Финансовым институтам непросто решиться на пересмотр своих приоритетов и переориентацию продуктов. Нам как институту развития немного проще, поскольку изначально в нашей миссии и в мандате заложены принципы так называемого developmental impact, эффекта развития от наших инвестиций. Для нас важна не только финансовая сторона вопроса (получение прибыли не является ключевой целью банка развития), но и дополнительный эффект, будь он социальный, экологический и т.п. 

Несколько лет назад мы, в Международном инвестиционном банке (МИБ), приняли для себя решение, что будем оценивать свои текущие и потенциальные инвестиции на предмет их вклада в достижение Целей устойчивого развития (ЦУР), обозначенных ООН. В банке была разработана соответствующая методология. На текущий момент более 80% нашего портфеля имеет отношение к той или иной цели, что позволяет нам утверждать, что мы являемся частью глобальной повестки по устойчивому развитию (УР).

Но здесь перед такими институтами, как наш, где акционеры — государства, находящиеся на разных континентах, встает вопрос различий как в национальных законодательствах, так и в темпах развития и адаптации к глобальной устойчивой повестке. На ежегодной основе каждая страна направляет в ООН отчет о выполнении обязательств, связанных с достижением ЦУР. Картинки настолько разноплановые, что порой диву даешься, как эти данные анализируются и приводятся к общему знаменателю.

И вот здесь стоит амбициозная и непростая задача — найти золотую середину, которая позволит не только оставаться частью мировых трендов УР, но и держать в уме национальные интересы и приоритеты стран-акционеров, оказывающих нашему институту постоянную деятельную поддержку, без которой его существование было бы затруднительно.

В 2018 году, когда МИБ презентовал заявку на вступление в Международный клуб финансирования развития (International Development Finance Club — IDFC), завязалась дискуссия о том, что Клуб будет считать зелеными инвестициями в отношении к отраслям. Немецкие коллеги категорически настаивали, что атомная энергетика не может считаться «чистой», в то время как французские избегали столь громких заявлений, что абсолютно понятно и логично. Схожие дискуссии возникают и у стран — акционеров МИБ. 

Подводя итог, скажу, что отказаться от кредитования и обслуживания отдельных отраслей — не самый сложный способ показать свою приверженность идее УР. Но будет ли для вашей организации данный шаг стратегически верным и не повредит ли он вашим взаимоотношениям не только с партнерами и клиентами, но государственным приоритетам экономики, развитие которой в наших государствах-участниках является для МИБ ключевой целью деятельности.

Роль институтов развития в последние годы растет, особенно в том, что касается достижения ЦУР и глобальной повестки по этой тематике. Совместными усилиями, используя накопленные знания и опыт, нам удается двигаться к цели и действовать во благо стран-участниц и рынков. Россия для нас — главный акционер, мы с особым вниманием относимся ко всем инициативам, направленным на реализацию повестки по УР, и через конкретные сделки, программы, гранты, делаем все возможное, чтобы оказать ей всяческое содействие.