Внедрение ИИ в финансовых организациях требует не только технических решений, но и диалога футурологов. Их прогнозы помогают выявить будущие векторы развития, предугадать риски и возможности. А если в роли футурологов выступают представители крупнейших банков, то не обойтись без сюрпризов и споров. И понятно, что всегда главный объект споров — люди, хотя бизнес-вопросы никто не отменял.

В ходе пленарной сессии Форума Data Fusion 2026 Андрей Костин, президент — председатель правления банка ВТБ, в контексте сообщения о том, что в «СберБанке ИИ вычислил 20% лишнего персонала», дал свой прогноз развития событий. По словам Андрея Костина, у него есть заместитель, который без всякого ИИ утверждает: «Я вам всегда сокращу 10% персонала, даже не заметите». Тем не менее в ВТБ, по крайней мере в IT, все происходит ровно наоборот: «Каждый живой интеллект пытается нанять себе в помощь еще минимум пять сотрудников».

Тренды и цифры

Но не только Data Fusion оказался богат на прогнозы. Массу интересного можно было наблюдать в ходе Data Summit 2026, организованного ГК DIS Group. В частности, там произошел заочный спор Владимира Пирожкова, промышленного дизайнера, футуролога, директора лаборатории дизайна Сбера, и Николая Кудачкина, директора группы по предоставлению консультационных услуг компаниям финансового сектора компании Б1 (ранее — российское подразделение Ernst & Young), который смело выступил оппонентом первого.

Владимир Пирожков в своем выступлении акцентировал внимание на трендах, а также на том, что человечество стоит на пороге фундаментальных перемен, которые затронут все сферы жизни. Одним из главных вызовов эпохи ИИ и тотальной связности становится цифровое одиночество: люди все реже встречаются лично, предпочитая общение через гаджеты.

Ожидается, что к 2030 году около 40% ключевых рабочих навыков изменятся, а 60% работников потребуется переподготовка, в первую очередь — для работы с ИИ.

В образовании ИИ также перевернет все, ведь уже сейчас формируются новые образовательные модели: тьюторы на базе ИИ, микрокредиты за навыки, акцент на практике и формировании смыслов, а не только знаний. Однако чрезмерная зависимость от технологий приводит к метакогнитивной лени: без доступа к ИИ преимущества исчезают, а критическое мышление ослабевает.

По словам Владимира Пирожкова, поколения Альфа и Бета будут жить в мире, где период полураспада профессиональных навыков составляет всего два-три года; к 2035-му 11% рабочей силы составят представители поколения Альфа, а к 2050 году — уже 30%.

Николай Кудачкин напомнил о том, что дискуссии о будущем правильнее основывать на цифрах и мнении финансовых регуляторов, которые объективно иллюстрируют перемены и реальные ИИ-бизнес-кейсы, которые «должны принести деньги бизнесу».

По данным международных исследований, наблюдаемый переход бизнеса от Data-driven-организаций к их AI-driven-аналогам идет быстрыми темпами и к 2030 году ожидается, что общий потенциальный экономический эффект на международную экономику от применения технологии ИИ составит 17–26 трлн долларов. В этой цифре примерно 35–70% — это итоговый эффект за счет повышения продуктивности работников благодаря ИИ. И только 15–40% прироста произойдет за счет кейсов применения моделей генеративного ИИ.

Внедрение технологий приносит все большую ценность, но без обучения сотрудников и развития культуры работы с данными никакие инвестиции не окупятся. Программы обучения должны смещаться от Data Literacy к AI Literacy (умение получать, обрабатывать и использовать данные и ИИ для принятия обоснованных решений), чтобы люди могли эффективно использовать новые инструменты.

При этом Банк России в своих рекомендациях подчеркивает важность обучения сотрудников использованию новых data-технологий, отмечая, что это повышает зрелость банков и должно сопровождаться внедрением метрик и KPI для определения ценности технологий.

Суть расхождений прогнозов Сбера и Б1

Масштаб автоматизации и роль человека. Владимир Пирожков делает акцент на неизбежности глубокой автоматизации, появлении гибридов человека и машины, а также на том, что ИИ и новые технологии кардинально изменят структуру общества и профессий. Николай Кудачкин, напротив, подчеркивает, что исследования не подтверждают сценарий полной замены людей искусственным интеллектом. По его мнению, в обозримой перспективе человек останется незаменимым, а профессии будут развиваться в формате партнерства с ИИ, а не его вытеснения.

Детерминированность будущего. Владимир Пирожков описывает будущее как во многом предопределенное: дети поколения Альфауже живут в мире ИИ, и развитие технологий идет по заданной траектории. Николай Кудачкин не согласен с такой детерминированностью. Он считает, что будущее не предрешено, а зависит от нас — от того, какие навыки и ценности мы привьем сотрудникам и детям и как будем влиять на развитие технологий.

Приоритет обучения и культуры. Если Владимир Пирожков больше говорит о технологиях, биомеханике, новых интерфейсах и метавселенных, то Николай Кудачкин акцентирует внимание на необходимости обучения людей, развития культуры работы с данными и цифровыми инструментами. Он утверждает: без обучения и вовлечения в работу сотрудников даже самые современные платформы не принесут пользы. По его мнению, именно человеческий капитал — ключевой фактор успеха ИИ-трансформации.

Ключевые навыки будущего. Владимир Пирожков прогнозирует появление новых форм жизни, гибридов, сверхинтеллекта и радикальное изменение природы труда. Николай Кудачкин считает, что в ближайшие годы по-прежнему будут востребованы межличностные навыки, умение принимать решения, профессиональные суждения, т.е. сугубо человеческие компетенции, которые сложно автоматизировать.

Роль образования и ценностей. Николай Кудачкин подчеркивает важность образования, воспитания и передачи ценностей, отмечая, что именно от нас зависит, как сотрудники будут взаимодействовать с технологиями. Он призывает не перекладывать ответственность на «неизбежное» будущее, а активно формировать его через обучение и развитие, а также внимание к своим детям.

«Пан или морлок»

Истина, как ей и положено, находится где-то посередине. И эту самую «середину», сблизив позиции оппонентов, изложил известный футуролог Станислав Дробышевский, антрополог, кандидат биологических наук, доцент кафедры антропологии биологического факультета МГУ имени Ломоносова. Сделал он это на отраслевой конференции по управлению данными ArenaDAY 2026 в докладе «Пан или морлок: биологическое будущее человека».

По его словам, будущее человека не предопределено: возможны как сценарии деградации и упадка, так и путь к осознанному самосовершенствованию. Главный вызов — научиться управлять собственной эволюцией, не полагаясь исключительно на технологии или случайные биологические процессы.

За последние 25 тыс. лет средний объем мозга человека уменьшился на 150 граммов. В условиях отсутствия естественного отбора по признаку интеллекта и при развитии ИИ эта тенденция может продолжиться. Станислав Дробышевский предупреждает: «Если ИИ возьмет на себя все когнитивные функции, человеческая нервная система может деградировать».

Естественная эволюция слишком медленна для современных темпов изменений среды. Единственный способ избежать деградации — активное использование генной инженерии и биотехнологий для целенаправленного улучшения человека. Однако такие технологии пока ограничены этическими и юридическими запретами.