— Алевтина, каким будет ЦФА через пять — десять лет?

— ЦФА пока можно назвать новорожденным продуктом, мы даже до яслей не доросли. Если без шуток, то ЦФА — это форма доставки обязательств. Вы привлекаете капитал под обязательства его вернуть, например с процентами, или вернуть какой-то объект: золото, драгоценный металл и т.д. Это все отражено в коде. В то же время ЦФА похожи на инструменты классического финансового рынка, и эта концепция никуда не уйдет.

 

Будет ли это дальше называться ЦФА или претерпит изменения, мы пока не знаем, но совершенно точно: технология останется.

Между тем классические инструменты с появлением технологических средств будут дрейфовать в сторону более легкой регуляторики. А ЦФА, возможно, будут двигаться в более зарегулированную среду. Текущим участникам рынка не нравится такая перспектива, но оба рынка будут сближаться так или иначе. На горизонте пяти — семи лет будет единый рынок с набором инструментов в едином окне. Регуляторный арбитраж будет потихоньку сглаживаться.

Алевтина Камелькова, основатель Findustrial Consulting

— Стоит ли специально обучаться, чтобы работать в сфере ЦФА?

— Исторически ценные бумаги были на бумажном носителе, потом изобрели более прочную бумагу, чтобы меньше изнашивалась. Я не думаю, что те, кто выпускали векселя на бумаге, переучивались выпускать их на новой бумаге. Примерно так же отличается выпуск классических инструментов от инструментов в цифровом формате. Специально учиться новому способу привлечения капитала смысла нет, но об этом надо знать как о части инструментария. При этом надо больше внимания уделять появлению новых инструментов и понимать, как технология будет менять финансовый рынок. Важно в целом разбираться в технологических аспектах, в возможностях цифровизации и понимать, куда дальше будет двигаться финансовый рынок.

— Какой выпуск ЦФА был самым ярким в вашей практике?

— Начну издалека. В 2018 году при создании компании мы ориентировались на то, что рынку необходима уникальная регуляторная поддержка, в том числе в структурировании инструментов и инфраструктуры в финансовой цифровой среде. Стало очевидно, что это можно сделать только очень углубленно и направленно. Поэтому под моей эгидой группой энтузиастов была создана специальная компания, чтобы вывести на рынок проект «Атомайз». Мы делали регуляторку для самой инфраструктуры, получали лицензию и по ходу наполняли ее инструментами. Поэтому выделить что-то из череды уникальных и, наверное, не имеющих аналогов на финансовом рынке решений просто невозможно, потому что сфера новая. Каждый шаг был первым, но имел прецеденты или схожие черты с аналоговым миром. Безусловно, особенностей было очень много, и получение первой лицензии оператора информационной системы компанией «Атомайз» особенно ценно, потому что «списать» было не у кого.

При изучении работы классических игроков рынка приходило понимание, что какие-то функции, которые выполняли люди, теперь заменяет код. Например, функция депозитария — это просто часть блокчейна, расчетная функция тоже встроена в технологии, а на классическом рынке, как мы помним, есть и депозитарий, и расчетный и клиринговый центры.

 

Все эти объекты становятся частью кода, а мы это все описываем и ведем диалог с регулятором для выяснения условий в целях получения лицензии.

Закон многое определяет, но жизнь более многогранна, и многое приходится выяснять в процессе движения.

Когда мы выпустили первый инструмент, который давал право на получение суммы равной стоимости золота в момент погашения, это уже казалось очень инновационным, потому что это были ЦФА в блокчейне на базе смарт-контракта. Первой эмиссионной документации тоже не было аналогов. Решение о выпуске мы генерировали сами, но в диалоге с регулятором. Дальше появились более сложные и тоже абсолютно новые инструменты.  

На ПМЭФ в этом году многие вспоминали недавний выпуск ЦФА на метр квадратный. Профессионалы финансового рынка увидят здесь аналог с ПИФ, и мы тоже понимаем, что сходство есть, но основной вызов в данном случае — в структурировании таких инструментов, важно учесть факторы защиты инвестора и не давать откровенный регуляторный арбитраж на классические, существующие на финансовом рынке схемы. Буквально сегодня мы выпускаем первый в России регулируемый NFT. Многие считают, что NFT в России не регулируется, но есть закон о краудфандинговых платформах, который говорит, что вы в цифровом праве можете выразить в том числе и лицензионные права на объект интеллектуальной собственности, коим являются картинки разного рода. Если скомбинировать это право и денежное требование, то получится гибридное цифровое право. Это полублаготворительный проект с государственным музеем Эрмитаж — мы посчитали, что история про вложение средств в последующую реставрацию картин очень интересна. Поэтому выделить какой-то любимый проект я не могу.

— ЦФА позволяют разделить объект инвестирования. Например, можно купить часть квартиры и потом совместно с другими инвесторами продавать.

— Это первое из дифференциаторов с классическими инструментами. Потому что те же облигации нельзя дробить. В ЦФА можно управлять ликвидностью: можно купить целую часть, потом продать кому-то 0,5%, и в денежном требовании понятно, как вычисляются эти проценты. Очень важна возможность дробления, например когда мы токенизируем дебиторскую задолженность, так называемый цифровой факторинг. Обычно отдавать задолженность фактору частями сложно. Рынок устроен так, что весь контракт надо передавать в полном объеме. А если это сделать через ЦФА, то можно в момент кассового разрыва или когда необходима ликвидность, отдать рынку какую-то часть задолженности. Это очень удобно, особенно для субъектов МСБ, который сейчас испытывает потребность в финансировании в силу состояния экономики.

— Отойдет ли СБП на второй план после запуска цифрового рубля?

— Не думаю. СБП заняла свою нишу, например чаевые. Этого никто не планировал, но бизнес нашел этому свое применение. Цифровой рубль тоже найдет свою нишу. Мы, например, как представители технологической площадки цифровых инструментов мечтаем, что цифровой рубль будет неким бигтехом, и питаем большие надежды в его отношении.