В той колонке были безрадостные тезисы о том, что «список 295» существует уже три месяца, а, по слухам из правительства, рассмотрено состояние только 20 предприятий. То есть весь список удастся обработать примерно за три года. Что ж, тоже решение. За этот срок или кризис издохнет, или объекты поддержи.

Почему, имея достаточно денег и удержав, в общем-то, банковскую систему от краха, правительство не столь эффективно в реальном секторе? Рассуждения промышленников на эту тему переходят от скепсиса к диссидентскому сарказму. Например, говорят, что объявление «списка 295» чисто популистская мера. Ну, или репеллент от лоббистов — чтобы не зудели и не приставали. Мол, вы в списке — и так вами занимаемся. Другие думают, что правительство выжидает, как повернет ситуация. А то если сейчас слишком потратиться на промышленность, то потом нечем будет гасить народные волнения — а они власть интересуют куда больше, чем экономика.

Говорят еще, что просто нет умения управляться с реальным сектором. За двадцать лет научились у «чикагских мальчиков» оперировать только монетарными параметрами. Поэтому, кстати, в банковской сфере результаты более заметны. А промышленному протекционизму «чикагские мальчики» нас почему-то не научили.

Еще одна версия — принципиальное неумение поддерживать предприятия персонально и легально. Ведь до сих пор это была сфера теневых решений.

Но, скорее всего, это либо бюрократическая неспешность, либо, действительно, выжидание более понятных контуров будущего, а главнее всего — поведения цены на нефть, которая формирует запас средств против бунта.

Вроде нефть стабилизировалась, катастрофный вариант пока отодвигается. Возможно, поэтому 15–16 марта сразу Кудрин и Шувалов заявили о неслыханных объемах поддержки и кредитования реального сектора — миллиарды так и понеслись по заголовкам.

Пришлось переписывать колонку. Потому что теперь правительство действительно уделяет промышленности многомиллиардное внимание. По крайней мере, в заявлениях. Или правительство чего-то испугалось?..

Самое интересное, что объективно оценить эффективность промышленной политики невозможно. Наверное, в телевизоре появятся поддержанные промышленники, большие и малые. Ну так телевизор показывает ту картинку, которую ему скажут. Заявления политиков о поддержке реального сектора плохи тем, что это заявления политиков. А собрать реальную информацию о поддержке реального сектора — нет в России такого института.

Разве что только в публицистическом формате можно предположить, что поддержку пока получили в основном равноудаленные. Да и то в виде реструктуризации внешних долгов. Будут теперь должны государству. Поддержка это, отсрочка или новая приватизация — сейчас неясно.

Есть только один критерий, в котором отражается все. Ставка кредитования. Условия кредитования — это есть честный и неангажированный показатель промышленной политики. Для всех, включая равноудаленных, но не только их. Узнать условия кредитования несложно — надо просто обратиться в пару банков.

"Банковское обозрение для бизнеса", № 2/5, март 2009 г.