Так не доставайся же ты никому!

Некий гражданин C. пришел в автосалон покупать машину за 23 тысячи долларов. Однако менеджеры салона так очаровали его рассказами о необременительном кредите, что он взял машину классом выше, почти за 40 тыс. долларов, в кредит. Через два месяца у счастливого автовладельца наступило прозрение. Платежи оказались уж очень большими. Гражданин придумал нехитрую комбинацию: он «потерял» ПТС, получил в ГИБДД дубликат и машину продал. Однако деньги банку не вернул, выплатив всего меньше 10% суммы задолженности.

Банк узнал о продаже машины третьему лицу спустя три месяца после продажи и приступил к выполнению стандартных процедур по взысканию задолженности: звонки и письма должнику, выезды по месту жительства. В итоге этих процедур заемщик выплатил еще 2100 рублей. В результате задолженность оказалась безнадежной, банк передал ее коллектору. Однако и коллекторы не помогли – с заемщика удалось взыскать еще 600 рублей.

Как выяснилось позже, такими символическими платежами заемщик пытался обезопасить себя от уголовного преследования за злостное уклонение от погашения кредиторской задолженности (ст. 177 УК). И, в общем-то, действовал по-своему логично. Несколько пусть и символических платежей российская фемида, увы, рассматривает как отсутствие умысла на уклонение от погашения задолженности. А без умысла нет и состава преступления.

Иск банка был обращен к новому собственнику залогового авто. Суд иск удовлетворил, коллекторы разыскали место стоянки машины. Новый собственник тоже оказался с выдумкой. При изъятии автомобиля он сначала сопротивлялся судебным приставам, но потом, осознав тщетность своих усилий, поджег его. К счастью, вылитый на машину бензин не попал в воздуховод между крышкой капота и лобовым стеклом. В противном случае машина выгорела бы полностью. А так банку достался многострадальный предмет залога с обгорелыми капотом и решеткой радиатора.

История с загубленным отпуском и пограничниками

Гражданка В., пользуясь справкой о высокой официальной заработной плате, получила несколько потребительских кредитов сразу в шести банках Москвы. Заявленная цель получения кредита была – проведение ремонта в квартире. На деле гражданка В. подумывала о шикарном отпуске на Средиземноморье.

Кредиты вовремя не погашались и некоторые банки самостоятельно, а некоторые с привлечением коллекторского агентства обратились в суд. После получения решений и исполнительных листов в отношении должника было возбуждено сводное исполнительное производство.

К этому моменту заемщица лишилась места работы. Имущества, стоимости которого хватило бы на оплату по всем исполнительным листам, у нее также не было. Некоторые банки отчаялись взыскать что-то и отозвали свои исполнительные листы. Один банк обратился с просьбой о вынесении акта о невозможности взыскания – для освобождения сумм, зарезервированных под возможные потери по ссудам. А у одного из банков коллекторское агентство приобрело право требования к заемщику, то есть купило долг.

Так прошел год.

В новый отпускной сезон гражданка В. решила повторить удачный опыт. Но ни один банк кредит уже не выделил. Тем не менее путевка была куплена на деньги, занятые у знакомых. Но и коллекторы не сидели сложа руки. Оформив замену стороны в исполнительном производстве (в связи со сменой взыскателя), они подали судебному приставу-исполнителю ходатайство об ограничении права должника на пересечение границы. Иными словами, была задействована норма закона, согласно которой человек, имеющий признанные судом и неоплаченные долги, не может выехать за границу. Ходатайство было удовлетворено и недобросовестную заемщицу практически с самолета сняли сотрудники пограничной службы ФСБ. Она сильно удивлялась и возмущалась.

Однако же гражданка оказалась по-настоящему предприимчивой. Посоветовавшись с адвокатом, она вчинила приставам (а фактически – казне) иск на более чем приличную сумму. Основанием для иска стало ненадлежащее уведомление об ограничении права должника о свободном перемещении. В общем, гражданка упирала на то, что ее не уведомили должным образом и поэтому незаконно сняли с рейса. А в отношении пограничников была подана жалоба в Главную военную прокуратуру.

В этот раз суд встал на сторону заемщицы. Иск был удовлетворен, гражданка должна была получить немалые деньги.

Но и коллекторское агентство не дремало. Взыскание старого долга гражданки В. перед банком оно обратило на сумму, причитающуюся ей из бюджета в качестве возмещения вреда, нанесенного ей снятием с рейса. Для этого оказалось достаточно предъявить постановление судебного пристава в управление Минфина – распорядителя бюджетных денежных средств.

Заплати по кредиту, и работодатель будет спать спокойно

Одна крупная питерская компания, занимающаяся торговлей строительными материалами, охотно раздавала своим сотрудникам справки, что называется, по «форме банка» о весьма крупных заработных платах. Справки требовались для получения потребительских и автокредитов. Видимо, такой подход диктовался необходимостью уменьшить текучку кадров и повысить лояльность сотрудников к компании. Размеры заработных плат в справках соответствовали истине далеко не всегда даже в случае с «серыми» зарплатами, а если и соответствовали, то точно не облагались налогами. Официальная заработная плата на предприятии была более чем скромной.

По прошествии некоторого времени обозначилась оборотная сторона медали. Некоторые из работников задолжали банку и начались звонки коллекторов работодателю. Корпоративная политика не позволяла предприятию «сдавать» своих, и досудебная работа, проведенная коллекторским агентством, результата практически не дала.

Состоялся суд, было возбуждено исполнительное производство, и по некоторым должникам исполнительные листы были предъявлены на предприятие для обращения взыскания на заработную плату.

Поначалу платежи от компании-работодателя были мизерными, так как удержания рассчитывались из официальной заработной платы, которая составляла 5000 рублей. Однако затем приставы обратились к руководству компании уже не просто с исполнительными листами, но и с копиями тех самых справок, подтверждающих баснословные зарплаты задолжавших банку сотрудников. Была проведена разъяснительная беседа. И предприятию пришлось осуществлять удержания из зарплат сотрудников, исходя из тех сумм, которые были указаны в справках, дабы избежать последующих разбирательств с фискальными органами.