Здание для своего головного офиса на Дубнинской улице Инвестторгбанк строил сам. Не подлаживались под существующие площади, а спланировали так, как надо для банка и как считает нужным его руководство. Так что можно посмотреть, как банк решил известную стилистическую дилемму: быть ему пафосным или технологичным.

Председатель правления Инвестторгбанка Владимир Гудков считает, что оба подхода имеют право на существование, просто их надо умело сочетать. Те помещения, где ведется работа с клиентами, должны быть немного торжественными и даже пафосными.

— Клиенты, когда приходят в банк, должны чувствовать защищенность своих денег и надежность банка, — говорит Владимир Гудков. — Не должно быть ощущения, что это какой-то магазин, в который люди заходят-уходят. Люди должны чувствовать уважение и, может быть, даже какую-то робость перед значительностью организации. Тогда офис больше соответствует привычному представлению о банке.

Помещения бэк-офисных подразделений, считает Гудков, наоборот, должны быть технологичны. Упор в дизайне и организации пространства должен делаться не на внешние эффекты, а на удобство для эффективной работы. «Нет смысла делать в бэке роскошную обстановку, но сотрудникам должно быть удобно, ведь они проводят здесь много времени, и обстановка должна помогать сосредоточиться на работе», — считает Владимир Гудков.

На столе председателя правления Инвестторгбанка деловые документы, планер, немного литья и фотографии родных. Чай в подстаканнике

Председатель правления Инвестторгбанка в банковском бизнесе уже 13 лет, сам прошел крутой путь от банковского менеджера до ключевого акционера банка, поэтому работу многих служб знает не понаслышке. В проектировании офиса принимал непосредственное участие, возился с чертежами, подгоняя помещения служб под требуемый функционал. Когда планировали дилинговый зал, заложились на удобство работы с большими мониторами, в операционном зале дали больше простора и торжественности, в кабинетах для переговоров с VIP-клиентами старались создать ощущение дороговизны и в то же время конфиденциальности. Такое сочетание помпезности и технологичности в банке представляется логичным.

Большой интерес представляет решение, которое председатель правления придумал сам для себя. Этот банкир работает… в двух кабинетах сразу. Пройдя из приемного зала с секретарями, посетитель попадает сперва в полукруглую личную переговорную комнату председателя. Переговорная комната хорошо заметна с улицы — на угловом здании банка, начиная с четвертого этажа и вверх, висит большая полукруглая стеклянная шайба — снаружи смотрится весьма неординарно. Это и есть переговорка предправления — «утренний кабинет».

Здесь потолок голубого стекла, панорамные окна на полгоризонта, картина с парусником, немного дипломов над комодом с несколькими статуэтками и переговорный стол с резными креслами на восемь человек. Визиточница банкира стоит у торцевого кресла — то есть это его постоянное место для встреч с партнерами и клиентами.

Православная икона XIX века – очень ценный подарок

Боковая дверь из переговорной комнаты ведет собственно в кабинет — там уже личное рабочее место Владимира Гудкова, где проводятся очень немногие встречи ближнего круга.

— Я считаю, что должна быть отдельная переговорная, куда приходят клиенты, а личная рабочая комната для работы с документами должна быть отсечена. Работа с документами не должна мешать работе с посетителями, — поясняет банкир. — Кроме того, кабинет должен иметь определенную энергетику. А когда проходит большое количество людей, в том числе бывают и напряженные переговоры, — энергетика пространства засоряется. Поэтому первую половину дня я всегда провожу здесь, в переговорной, потоком идут встречи. В это время к себе в кабинет фактически и не захожу. А после 3–4 часов дня я перехожу в кабинет и работаю там с компьютером или документами. Туда допускается небольшое количество посетителей. Это или подчиненные, которые заходят на несколько минут для постановки задач, или какой-то небольшой круг коллег и партнеров, беседы с которыми предполагают дружеский характер и не несут отрицательной энергетики.

— Вы несколько раз использовали понятие «энергетика». Увлекаетесь тонкими энергиями?

— Ну так, на уровне дилетанта, наверное. Так чтобы специально время уделять — этого нет. Читаю литературу, если книга понравилась. Какую? Ну, можно вспомнить что-то наиболее известное, первое из того, что появилось у нас по этой теме: Владимир Леви, Мартынов. Есть знакомые, которые этим увлекаются, — врачи, ученые, сотрудники спецслужб.

