— Алексей Юрьевич, организация «УЭК», с одной стороны, предоставляет услуги гражданам и банкам, а с другой — принадлежит большей частью Сбербанку. Не видите ли вы здесь конфликт интересов?

— Во-первых, «УЭК» принадлежит не только Сбербанку, но и банкам «Ак Барс» и «Уралсиб», которые владеют по 12,5% этой организации. Кроме того, деятельность «УЭК» строго регламентирована соответствующим законом и актами правительства, а правила платежно-сервисной системы согласуются с Минэкономразвития. То есть во всем есть принцип как минимум четырех глаз. Да и мы сами не заинтересованы в ограничении конкуренции, потому что чем больше будет плательщиков, которые пользуются платежной системой «ПРО100», тем выгоднее будет и банкам — эмитентам этих карт, и нам, как оператору этой системы. Сбербанк по факту является крупнейшим оператором по взаимодействию с физлицами и крупнейшим эмитентом карт, в первую очередь, международных платежных систем, поэтому ситуация с «ПРО100» ничего не изменит — она будет повторять те рыночные тенденции, которые и так есть.

— Хотелось бы прояснить текущий статус УЭК, ведь он оказался очень «текущим» — сначала говорилось, что УЭК будет обязательно выдана всем, кто не откажется, то есть в начале 2014 года будет выдано около 100 млн карт, а затем вы заявили, что это не так, и обязательность УЭК перетекает в обязательность реализации на базе УЭК электронного паспорта, который будет выдаваться в 2015 году. Сейчас карту получили десятки тысяч, наверное, самых любопытных граждан, и неясно, что будет дальше. Как вы оцениваете эту ситуацию?

— Вообще, когда любое начинание обретает форму, то есть проект начинает жить, одни пытаются его возглавить, а другие — ему противостоять. Раз к «УЭК» такой интерес, это свидетельствует о том, что проект жив и развивается. И в подтверждение этого мы видим, что во всех регионах сейчас идет выдача универсальных электронных карт. Эмиссия УЭК будет большой только тогда, когда карты будут активно применяться гражданами не только в реальном мире, чтобы показать полис или пенсионное свидетельство — для этого уже есть инструменты, а все шире в виртуальном мире.
Самая главная возможность применения, которая появится уже в апреле, и на эту тему есть поручение правительства, — в транспорте. В каждом регионе в апреле будет запущен пробный транспортный маршрут, где оплатить проезд можно будет с помощью УЭК. Уже сейчас во многих крупных городах это работает — в метро, на наземном и пригородном железнодорожном транспорте. То есть применение карты постоянно расширяется.
Банкам применение УЭК в транспорте крайне выгодно, потому что это порождает новый стимул в использовании устройств самообслуживания. Билет записывается на УЭК не в билетной кассе, не на остановке, а в любом устройстве самообслуживания банка, который входит в Единую платежно-сервисную систему «УЭК».

— Но стоит ли банку сейчас эмитировать УЭК, учитывая, что через два года эти карты будут заменены электронным паспортом?

— Сейчас УЭК выпускаются на срок до пяти лет. По мере выхода карты из эмиссии она будет заменяться по функционалу такой же, но только с другим названием — электронный паспорт. Для банка все преимущества работы с УЭК сохранятся и при переходе от УЭК к электронному паспорту. И здесь банку важно не потерять время и начать работу с УЭК уже сейчас, чтобы потом не оказаться в проигрышном положении перед конкурентами. Одна из возможностей платежей с использованием платежного приложения системы «ПРО100», которую планируется реализовать — привязка расчетного счета клиента в банке к его идентификатору на карте.

— То есть можно будет зайти на портал «УЭК» и привязать к паспорту любой банковский счет, как сейчас, к примеру, в PayPal?

— Да, именно так.

Банки — институты консервативные, но сейчас своим консерватизмом они еще больше играют на приоритетное положение Сбербанка

— А зачем это банкам? Ведь вы сподвигаете банки участвовать в проекте «УЭК», вкладываться в развитие инфраструктуры.

— Мы никого не сподвигаем. Сейчас мы справляемся силами Сбербанка. Хочу банкам дать дружеский совет. Банки — институты консервативные, но сейчас своим консерватизмом они еще больше играют на приоритетное положение Сбербанка, потому что с его помощью мы получаем охват всей страны. Те банки, которые плотно работают с региональной администрацией в регионах, смею вас заверить, уже заключили с нами договоры о присоединении — они очень быстро поняли, что их ведущее положение в регионе скоро исчезнет, если они не будут участвовать в этом проекте.

— Но ведь инвестиции на реализацию проекта оцениваются, как очень масштабные.

