Банковское обозрение

Финансовая сфера

07.11.2019 Аналитика
Минус на минус дает плюс?

Об отрицательных ставках на российском и международном рынках, эффектах и перспективах их введения по депозитам шла речь на круглом столе, организованном Институтом прикладных экономических исследований РАНХиГС совместно с Клубом банковских аналитиков и макроэкономистов и Институтом Гайдара


Мария Кубалова
Обозреватель
Банковское обозрение

Ставка как лекарство

Константин Корищенко, заведующий кафедрой «Фондовые рынки и финансовый инжиниринг» факультета финансов и банковского дела РАНХиГС, в своем выступлении рассказал об эффектах отрицательных ставок. По его мнению, одним из основных последствий снижения процентных ставок была нагрузка на обслуживание долгов. Процентные платежи по отношению к долгу, например, в США резко снизились. Появляется потребность в «breathing room» — возможности «подышать» бюджету и структурам, которые за него отвечают. Проблему долгов можно решить с помощью снижения нагрузки на обслуживание или удлинения самих долгов.

За рубежом в результате реализации политики отрицательных процентных ставок сформировались две тенденции. Первая заключается в развитии электронных форм платежных средств и инструментов. Вторая тенденция связана с процессом увеличения доли наличных по сравнению с долей ВВП. В Швейцарии и Японии эта доля растет быстро. Подобной участи избежали только Швеция, Дания и Норвегия.

Если взять любую матрицу распределения отрицательных процентных ставок по странам, то она будет выглядеть как «распространение красной волны, которая движется все дальше и дальше, съедая все живое на своем пути».

Главный вопрос, который возникает в контексте обсуждения темы отрицательных ставок: что будут делать банки при следующем кризисе?. Внятного ответа на него, к сожалению, нет. Однако существует попытка центральных банков создать третий элемент денежной базы — цифровые деньги, так называемую крипту, или central bank digital currency (CBDC). Такие деньги пробуют ввести в платежный оборот: проверяют, насколько это технически реализуемо и удобно для пользователей. 

Константин Корищенко (РАНХиГС)

Константин Корищенко (РАНХиГС)

Константин Корищенко считает важным, каким образом переход к цифровой валюте повлияет на возможность реализации денежно-кредитной политики и на функционирование банковской системы. Поэтому появилась идея «реализовать механизм отрицательных процентных ставок через нестандартный курс обмена». Таким образом, основное требование — выпуск цифровых денег не должен происходить по курсу один к одному. «Через такое курсовое соотношение будет моделироваться отрицательная процентная ставка, которая сегодня активно используется», — добавил он. Также происходит трансформация самой банковской системы. Чтобы перейти к модели, при которой будут использоваться цифровые валюты, нужно перенести все текущие счета клиентов из банковской системы на баланс Центрального банка. Технически это несложно, но банкам стоит ожидать серьезных последствий. 

«Это точно так же, как принятие лекарства: например, время приема — две недели, и все. Но если вы продолжите его принимать два или три года, то в вашем организме наступят изменения, которые могут стать необратимыми. Так вот, процентные ставки — это то лекарство, которое нам прописали», — резюмировал Константин Корищенко.

Нет ничего более постоянного…

«Политика отрицательных процентных ставок всегда преподносилась как некая экстраординарная мера, которая вводится временно», — начал соучредитель GKEM Analytica Александр Кудрин. Однако нет ничего более постоянного, чем временное. Поэтому то, что сейчас отрицательные ставки играют роль регуляторов, никого не удивляет. Эффективность такого регулятора спорна. 

Безусловно, ввод отрицательных процентных ставок оказывает прямое воздействие на финансовые рынки. Для них эффект отрицательной доходности выглядит бессмысленным. Консервативные инвесторы пытаются найти новую доходность за пределами привычных инструментов, принимая дополнительные риски, которые не всегда могут контролировать. 

Если рассмотреть мировые центробанки, которые ввели отрицательные ставки, то можно заметить, что рынкам нужно было время, чтобы перестроиться. Говоря о краткосрочных долговых обязательствах, двухлетние бумаги достаточно быстро вышли в отрицательную область, где и остались. «Для долгосрочных бумаг история не столь очевидна. Рынку потребовалось чуть больше времени, для того чтобы осознать эту новую реальность и перейти в отрицательную область», — уточнил эксперт. 

На фоне ухода в отрицательную область процентных ставок по государственным бумагам резко снижается доходность по корпоративным бумагам. Премия за кредитный риск, которую получают инвесторы, вкладывая деньги в корпоративные бумаги, постоянно сокращается, что не соответствует действительному изменению кредитного риска. «Потому что если анализировать динамику выручки европейских компаний, то здесь никакого позитива не наблюдается», — считает Александр Кудрин. Происходит перемещение кредитного риска на баланс консервативных инвесторов, которые не всегда могут его правильно оценить. Касательно рынков акций, здесь наблюдается рост, однако он скорее технологический.

