Сергей Егоров, председатель совета директоров Бинбанка, почетный президент Ассоциации российских банков:

— Андрея Андреевича Козлова я знаю с начала создания российской банковской системы, почти пятнадцать лет. Вспоминаю, как его назначили заместителем председателя ЦБ. Новая банковская система, соответствующая появившимся рыночным отношениям, требовала специалистов, имеющих представление о мировой практике банковского дела развитых стран. На тот момент в России таких почти не было. И Козлов подобного опыта не имел, был молод, поэтому многие отнеслись к новому назначению скептически. Но сомнения были напрасны, и это стало понятно по прошествии совсем короткого промежутка времени. Козлов стремительно прогрессировал в своих знаниях, становясь специалистом банковского дела высшего класса. В надзоре за коммерческими банками он проводил линию строгого контроля, был принципиален, иногда жесток в отстаивании государственных интересов. Кстати, жесткость не была чертой его характера, это было требование создания новой банковской системы.

Я знаю, что Андрей Андреевич иногда даже сдерживал людей, которые предлагали более крутые меры, отлично понимая, что за один день все вопросы банковской системы решить невозможно, делать это надо постепенно, но твердо.

Козлов был сдержанным, уравновешенным человеком. Я ни разу не видел, чтобы он на кого-то повысил голос, вышел из себя или когда-то кого-то упрекнул. В общении всегда был доброжелателен, любил острое словцо, с удовольствием мог выслушать хороший анекдот, какой-то веселый рассказ. Я помню, мы вместе выезжали на конференцию в Швейцарию. Именно там Андрей впервые встал на лыжи, совершенно не стеснялся своего неумения. И добился-таки результата, научился.

В Ассоциацию российских банков Козлов приезжал всегда, когда его об этом просили. В последнее время бывал часто как официальный представитель ЦБ в АРБ. Андрей никогда не показывал, что он большой начальник и никого не слушает кроме себя, что создавало обстановку делового обсуждения любой проблемы.

Смерть Андрея Козлова — трагедия. Он стал 116-м в списке убитых и тяжело раненных банкиров. Это убийство — вызов не только всему банковскому сообществу, но и государству в целом. Меры, которые предпринял в связи с этим трагическим событием наш президент, направлены не только на укрепление нормативно-правовой базы работы коммерческих банков, они предусматривают и более строгое отношение к предприятиям, работающим с этими банками.

Как и все банковское сообщество, я глубоко скорблю по поводу ухода из жизни настоящего профессионала, отца семейства и просто замечательного человека и выражаю глубокие соболезнования родным и близким Андрея Козлова.

Павел Медведев, депутат Государственной думы:

— В эти скорбные дни память невольно прокручивает эпизоды жизни, связанные с А.А. Козловым. По видимости, парадоксальным образом в первую очередь вспоминаются наши беседы в самолетах, когда наши места оказывались рядом. На самом деле ничего парадоксального в этом нет. Несмотря на то что Андрей Андреевич был очень открыт для контактов, дискуссий и я этим очень широко пользовался, всегда оставалось что-то недообсужденное, недосогласованное. А где, как не в самолете, можно не торопясь дообсудить, досогласовать.

Кроме последнего случая, когда 7 сентября мы вместе летели на банковский форум в Сочи, не могу вспомнить, откуда и куда мы направлялись (не это было важно!). Но помню жест, интонацию, выражение лица.

Еще одна картина. В ней нет Андрея Андреевича. В ней я беседую с нашим общим с Андреем Андре- евичем хорошим знакомым Эндрю Спиндлером. Происходит это в мае текущего года. Эндрю (он американец, специалист по банковскому делу, был в предыдущий раз в Москве в сентябре 2004 года, уехал обеспокоенный) с некоторым напряжением расспрашивает, как идут дела в банковской сфере, как развивается надзор. Рассказываю. Лицо светлеет. Задает детский вопрос (детский – потому что знает ответ): «Как вы думаете, велика ли роль Андрея в улучшении надзора?». Вместо ответа рассказываю байку о том, как советских студентов пичкали невразумительной теорией о роли личности в истории.