— У банка, условно говоря, есть три варианта участия, с разной степенью затрат. Первый — эмитировать свое банковское приложение на карте. Тогда банк получает доход как банк-эмитент при всех операциях с картой, а это весь набор стандартных банковских операций плюс новые операции, связанные, например, с продажей транспортных билетов в устройствах самообслуживания. Для этого никаких больших затрат не требуется, нужно просто подключиться к системе «ПРО100». Гражданин сам зайдет в банк, где ему запишут банковское приложение.

— Все-таки затраты на подключение потребуются, порядка нескольких сотен тысяч рублей — на сайте «УЭК» есть тарифы.

— Для тех банков, которые имеют право подключаться к ЕПСС УЭК [Единой платежно-сервисной системе — прим. «Б.О»], это совсем несущественные затраты.

— Как формируется список банков, которые могут сотрудничать с «УЭК»?

— Минэкономразвития и Центробанк издали совместный приказ, и до нас доведен список этих банков.

— А если банк в него не попал, он может как-то это оспорить?

— Пожалуйста — в ЦБ и Минэкономразвития — это не наша сторона вопроса. Если банк будет в этом списке, мы с удовольствием будем иметь с ним дело, нет — мы не можем этого делать, по закону.

— Какие еще варианты сотрудничества с «УЭК» существуют?

— Второй вариант для банка — работать как банк-эквайер по приему УЭК. И для первого и для второго варианта надо будет подключиться к ЕПСС УЭК. Повторюсь — оба этих варианта очень малозатратны.
И третий вариант — инвестиции в регион, помощь в оплате эмиссии карт УЭК, в создании центров начислений за услуги ЖКХ, центров операторов транспорта. Мы в эти инвестиции верим, и вкладываемся — уже вложились в Астраханский регион и работаем с ним. На подходе еще около 15 регионов.

— А кроме вас кто-то в это верит, инвестирует?

— Да, есть несколько банков, с которыми мы в регионах работаем на паях. В данном случае банк получает доход как инвестор — с любой поездки на транспорте, с любой квитанции ЖКХ.

— Как такой банк окупит свои инвестиции?

— Чтобы УЭК запустилась на транспорте, надо купить валидаторы, поставить транспортный процессинг и создать какую-то инфраструктуру для работы людей. Это базовые затраты. Дальше появляются затраты на эксплуатацию. Но при этом каждый проехавший на транспорте человек отчисляет инвестору сумму за каждую транзакцию по тарифу.

— Но ведь у некоторых банков уже есть транспортные карты.

— УЭК и не претендует на единственный носитель транспортного билета. Но мы, как оператор, обеспечим, чтобы формат такого билета был везде единый, и билет, купленный в любом регионе, был действителен в Москве, и наоборот.

— Есть и компании, которые занимаются транспортным процессингом.

— Есть компании, продающие программное обеспечение и валидаторы для транспорта, но они не продают услугу — так, чтобы прий­ти в регион, дать всю инфраструктуру и сказать: «Поехали!». Такой оператор определяется правительством области, и несет все затраты, а они довольно велики. Кто-то ведь должен и оплатить саму эмиссию карт УЭК, и создать весь бэк-офис и весь фронт-офис. Это задача инвестора. И вот мы приходим в регион и говорим: «Давайте с вами вместе откроем эту организацию — администрация региона, мы и другие банки. И вы ее уполномочите, мы туда вложим деньги, и эта организация будет заниматься всеми этими вопросами».

— Так почему вам, как Сбербанку, нужен в партнеры какой-то региональный банк?

— Ну, во-первых, любое предприятие — это риск, и риски всегда лучше с кем-то разделять. Кроме того, это еще и административный ресурс. У Сбербанка — один ресурс, у администрации — другой, у сильного регионального партнера — третий. И лучше с сильными региональными банками действовать вместе, чем пытаться конкурировать.

— Давайте вернемся к системе «ПРО100». На конференции в РИА «Новости» 19 февраля вы говорили, что «ПРО100» становится той самой национальной платежной системой, которая, по вашим словам, рассматривалась еще при разработке 161-ФЗ

— Изначально была следующая развилка: государство или жестко скажет, что у нас есть национальная платежная система и прямо в законе это отметит, либо эта система должна сложиться без такого строгого приказа в виде закона. Решено было пойти по второму пути. И в том числе для этого был придуман проект «Универсальная электронная карта», именно поэтому на УЭК не MasterCard или Visa, а «ПРО100». С переходом на паспорт эта история логично продолжается.

— Комиссия по картам будет ниже, чем у международных систем? Не будут ли при этом банки меньше зарабатывать?

— Да, комиссия будет ниже. Я говорю о той комиссии, которая оседает в платежной системе. Для банков ситуация не будет хуже. Просто «УЭК» будет зарабатывать чуть меньше на платежных комиссиях, чем международные платежные системы. Мы можем себе это позволить, потому что у МПС функция только одна — платежная, а у «УЭК» — еще и идентификационная. И мы суммируем доходы от платежных и идентификационных услуг.