— Наверное, эти знания применяете в управленческой практике?

— Конечно. Есть специалисты, которые могут подсказать наилучшие способы организации людей. Есть элементарные же вещи, например, наши биоритмы скачут. Сейчас во многих американских и японских корпорациях учитывают и эти аспекты организации труда.

Справка «БО»

АКБ «Инвестторгбанк» (ЗАО) входит в число 100 крупнейших российских банков и занимает 61-е место по объему привлеченных вкладов граждан. По итогам 2006 года капитал банка составил 1,6 млрд рублей, активы — 17 млрд рублей. По данным «Интерфакс-100», «Инвестторгбанк» по размеру активов поднялся с 94-го на 88-е место. Банк имеет 5 филиалов и 34 дополнительных офиса, а также участвует в уставном капитале ООО «Владимирский промышленный банк» (г. Владимир) и ЗАО «Волго-Окский коммерческий банк» (г. Нижний Новгород). У банка более 17 тыс. корпоративных клиентов и более 35 тыс. клиентов среди частных лиц. Наиболее значимых результатов в развитии регионального бизнеса банк добился в Ивановской области, где он занимает лидирующие позиции, уступая по доле рынка только Сбербанку России.

— А вы у себя не планируете? Пятиминутные медитации. Или поставить в холле чучело председателя, чтобы сотрудники лупили для релаксации…

— Нет, такого нет, — Владимир Гудков смеется. — Понятно, что эти методики должны применяться в разумных пределах. Но вот сейчас мы заканчиваем строительство оздоровительного комплекса недалеко от Иванова на Волге. Я специально изучал опыт компании «Тойота», которая проводит регулярные учебные мероприятия, приучают к корпоративным ценностям, сплачивают коллектив. Вот примерно такое направление хотим создать, чтобы люди были более раскрепощены в своей работе.

— Есть армейский принцип, когда сержанту дали взвод, и он не выбирает подчиненных — всех должен построить и переломать, если надо. В более интеллектуальных коллективах руководитель думает о комфорте работы с подчиненными. А вы какого подхода придерживаетесь?

— Оба подхода нужны, когда уместны, — даже в одной корпорации. Если это транспортный отдел или какая-то техническая служба, то там люди должны выполнять задачи независимо от особенностей характера и настроения. Если подразделение занимается интеллектуальным трудом, то там начальник имеет полное право выбора подчиненных. Никто не станет на него давить, чтобы он взял или не взял какого-то человека. Конечно, у меня есть право вето, но очень редко им пользуюсь, только если совсем очевидные перегибы.

Манера Владимира Гудкова четко раскладывать смыслы по полочкам заставляет заподозрить в нем технаря по образованию. Но все интереснее: военный. Причем военный экономист. Закончил Ярославское финансовое училище, 19 лет прослужил в армии. Увольнялся с должности начальника финансовой службы армии. Было в это в 1994 году, тогда многие офицеры уходили по разным причинам… да, в общем-то, по одной. Гудкова, по его словам, не устраивало то, что все попытки сделать что-то новое и нужное наталкивались на рутину и «не пущать!». Например, начал внедрять в финансовой службе автоматизацию, как учили в академии. Так ему это потом боком вышло, дошло до конфликта с начфином округа — из-за того, что закупил компьютеры для расчета зарплаты, денежного довольствия и вообще ведения бюджета. Не положено было, хотя было нужно. В то же время в тактических подразделениях было положено, хотя не было нужно: там компьютеры закупались, но работать на них никто не умел, только резались в игрушки да рисовали картинки. «Это сейчас все сдвинулось, — сокрушается Гудков. — А тогда очень тяжело было».

Владимир Гудков часто работает с включенным телевизором – смотрит деловые каналы с бегущей лентой индексов

В банк отставной офицер попал случайно — однокашники по академии уже были в бизнесе, предложили попробовать. Финансовое образование помогло, начинал с работы в дилинговом центре, занимались теми самыми ГКО и ОФЗ, но грамотно вовремя вышли. Карьера сложилось довольно быстрая, сейчас Владимир Гудков не только основной владелец банка, но и акционер крупного холдинга, владеющего банком и девятнадцатью предприятиями в разных отраслях — деревообработка, телефония, здравоохранение.