Консервативные инвесторы в условиях отрицательных ставок пытаются найти новую доходность за пределами привычных инструментов

«Известно, что в области отрицательных процентных ставок банки работают довольно плохо, зарабатывают мало. При этом, как любые финансовые инвесторы, вынуждены брать больший риск, который, по сути, не компенсируется получением более высокой маржи. В результате возникает потенциальное давление на капитал, что отрицательно отражается на оценке рынка этих акций европейских банков», — полагает Александр Кудрин.

Также эксперт отметил, что если Россия перейдет в область отрицательных ставок, то для российского банковского сектора это будет катастрофа. С точки зрения достаточности капитала в России дела идут не очень хорошо. Однако если будет давление на капитал со стороны основного бизнеса банков, то это станет потенциальной дополнительной нагрузкой на бюджет.

Вывод: выводы делать рано

Олег Замулин, директор Центра макроэкономических исследований Сбербанка и профессор НИУ ВШЭ, рассказал собравшимся о мировом опыте отрицательных ставок. 

По его мнению, политика отрицательных ставок неоднозначна, как и сам мировой опыт. Связанно это с тем, что с 2012 года не так много банков внедрили отрицательные ставки: ЕЦБ, центральные банки Дании, Швеции, Японии и Швейцарии, а также Болгарии и Венгрии. Динамика экономики за это время не особо менялась, более того, за такой небольшой промежуток времени сложно сделать выводы. А вот, например, США и Великобритания отказались от введения политики отрицательных процентных ставок. 

Если Россия перейдет в область отрицательных ставок, то для российского банковского сектора это будет катастрофа

По сути, основная цель ввода отрицательных ставок — стимулировать коммерческие банки избавляться от резервов, выдавать больше кредитов, чтобы развивать экономику.

Дания стала первой страной, которая понизила ставку ниже нуля. Правда, в 2014 году она вернула ее на положительный уровень, а в 2015-м снова загнала ставку «в минус». Швеция опустила свои ставки на самый низкий уровень, пробив значение 1%, а недавно объявила, что намерена прекратить политику отрицательных процентных ставок в декабре этого года. Этим многие недовольны, так как те проблемы, которые заставили осуществить ввод «негативных» ставок, а именно: низкая инфляция и низкий экономический рост, никуда не делись. 

За что же критикуют политику отрицательных ставок? 

Во-первых, это своеобразный налог на банковскую систему. Банки держат излишнюю ликвидность, невостребованную реальным сектором. Центральные банки зачастую штрафуют коммерческие за то, что они вынуждены хранить у себя эту ликвидность. Именно поэтому начали вводить многоуровневую систему отрицательных ставок, когда определенное количество резервов не облагается отрицательной процентной ставкой, а все, что выше, — облагается. 

Во-вторых, отрицательные ставки снижают банковскую маржу и, таким образом, бьют по прибыльности банковской системы. 

В-третьих, рыночные ставки могут просто потерять чувствительность. Когда центральные банки понижают ставки ниже нуля, рыночные ставки на это не реагируют. В таком случае маржа может и не снизиться, но перестанет работать сама денежно-кредитная политика. 

Однако это теория, и нужно разобраться в том, происходит так в действительности или нет. Для этого нужно анализировать опыт разных стран. Сложно оценить влияние самих отрицательных ставок, так как они всегда вводились одновременно с другими нестандартными мерами. 

Если рассматривать ряд исследований, то можно заметить, что ставки по депозитам редко уходят в минус. Зачастую это корпоративные клиенты, потому что они обязаны держать деньги в банке. Собственно, здесь приходится терпеть отрицательные ставки. 

В конце выступления Олег Замулин заявил: «Выводы делать рано! Надо еще поизучать эту тему и посмотреть на опыт».

Когда у банков проблемы с прибылью… 

«Количество возможных инструментов, которыми центральные банки могут пользоваться, в течением времени не меняется», — сообщил Олег Шибанов, директор финансового центра «Сколково-РЭШ».

Когда у банков проблемы с прибылью, у них большие проблемы и со всем остальным, в том числе с тем, насколько они эффективно готовы кредитовать. 

Эксперт привел данные социального опроса, показавшего, что в среднем 75% респондентов во многих экономически развитых странах готовы перейти на наличные, если центральные банки будут пытаться выставлять отрицательные ставки. В российских реалиях эта доля будет явно выше.