— Сбербанк и сейчас берет с торговых предприятий самый низкий процент за эквайринг, а если еще и платежи будут идти через «ПРО100», да не только по картам Сбербанка, но и по УЭК, не считаете ли вы, что с помощью государственных рычагов ставите другие банки в неконкурентоспособную ситуацию?

— Сбербанк, вы правильно сказали, и сейчас имеет самый низкий тариф за эквайринг. Тут ничего не изменится — это просто эффект масштаба. Но у банков для торговых предприятий ведь есть не только рычаги низкого тарифа на эквайринг. Выгодность для торгового предприятия измеряется более общими критериями — специальными условиями, на которые Сбербанк далеко не всегда готов идти. Сбербанк по определению менее гибкая структура, чем небольшие банки. Небольшой банк может в целом предложить торговому предприятию такой спектр услуг — кредитование, депозиты и эквайринг, — что все вместе это окажется клиенту выгодней.

— Сейчас «УЭК» создает свой платежный портал, который запустится в апреле. Смогут ли банки как-то с ним интегрироваться, стать эквайерами, например?

— Мы планируем определиться с этим вопросом ближе к лету.

— Какие сервисы будет предоставлять портал?

— Этих сервисов два. Первый — идентификационный, и второй — платежный.
Для платежей на портале есть уникальная система реквизитов, которую мы собираем. Любой банк мечтает о такой системе реквизитов. Это сотни тысяч государственных и муниципальных учреждений и оказываемых ими услуг, которые собираются в одном месте в виде предзаполненных квитанций, и клиент в одно касание отправляет платеж в адрес этой организации. Банку не нужно заключать множество договоров, и если он выступает как эмитент карты, то с любой операции по этой карте получает доход. Это будет очень востребованный сервис, который реально сэкономит гражданам массу времени.

— Но ведь Федеральное казначейство создало систему ГИС ГМП, которая как раз и служит для того, чтобы банки и ведомства проводили платежи в бюджет через нее.

— Не все так просто. Казначейство работает по начислениям, сейчас очень многие получатели платежей не умеют их делать и присваивать каждому такому начислению уникальный номер (как умеют ФНС, ГИБДД, например). Кроме того, ГИС ГМП по закону не распространяется на большинство услуг, оказываемых учреждениями на платной основе (школы, детские сады и т. д.). Все это сейчас отдается на откуп региональным администрациям. Так что портал «УЭК» и ГИС ГМП гармонично дополняют друг друга.

— А зачем нужен идентификационный сервис?

— Идентификационный сервис тоже очень важен. Он позволяет заключать договоры страхования, туризма, негосударственных пенсионных накоплений и прочие без личного присутствия человека, а удаленно, с использованием ЭЦП.

— Но есть Единый портал государственных услуг (ЕПГУ), на котором также используется такая подпись, и уже выпущены банковские карты, позволяющие авторизоваться на портале с ее помощью.

— Да, но «УЭК» — это коммерческая организация. Многие почему-то считают, что ЕПГУ и Ростелеком — это одно и то же. Это не так — владельцем и оператором ЕПГУ является Минкомсвязи. А значит, на ЕПГУ могут реализовываться только государственные услуги, раз он создается за государственные деньги. Так же, как и через ГИС ГМП — только государственные платежи. В этом смысле будущего у коммерческих услуг на ЕПГУ нет. А портал «УЭК» позволяет не только получать государственные услуги, как через ЕПГУ, но еще и получать коммерческие услуги.

— А почему УЭК до сих пор не работает на ЕПГУ? Из-за конфликта интересов с Ростелекомом?

— Я не воспринимаю это так. Просто это техническая недоработка разработчика портала. И мы с Минкомсвязи обязательно решим этот вопрос.

— Президент Ассоциации «Электронные деньги» Виктор Достов недавно сообщил, что готовятся поправки в законодательство, которые позволят банкам идентифицировать клиента онлайн, и они, как ожидается, будут приняты уже к лету 2013 года. Вы участвуете в этом?

— Это даже когда ни один счет в этом банке не открыт и ни одного физического контакта банка и клиента еще не было? Тогда это противоречит закону ПОД/ФТ.

— В него как раз и планируется внести изменения.

— На это уйдет много времени. Мы сами как раз занимаемся этим законом, и это довольно непростая история. Только УЭК и электронный паспорт — ключ к ее разрешению. Как в эту доверенную среду попадают организации? За банками есть целый надзор на эту тему. А если речь о банках, то почему банки будут делиться данными о своих клиентах? Вообще, первоначально идентифицировать своих граждан — это функция государства, и дальше коммерческие организации могут и должны этим пользоваться — как с паспортом.

— То есть, когда появится электронный паспорт, онлайн-идентификация для банков станет возможной?

— Да, если будут внесены соответствующие изменения в закон ПОД/ФТ.