Власть — бизнесу: ты нужен стране!

Попытки начать экспертную дискуссию предпринимала уже «Единая Россия». Острая фаза кризиса и период аварийных мер, похоже, действительно закончились, поэтому выработка более системных и длинных решений требует более глубокой вдумчивости и участия многих светлых голов. А дискуссии — ни общественные, ни экспертные — прежде как-то не практиковались, не было нужды. Теперь понадобились. Правительство выдвинуло антикризисную программу, пошло с ней в Думу, в народ, в телевизор — как обычно; но теперь еще и в экспертное и деловое сообщества.

И тут удачно подоспело время проведения II Всероссийского форума промышленников и предпринимателей, организуемого РСПП. Да еще и в рамках Недели российского бизнеса. Можно с уверенностью сказать, что по уровню представленности министров, чиновников, экспертов и бизнесменов это едва ли не крупнейшая дискуссия подобного рода в России в новом тысячелетии. Жизнь заставила.

В первый же день руководителя РСПП Александра Шохина принял президент Дмитрий Медведев. Конечно, такого рода встречи обязательно имеют знаковую природу. Власть подает всякие знаки. Какими бы эффективными ни были меры регулирования, сколько бы денег ни оставалось еще в резерве, но без того, чтобы деловую активность проявляли сами бизнесмены — от мала до велика — экономика не воспрянет.

Возможно, впервые за долгое время власть заинтересована в том, чтобы бизнес не прятался по норам, а производил, продавал, заказывал, покупал. Эту активность не возбудить нормативными актами или регулирующими предписаниями, ее не возбудить даже субсидиями. Нынешняя власть впервые сталкивается с тем, что она заинтересована в активной личной воле частного человека-гражданина из числа наиболее экономически активных. До сих пор личные воли преимущественно подавлялись, а стимулировались коллективные инстинкты. Теперь, кажется, востребована та самая предпринимательская инициатива.

Поэтому нет никаких сомнений, что кризис не только повысит авторитарный тонус власти, но и парадоксально снизит его. Власть будет активно идти на диалог с бизнесом, всячески за ним ухаживать и подавать позитивные сигналы — в меру своего таланта.

Другой вопрос — осталось ли еще в деловом сообществе нужное количество пассионарности и этой пресловутой предпринимательской инициативы. Или уже даже сами предприниматели стали классом победившего социализма с глобальными иждивенческими ожиданиями? Не секрет, что многие последние встречи бизнесменов с властью похожи на весеннюю картину в птичьем гнезде, когда птенцы, разинув рот, галдят наперебой навстречу мамаше, подлетающей с червячком. Об особом пути России говорят часто, и не исключено, что предприниматели-иждивенцы — это тоже из разряда «у советских собственная гордость».

Неделя российского бизнеса проходила в формате нескольких тематических площадок. Так, РСПП организовал конференцию «Налоговая политика и структурная перестройка экономики», на которой видением налоговых реформ поделились руководители финансовых и налоговых ведомств, а также представители бизнес-сообщества (подробнее о налоговой конференции см. стр. 42).

Упрямство Кудрина имеет немалую цену. Именно оно позволило накопить в заначке 600 млрд долларов.

Был проведен круглый стол «Развитие корпоративного законодательства в условиях кризиса», где принимали участие руководители судебных властей, ведомств и бизнесмены. Отдельно РСПП по традиции представил доклад «Деловой климат в России» и провел обсуждение основных выявленных тенденций. Прошли конференции по транспорту, развитию IT, инновациям и т.д.

Центральным мероприятием Недели российского бизнеса стал II Всероссийский форум промышленников и предпринимателей, участие в котором приняли ключевые экономические министры. В рамках форума прошла также и сессия «Проблемы оздоровления финансовой системы», модераторами на которой выступили первый исполнительный вице-президент РСПП Александр Мурычев и председатель комиссии РСПП по финансовой индустрии, председатель совета директоров МДМ-банка Олег Вьюгин (подробнее о заседании финансовой секции читайте в майском номере журнала «Банковское обозрение»).

 Прямая речь 

Александр Шохин — о национализации и налогах

…У многих европейских стран есть богатый опыт неоднократного вхождения и успешного выхода государства из экономики. В России неясность перспективы посткризисной приватизации как для самих национализированных предприятий и их собственников, так и для потенциальных инвесторов остается. Приватизационные уроки 90-х годов остались не до конца выученными. Не хотелось бы, чтобы лет через пять нас опять ждала еще одна волна разборок бизнеса и государства на тему легальности собственности, в том числе и социальной эффективности той приватизации, которая будет реализована.

Кризис — не время для повышения непосредственного присутствия государства в активах частных компаний, хотя это и неизбежно в целом ряде случаев. Прежде всего, это время для повышения эффективности присутствия государства в качестве регулятора экономики, повышения эффективности государственной политики. Позиция РСПП такова: активы — тем, кто умеет ими управлять, а не чиновникам. Государство должно выходить из экономики быстро, прозрачно, и надо определить формат выхода уже сейчас. Приватизацию активов можно, на наш взгляд, использовать для обеспечения пенсионного фонда необходимыми ресурсами, что также может позволить не повышать ставки страховых платежей в том объеме, в котором это предусматривается сделать с 2011 года. <…>

В налоговой сфере ситуация неоднозначная. Были позитивные для бизнеса изменения: принятие налогового стимула для НИОКР, льготы по налогам для нефтяных компаний, снижение налога на прибыль и т.д. Но есть и плохие новости. Часть согласованных мер принята в половинчатом размере, часть просто не реализована. Сейчас мы опять договорились с Минэкономразвития России по продолжению налоговой реформы. В частности, речь идет о возмещении НДС, повышении амортизационной премии, снижении налоговых ставок для малого бизнеса. Но останутся ли эти договоренности в силе, и останутся лишь договоренностями между нами и Министерством экономического развития — это вопрос. И не хотелось бы, чтобы, когда в дело вступит тяжелая гвардия, тяжелая бюджетная артиллерия — Минфин, эти договоренности оказались под сукном.

