках государства 75% ресурсов очевидный способ повышения эффективности — приватизация.

Андрей Костин (ВТБ). Фото: онлайн-трансляция Финконгресса ЦБ

Эльвира Набиуллина отметила: «Мы просто смирились с качеством институтов». На их изменение уйдет несколько лет, результат не очевиден, поэтому в ЦБ «пытаются компенсировать чем-то другим, бизнес привыкает», пояснила глава ЦБ РФ.

С методами такой «компенсации» явно не согласен Олег Дерипаска, который предложил радикально решить проблему стоимости займов снижением ключевой ставки до 5% (с текущих 16 процентных пункта с перспективой ожидаемого повышения еще на 1-2).

Похоже, что Эльвира Набиуллина готовилась противостоять подобным высказываниям предпринимателя (не исключено, что ЦБ и выступил инициатором его приглашения, чтобы давняя заочная полемика с предпринимателем наконец перешла в новую фазу). Спикер напомнила, что дешевых долгосрочных кредитов при высокой инфляции не бывает, а льготные «должны быть кем-то оплачены». И переадресовала вопрос присутствующим руководителям банков: «представим, что начинаем снижать ставку, будут ли банки давать длинные дешевые кредиты»?

Герман Греф считает, что «скорее всего все перестанут выдавать деньги, поскольку это противоречит макроэкономической теории и здравому смыслу». Владимир Верхошинский, главный управляющий директор Альфа-Банка, тоже увидел в решении риски, препятствующие кредитованию.

Андрей Костин ответил: «ужас будет». Он сравнил главу Банка России, которая с легкой руки Германа Грефа, «проводит спецоперацию по борьбе с инфляцией» с премьер-министром Великобритании 1980–1990 годов, «железной леди» Маргарет Тэтчер.

«Будет 18% — значит 18%. Как скажет Набиуллина, так и правильно», — заявил глава ВТБ.

Инвестиции: рецепт от Центробанка

При высокой инфляции не бывает умеренных долгосрочных ставок, подвела итог дискуссии Эльвира Набиуллина. В качестве примера она привела ситуацию в Турции. Критики жесткой ДКП забывают, что инфляция — налог на бедных, а задача ЦБ — чтобы она была «предсказуемо низкой», пояснила спикер.

По ее мнению, перспективы долгосрочного инвестирования — в рынке акций. Но также Эльвира Набиуллина видит, что крупные компании не хотят выходить на IPO, хотя участники рынка капитала «стоят в очереди».

Олег Дерипаска возразил, что он не верит в российский фондовый рынок при ставке по депозитам 16% и укрепляющемся рубле. Он оценил все IPO «последнего года» в 40 млрд рублей. «Русал» в 2010 году привлек в пять раз больше при одном размещении», — напомнил основатель компании.

Скептично настроен и Андрей Костин, который сообщил, что «крупные компании с устоявшимся бизнесом сегодня хотели бы провести делистинг, если бы им дали». При низкой капитализации и высоких прибылях предприниматели не видят смысла делиться заработанным, и «это большая угроза», заявил банкир. Он даже озвучил идею ограничить риски ухода с рынка их путем регуляторного запрета, хоть и признает этот метод «не очень рыночным». Развивать фондовый рынок и повышать капитализацию способно также налоговое стимулирование, добавил глава ВТБ. Костин. Надо привлекать пенсионные фонды. И замотивировать владельцев капиталов, которых «выгнали с Запада», оставить деньги в стране (а не искать применение им в Китае или в арабских странах), создавая для них в России благоприятный инвестиционный климат и восстанавливая доверие к фондовому рынку.

Олег Дерипаска считает, что западные инвесторы по-прежнему не прочь вкладываться в российский фондовый рынок, но им надо помочь, поскольку главная для них угроза — в прозрачности операций — и финансовых, и таможенных.

Он считает, что пора отказываться от антиотмывочного законодательства и запретов на цифровые расчеты. «Видимо, финтех нас спасет», — сказал он.

Глобальный Юг, маняще-недоступный

Участники дискуссии много говорили о необходимости переориентировать российские экспортные потоки на Юг, население которого растет, при этом минуя расчеты в долларах. Но как именно этого добиться, не вполне понятно.

Эльвира Набиуллина согласилась с позицией Андрея Костина, что нужно избегать конкретики в обсуждении решений в сфере платежей и расчетов. Напомнила только, что в ЦБ «смягчили позицию по использованию криптовалюты, разрешили ЦФА».

Надежд на платформу трансграничных платежей BRICS Bridge она, похоже, не питает. Альтернативы находит сам бизнес, и «возможно правильно, что с ЦБ решениями не делится», говорит руководитель мегарегулятора, признавая тем самым некоторое ослабление контроля.

Помимо трансграничных расчетов, проблема еще и в логистике, и претензии — снова к ЦБ и государственным институтам. По мнению Олега Дерипаски, РЖД не может обеспечить перевозки ни внутри страны, ни на экспорт из-за многомесячных пробок от Урала до Иркутска, чем тоже обеспечивает вклад в инфляцию. Решение — в реализации соответствующих госпрограмм.

Олег Дерипаска. Фото: онлайн-трансляция Финконгресса ЦБ

Владимир Верхошинский оспаривает нормативы кредитования на одного заемщика, когда речь о крупнейших корпорациях, таких как Газпром и РЖД. «Компании упираются в лимит и технически не могут взять кредит. А если кого-то купят, то вообще теряют кредитоспособность», — говорит спикер. Он предлагает иначе мерить коэффициент нагрузки на капитал, а также пересмотреть систему госгарантий. Примерно те же проблемы с лимитом риска концентрации на заемщика и в лизинге.

Из дискуссии стало понятно, что никто из ее участников не верит в возврат к прежней модели развития РФ в силу геополитических изменений — фрагментации в мире и внешнего давления на Россию. А новую «экономику мечты» можно, по словам Олега Дерипаски, строить только ориентируясь «на миллиард голодных ртов на глобальном юге, до которого надо доехать».