Оказывается, правильно учили! Какая яркая личность, и какой достойный след в истории!

Василий Высоков, председатель совета директоров банка «Центр-Инвест»:

— Трагическое убийство А.А. Козлова — дикость, судорожные потуги тех сил, которые хотят продолжать грабить Россию по старым схемам.

Не выйдет, господа. За короткий срок система российских банков во многом благодаря напряженной работе А.А.Козлова окрепла, стала более прозрачной, укрепила свой авторитет и в глазах населения, и на международной арене.

Горжусь тем, что помогал ему в этой работе. Благодарен и всегда буду помнить его почти мальчише- ский азарт и восторг, когда удавалось подкрепить примерами из опыта банка «Центр-Инвест» его выступления на международных форумах.

Всего пять дней назад мы обсуждали с А.А. Козловым планы по ужесточению требований к работникам банков, практику внедрения МСФО и Базель II.

Реализация этих планов должна стать лучшей памятью первому заместителю председателя Центрального банка Российской Федерации А.А. Козлову.

Ричард Хейнсворт, гендиректор агентства «Рус-Рейтинг»:

— Бывают люди, жизнь которых подобна метеориту на небосклоне. Такие люди встречаются редко и заставляют простых людей отрывать свой взгляд от земных проблем. Метеорит оставляет очень яркий след, но как только мы привыкаем к его сиянию, он уже успевает исчезнуть, оставляя чувство потери.

В средневековье появление метеорита символизировало скорое приближение либо очень хороших вестей, либо очень плохих. В современном мире принято считать, что каждое событие имеет свои причины, наша судьба в наших руках, и мы можем влиять на то, что происходит с нами и вокруг нас. Время покажет, в современном мире мы живем или в средневековье.

Я благодарен судьбе, что был лично знаком с Андреем Андреевичем. Всевышний любит людей улыбчивых, выполняющих свои обещания и заботящихся об улучшении жизни своих сограждан, и я уверен, что Андрей Андреевич займет достойное место у Всевышнего.

Нам на земле остались лишь яркие следы правдивого и смелого человека, метеоритом мелькнувшего на нашем небосклоне.

Одно из моих личных воспоминаний об Андрее Андреевиче: на одной из конференций я спросил его, почему он пьет только апельсиновый сок и ничего крепче. Он ответил, что в студенческие годы вокруг него очень многие употребляли спиртное, но он хотел отличаться от них, не быть таким, как все. Андрей Андреевич был человек очень крепкой воли, способный противостоять любым соблазнам.

Александр Железняк, председатель правления Пробизнесбанка:

— Мы довольно часто общались с Андреем Козловым по вопросам бизнеса, в основном пересекались на банковских мероприятиях. Главным местом встреч был ежегодный Российский экономический и финансовый форум FINAS. Андрей был удивительным человеком, абсолютно доступным для любого банкира. Во время конференций он в равной мере уделял внимание и абсолютно свободно общался с представителями банков любой величины: старался быть полезен всем, никогда не отказывался от дискуссии. Во время встреч нам всегда удавалось много времени посвящать конструктивной беседе по вопросам банковского бизнеса. Сотрудничать с ним было легко, хотя многие говорят о его трудном характере. Андрей — очень внимательный слушатель — как-то трудно говорить о нем «был» — внимательный и сосредоточенный. Из всего потока информации он выхватывал суть, избегая витиеватости мысли и слова. Речь Андрея всегда была предельно аргументирована, и от собеседников он рассчитывал на то же. Его четкие ответы на вопросы не допускали никакой двусмысленности, а если он не хотел отвечать, то прямо говорил об этом. Думаю, говорить о его порядочности нет резона: его профессия, а точнее даже миссия, была залогом кристальной чистоты и бескомпромиссности этого человека. Многие считают его излишне амбициозным человеком. Но об этих качествах можно говорить только со знаком плюс. Он четко понимал поставленные перед ним задачи и неустанно шел к их выполнению, без компромиссов, воспринимая все препятствия с улыбкой.