Недавний уход Николая Цветкова из оперативного управления банком «Уралсиб» снова заострил вопрос: будут ли владельцы банков передавать бразды правления менеджменту. Действительно, и Владимир Гудков уже в прошлом году подумывал о том, чтобы сосредоточиться на работе в холдинге и передать руководство банком менеджерам. Но пока решил не торопиться.

— Здесь главная задача — подготовить сменщика, — объясняет банкир. — За год-два подготовить такого человека практически невозможно. Да, у меня есть несколько кандидатур, которым я пытаюсь привить навыки руководства таким коллективом, как наш. А сейчас это 1500 человек — все-таки не мало. Есть же еще и подразделения в других городах, не только в Москве, и их количество будет увеличиваться.

Пока Владимир Гудков такого человека готовит, но уже сосредоточился на стратегических вопросах, оставив тактические замам. То есть в какой-то форме отход от оперативного управления тоже осуществляется. Но не для того, чтобы уехать на острова и пожинать плоды — не та закваска, — а для задач более высокого уровня. Ну когда же эти люди наедятся бизнесом и займутся путешествиями, ведь возможности уже позволяют. Вопрос про острова явно выбивает банкира из колеи:

— Да нет… Я такой человек по натуре: 5–7 дней в отпуске отдохну — и уже на работу тянет. Это как наркотик.

Просторный кабинет «первой половины дня» — угловая полукруглая переговорная комната. Та самая картина, где «он, мятежный, просит бури»

Владимир Гудков наконец показывает свои «основной» кабинет, личный. Первое, что бросается в глаза, — волчья шкура на кресле. Она тепло хорошо хранит, а банкир любит, чтобы в кабинете было прохладно. И вот спину в тепле держит. Ох, рискует предправления, показывая журналистам волчью шкуру, — это ж сколько богатых образов, каких можно заголовков наделать. Ну да обойдемся без жареного.

В кабинете много бронзы и прочего литья. Статуэтки небольшие, но увесистые. И по сюжетам фундаментальные — там лев, здесь Николай II. Покупал не сам, все из подарочного фонда, но остальные подарки расползаются, а литье и бронза остаются. Значит, тяготеет все-таки, хотя, похоже, какие-то специальные принципы отбора рационально не выработал. Просто, видно, нравится. Бронзовые изваяния на малахите вполне вписываются в ту, пафосную стилистику банковского офиса. И хотя пространство личное, рабочее, а не для клиентов, но, видимо, и тут банкиру важно выдерживать настроение консервативной манеры банковского стиля.

На столе Владимира Гудкова — крупный планер, на нем удобно все наглядно разложить по времени. Выделяются семейные фотографии. А вот пафосных дипломов и наград в кабинете нет. То есть они у Гудкова есть, но их все вывесили в клиентских переговорных — пусть производят впечатление на посетителей. Нет на стенах кабинета и фотографий со знатными персонами, есть только один снимок — с подопечными ветеранами флота.

Напротив стола сверху полки с изваяниями — крупный телеэкран. Владимир Гудков смотрит РБК, ВВС, СNN — в основном бегущие ленты с фондовыми сводками. Со времен работы в дилинговом центре привык быть в рынке, но залезать в интернет специально для этого времени нет, а так, вполглаза — следит. Еще спорт иногда смотрит — много лет сам занимался хоккеем, сейчас увлекается горными лыжами, аквабайком, снегоходами.

Забавный сувенир в кабинете — отбитое горлышко от бутылки шампанского на специальной подставке. Этой бутылкой «крестили» яхту Гудкова. Яхта сейчас с экипажем стоит в Черногории. Яхта, — шутит банкир, —конечно, без подводной лодки и вертолета, но достаточно большая, можно в кругосветку пойти. Сам там бывает редко, но иногда удобно пригласить друзей отдохнуть.

Морская тематика есть еще на картине, которая висит в «первом», переговорном кабинете председателя правления Инвестторгбанка. На ней изображен фрегат в волнах на свежем ветру и пронзительно синее небо. Пресс-секретарь банкира уверяет, что эта картина отчасти отражает характер Гудкова: «А он, мятежный, просит бури». Может, и так. Но от беседы рисуется другой образ — четко и системно мыслящего человека, плотно сидящего в работе, но свободного достаточно, чтобы позволить себе диковинный уют в виде волчьей шкуры в председательском кресле.