— Часто ли банкам приходится выступать в роли жертвы?

— На наш взгляд, нет, сегодня банки стали обращаться к государству за помощью реже. Вот раньше, еще несколько лет назад, во время становления банковской системы такие обращения были очень частыми.

— С чем связаны такие перемены, по вашему мнению?

— За это время сформировались службы безопасности банков. В них работают много бывших сотрудников правоохранительных органов, силовых ведомств. Это высокопрофессиональные кадры, и они сумели организовать охрану банков на хорошем уровне.

Кроме того, я думаю, банки не желают выпускать информацию о том, что в их стенах происходит что-то криминальное. Что же это за банк, если из него можно похитить деньги? Так, наверно, будут думать клиенты, и банки этого боятся.

— Часто ли банкам приходится выступать в роли жертвы?

— Фактов нападений не так много. По результатам прошлого года, могу сказать, что свыше 90% всех преступлений в отношении объектов кредитно-финансовой сферы были совершены без преступного проникновения в помещения банков. Речь идет о мошенничестве, присвоении средств или растратах. Всего было совершено более 50 тыс. таких преступлений.

Насильственных действий было на два порядка меньше. Последние 4 года в среднем совершается до 40 грабежей и разбоев в год, 3—5 нападений на инкассаторов. Правоохранительные органы регистрируют 30—35 убийств и покушений на убийство работников банков и других кредитных учреждений.

К сожалению, количество грабежей и разбоев растет, на 20—25% в год. Но практика показывает, что успешными бывают только тщательно подготовленные нападения, причем при содействии сотрудников банков. Защититься от хорошо спланированного нападения очень тяжело. Значит, банку нужно заниматься именно выявлением нелояльных кадров.

Но хочу отметить, что система безопасности в некоторых банках организована очень слабо. Они страхуют денежную массу, страховщик в случае чего возмещает убытки. Вот иные руководители и рассуждают: зачем тратиться на охрану, на укрепление? И забывают, что главная ценность — человеческая жизнь, что при нападении пострадают сотрудники банка.

— А какую роль играет вневедомственная охрана в обеспечении безопасности банков?

— Мы осуществляем целый комплекс мероприятий, привлекая к охране объектов и милицейские подразделения, и технические службы, если нужно, то и подразделения военизированной охраны. Вообще, хочу отметить, что вневедомственная охрана на сегодняшний день — одно из наиболее подготовленных мобильных и технически оснащенных подразделений МВД. Мы готовим для себя кадры в Воронежском институте, располагаем собственным НИИ, тесно сотрудничаем с 30 заводами — изготовителями технических средств для охраны объектов.

Сегодня усилия вневедомственной охраны как раз сосредоточены на создании устройств, позволяющих минимизировать затраты на охрану, заменить посты, где сидят люди, инженерно-техническими средствами.

— Тревожная кнопка?

— Не только. Операционистка может не успеть нажать кнопку, особенно если кнопка неудобно расположена. Необходима техника, которая выдает сигнал тревоги независимо от действий персонала. По заказу вневедомственной охраны разработано и уже выпускается устройство «Радиокукла». С виду — это пачка денег. Но если переместить ее с места на место, например достать из сейфа, как того требуют преступники, то она начинает посылать радиосигнал.

Я знаю, что в Северо-Восточном округе Москвы в прошлом году был случай разбойного нападения на пункт обмена валюты. Налетчику дали в руки такую «Радиокуклу», и пока он сгребал деньги, подъехал наряд милиции. Грабитель покончил с собой на месте.

— Какая доля рынка охраны банковской безопасности сегодня принадлежит вневедомственной охране?

— Сегодня под нашей охраной находится 96,6% объектов Банка России, 97,7% — Сбербанка и 86% коммерческих банков. Могу еще добавить, что в денежном выражении доход от охраны кредитных учреждений составляет шестую часть всех доходов, полученных от охраны объектов.

— Это серьезные цифры. Вас не обвиняют в монополизме?

— Обвиняют, и очень часто. Но эти обвинения необъективны. В течение 4—5 лет личный состав ГУВО не увеличивался. А количество сотрудников частных охранных предприятий за это время выросло в 3—5 раз и уже перекрыло численность сотрудников вневедомственной охраны. Наверно, кадровый состав ЧОП не рос, если бы у них не было рынка и перспектив на нем.

Я считаю, что обвинения связаны с боязнью конкуренции. Административным рычагом конкуренцию нельзя подавить, нельзя приказать руководителю фирмы, где получить охрану. Он голосует рублем.

Последнее время, кстати, пошли разговоры о том, что вневедомственная охрана не будет работать на банковском рынке. Это неправда, и я считаю такие разговоры провокацией, направленной на захват рынка частными охранными предприятиями. А у клиента должен быть выбор. Если предприниматели верят в надежность охраны со стороны государства, они должны иметь возможность получить такую охрану.

— Как влияют тарифы ГУВО на ценовую ситуацию с охраной банков?

— Я бы не сказал, что у нас очень высокие тарифы. Они сегодня формируются в соответствии с определенными регламентирующими документами, инструкциями. Если бы наши тарифы регулировались рынком, то стали бы не то что выше, но разнообразнее, дифференцированнее. Какие-то услуги стали бы стоить дороже, но другие — дешевле.