Искренне жаль, что банковская сфера, государство и общество лишились Андрея Козлова. Отрадно то, что с нами остается тот огромный вклад, который внес Андрей в реформирование банковской системы и развитие цивилизованного бизнеса. К сожалению, его жизнь и смерть доказывают, что путь, по которому он шел с высоко поднятой головой, очень сложен и опасен.

Лариса Ларина, председатель правления Газэнергопромбанка:

— Я скорблю о невосполнимости потери Андрея Козлова вместе с его коллегами и друзьями. Это тяжелая, чудовищная утрата как для людей, лично знавших его, так и для всего банковского сообщества России. Трудно переоценить значимость его инициатив и конкретного вклада в развитие отечественного банковского сектора. Этому трагическому и беспрецедентному событию уже дана соответствующая оценка государственными структурами и представителями бизнеса.

Те встречи с ним, которые подарила мне судьба, я хочу и буду помнить всегда. Многие говорят, что Андрей Козлов был жестким в принятии решений. Наверное, это так. Бескомпромиссность, безусловно, была отличительной чертой его характера. Во многом она была обусловлена его профессиональным и служебным долгом, который он ставил превыше всего. Он был принципиален во всем. Я много раз была свидетелем того, как он избегал общения с теми, кого считал непорядочным.

Вместе с тем Андрей Андреевич был открыт для всех, кому доверял. Мне он запомнился как очень добрый и отзывчивый человек. Он не был похож на чиновника высокого ранга. В нем не было чопорности, недоступности. Меня всегда удивлял его какой-то особый мальчишеский максимализм, готовность помочь. Однажды, когда я захотела обсудить с ним вопросы, касающиеся дальнейшего развития банка, он нашел время и совершенно искренне постарался помочь мне своими советами, так необходимыми на тот момент.

И я до сих пор признательна ему за эту помощь.

На конференциях, посвященных банковской деятельности, я помню, наши взгляды во многом совпадали. Мы вместе обсуждали вопросы, связанные с повышением корпоративной культуры и качества управления. Много раз касались темы прозрачности отечественной банковской системы, повышения доверия вкладчиков и инвесторов. Мне кажется, что в своих выступлениях мы думали и говорили с ним на одном языке. Главное, что им всегда двигало, — это желание совершенствовать.

В Центральном банке Андрею Козлову выпало отвечать, наверное, за самый непростой круг вопросов. И несмотря на это, по сути, он был первым, кто начал вести по-настоящему плодотворный диалог с банковским сообществом. Отчего особенно больно, что его жизнь так трагически оборвалась. Светлая ему память!

Андрей Савельев, председатель совета директоров КБ «Москоммерцбанк»:

— С Андреем Андреевичем мы познакомились в 2004 году на обсуждении одного из вопросов в ЦБ. Сразу запомнился его живой стиль общения и то, насколько хорошо он понимал реальную работу банковского сектора. Впоследствии нам приходилось встречаться много раз и в ЦБ, и в АРБ.

Андрей не терпел формализма и фальши, ни в общении, ни в подходе к регулированию сектора. Его интересовало в первую очередь реальное содержание вопроса, а не то, какова его формальная сторона. В этом он был в чем-то уникален в среде российских госслужащих. Помню, на одной из встреч один из присутствующих попробовал использовать аргумент «Андрей Андреевич, но ведь это же не противоречит инструкции …». Андрей мгновенно изменился, и ответ был жестким. Человек он был действительно принципиальный и на компромиссы не шел.

Думаю, что работа Андрея стала и его личной миссией — очистить банковский сектор от теневого бизнеса. Помнится, на одной из встреч в период приема банков в систему страхования вкладов он сказал: «…Иногда о банках такие люди звонят, которых только по телевизору и увидишь». Было очевидно, что давление на него было огромным, а реальные (а не на словах) союзники — малочисленны. Но он его выдерживал и проводил свою линию.