Долю Сбербанка на рынке торгового эквайринга эксперты оценивают в 40–42%. Доля небанковской компании UCS («Компания объединенных кредитных карточек») — 30–32%. А третий «игрок» — «команда» из 600 банков-эквайеров, чья доля 26–30%. Именно столько кредитных организаций, по состоянию на 1 апреля 2012 года, занималось эквайрингом в России.
В Европе и США ситуация иная. В каждой стране от 5 до 10 профессиональных игроков, для кого эквайринг — основной бизнес. Основная причина в том, что это не банковское, а самостоятельное и высокотехнологичное направление бизнеса, в котором 90% — это технологический компонент (технологии, IT, передача данных и процессинг) и только 10% — банковская часть (переводы средств и клиринг). Плюс жесткие требования в сфере информационной безопасности, отказо­устойчивости, защиты от мошенничества и т.п. А это дополнительные расходы. Поэтому бизнес будет прибыльным лишь при очень больших объемах транзакций. Например, как у Сбербанка. Хотя и этот госбанк по объему и количеству транзакций проигрывает западным лидерам. Так, осенью 2011 года оборот крупнейшего клиента американской компании Global Payments был сравним с оборотом всего российского рынка эквайринга.
ЦБ РФ: «Все хорошо, прекрасная маркиза»
Звонок в отдел эквайринга банка: «скажите, а после заключения договора эквайринга, в какой срок у нас будет терминатор?»
Если судить по данным Центробанка, то рынок торгового эквайринга в России активно развивается. С каждым месяцем увеличивается количество...