Кризис, на наш взгляд, это не время для перераспределения дополнительных денег через бюджет. РСПП против того, чтобы деньги отбирались у успешных компаний и отдавались неконкурентоспособным предприятиям с неэффективным менеджментом. Позиция наша простая: налоги снижаем, эффективность бюджетных расходов увеличиваем.

Шкура непринятых бюджетов

Якобы яростный спор «пессимиста» Кудрина с «оптимистами» Набиуллиной, Дворковичем в большей степени можно признать фактом медийным, нежели реальным личным столкновением на форуме РСПП. Дело в том, что Алексей Кудрин реагировал на тезисы коллег преимущественно в пересказе — лично он их не слышал, так как был в Думе на утверждении антикризисных поправок в бюджет. Изложили ему позицию оппонентов нарочито заостренно, поэтому и он был более резок, чем обычно. В то же время Аркадий Дворкович (выдержки из его выступления см на стр. 29) лишь предположил, что НДС может быть снижен с 2011 года, да и то, как особенно подчеркнул помощник президента, только в случае поддержки министерством финансов. Так что спор получился отчасти заочным. А потом и журналисты дожали.

Основное расхождение между лагерями сводилось к тому, что помощник президента Аркадий Дворкович и министр экономического развития Эльвира Набиуллина предположили — только предположили — возможность компенсировать предстоящее в 2011 году повышение социальных страховых взносов другими налогами, в частности снижением НДС, а Алексей Кудрин парировал тем, что «коллеги, наверное, не очень хорошо посчитали». По мнению Алексея Кудрина, принимать решения о налоговых компенсациях еще рано: надо посмотреть, как будут собираться налоги в кризисе. Бюджету попросту может не хватать денег на ключевые статьи расходов. Не имея реальных расчетов в этой сфере, обсуждать сокращение каких-то налогов рано.

В последовавшей публичной реакции позиция Кудрина предстала в несколько негативном свете: защищает повышение налогов, противится налоговым компенсациям для развития бизнеса. Впрочем, министру финансов не впервой выступать в роли нового Чубайса, виноватого, как известно, во всем. При этом Алексей Кудрин, так же как и Чубайс, проявляет упрямство в своем движении по избранному пути.

Упрямство Кудрина имеет давнюю историю и немалую цену. Именно это упрямство позволило государству накопить в заначке 600 млрд долларов к моменту обвала нефтяных цен, которого никто не ждал, кроме министра финансов. Правда, уже во время кризиса многие обвиняли Кудрина в том, что если бы он не мариновал деньги, а дал бы их потратить на развитие экономики и инфраструктуры, то и кризис так не уронил бы экономику. Эти суждения не без зерна. Если бы, скажем, за 2005–2008 годы в России было построено десятка три нефтеперерабатывающих заводов, то цена на бензин сейчас упала бы так же, как на нефть. Или сотни три тысяч километров автотрасс…

Но ведь не строили вовсе не от недостатка денег. Разве в те годы в России были проблемы с деньгами? Как раз переизбыток не заработанных, а занятых или выкачанных денег стал проблемой. Как сказал на том же форуме президент ММВБ Константин Корищенко, любой капиталистический кризис — это кризис перепроизводства. У нас — кризис перепроизводства кредитов. А Алексей Кудрин в своем докладе между прочим сообщил, что средний прирост кредитов в мире в те годы достигал 15%. Самый большой был в Китае — 19%. В России прирост кредитов в 2007 году составил 50% (в строительстве — 80%).

Деньги были, деньги дешевые — и без тех, что засаливал в своих кадушках министр финансов. Но особо ничего не построили, кроме вертикали, горизонтали и диагонали власти, причем в четырех измерениях. Так что причины надо искать за пределами финансового блока.

Не будь Кудрин упрямцем, отдай он те деньги — растранжирили бы и их на телефоны «вирту», яхты и футбольные клубы. И встретили бы сентябрь 2008 точно так же, как август 1998-го.

Власть заинтересована в том, чтобы бизнес не прятался по норам, а производил, продавал, заказывал, покупал. Поэтому она будет активно идти на диалог с бизнесом, всячески за ним ухаживать и подавать позитивные сигналы.

С учетом этой ретроспективы нынешнее упрямство Кудрина выглядит более обоснованным, чем без ее учета. Кажется, у него есть основания зажимать деньги на очередной черный день — как в виде остатков золотовалютных резервов, так и в виде повышения налогов или сопротивления их снижению.

Кто-то должен стеречь закрома, но кто-то должен думать и о посевах. В этом смысле выглядит привлекательной и союзная позиция Дворковича и Набиуллиной, которые говорят, что ужесточение налогового бремени в 2011 году, когда, по идее, должен начаться рост, подрубит конкурентные преимущества российского бизнеса, которые, по идее, должны возникнуть после девальвации и очищающего воздействия кризиса. Это если удастся создать эффективную экономику.

Так что дискуссия о стимулирующей или накопительной функции налогов в самом начале. Вместе с этим можно признать, что обсуждение антикризисной программы правительства все-таки запустило экспертную экономическую дискуссию, отсутствие которой остро ощущалось в предыдущие периоды.