Финансовая сфера

Банковское обозрение


  • Санкции в отношении российского банка как обстоятельство непреодолимой силы
21.05.2024 Best-practice

Санкции в отношении российского банка как обстоятельство непреодолимой силы

За последние два года система международных расчетов радикально изменилась. Последствия этих перемен все чаще можно наблюдать в российских судах, рассматривающих споры о блокировке платежей из-за введенных санкций: Что изменилось в классификации обстоятельств непреодолимой силы? Какие доводы может заявить банк, ссылающийся на санкции как на форс-мажор? Как может возразить клиент? Какие изменения стоит внести банку в правила обслуживания, чтобы защититься ссылкой на обстоятельства непреодолимой силы?


За последние два года система международных расчетов радикально изменилась. Последствия этих перемен все чаще можно наблюдать в российских судах, рассматривающих споры о блокировке платежей из-за введенных санкций: Что изменилось в классификации обстоятельств непреодолимой силы? Какие доводы может заявить банк, ссылающийся на санкции как на форс-мажор? Как может возразить клиент? Какие изменения стоит внести банку в правила обслуживания, чтобы защититься ссылкой на обстоятельства непреодолимой силы?

Предпринимательский риск vs исключительное обстоятельство

Прежде российские суды настороженно относились к доводам ответчиков о том, что обстоятельства являются форс-мажором (обстоятельствами непреодолимой силы).

Еще в 2012 году Президиум ВАС РФ в деле «Формула переезда» установил понятие «чрезвычайности»1: «Под чрезвычайностью понимается исключительность, выход за пределы "нормального", обыденного, необычайность для тех или иных жизненных условий, что не относится к жизненному риску и не может быть учтено ни при каких обстоятельствах. Чрезвычайный характер непреодолимой силы не допускает квалификации в качестве таковой любого жизненного факта, ее отличие от случая в том, что она имеет в основе объективную, а не субъективную непредотвратимость».

Соответственно есть два критерия чрезвычайности:

  • исключительный характер, его необычность и невозможность учета;
  • объективность факта и невозможность его предвидеть.

Эти же критерии ВС РФ впоследствии отразил в п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда (ВС РФ) № 72.

Второй элемент — «непредотвратимость» — означает неспособность избежать наступления обстоятельства или его последствия. ВС РФ установил стандарт осмотрительности — «поведение разумного участника, осуществляющего аналогичную деятельность»: «Если иное не предусмотрено законом, обстоятельство признается непредотвратимым, если любой участник гражданского оборота, осуществляющий аналогичную с должником деятельность, не мог бы избежать наступления этого обстоятельства или его последствий».

Иными словами, для подтверждения непредотвратимости нужно доказать единственный объективный критерий — возможность должника избежать наступления либо самого обстоятельства, либо его последствий.

Таким образом, все элементы для признания факта обстоятельством непреодолимой силы 1) носят экстраординарный характер; 2) должны находиться вне контроля должника и не могут быть предвидимы3.

Ответчику было нелегко доказать оба элемента, если отношения возникли до/после(?) введения первых санкций против России в 2014 году. Санкции рассматривались в качестве предвидимого предпринимательского риска, который можно преодолеть (например, закупить аналогичный товар из другого государства).

Постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 25 октября 2019 года по делу № А57-3238/2019:

«Довод ответчика о наличии форс-мажорных обстоятельств, а именно санкций Европейского союза в отношении Российской Федерации, препятствующих своевременной поставке товара, правомерно отклонен судами при надлежащей правовой оценке.

Заключая 21.05.2018 контракт на поставку оборудования, производимого в Германии, ответчик должен был предполагать о возможных затруднениях, которые могут возникнуть при исполнении обязательств, поскольку ему было известно о введенных Европейским союзом в 2014 году санкциях в отношении Российской Федерации, также, как следует из материалов дела, впоследствии оборудование было поставлено истцу ответчиком из другого государства и также с просрочкой, уважительность которой не доказана суду»

Схожим образом банк также не мог защищаться, заявляя довод об отсутствии ответственности из-за санкций. Так, в деле № А50-12099/2014 суд взыскал с Собинбанка сумму платежа, заблокированного в иностранном банке из-за санкций, введенных в отношении единственного акционера Собинбанка, и отклонил доводы о наличии обстоятельств непреодолимой силы: «Исходя из специфики правоотношений банка и клиента при осуществлении операций по безналичному переводу валютных денежных средств при изложенных выше обстоятельствах, препятствующих исполнению распоряжения клиента, банк должен нести ответственность как профессиональный участник предпринимательской деятельности в сфере оказания банковских услуг».

Позицию суда первой инстанции поддержал Семнадцатый арбитражный апелляционный суд. Суд отклонил доводы банка о наличии обстоятельств непреодолимой силы и указал в Постановлении от 4 марта 2015 года по делу № А50-12099/2014:

«Банк с решением не согласился, обратился в суд с апелляционной жалобой, в которой просит решение суда отменить, отказать в удовлетворении иска в полном объеме, поскольку им представлены достаточные доказательства, подтверждающие чрезвычайный характер обстоятельств, в результате которых платеж стал невозможным к исполнению в результате введенных экономических санкций со стороны Соединенных Штатов Америки.

Суд апелляционной инстанции считает, что не имеется оснований для изменения или отмены судебного акта и удовлетворения апелляционной жалобы.

Ответчик не показал, что связан для совершения платежа с использованием системы SWIFT и ограничен в выборе банка, привлеченного для совершения платежа. Представленные суду доказательства не свидетельствуют о невозможности осуществить платеж иным образом.

Кроме того СОБИНБАНК имеет возможность получить лицензию, необходимую в соответствии с законами Соединенных Штатов Америки для совершения платежа или возврата денежных средств».

Таким образом, до 2022 года санкции не рассматривались в качестве обстоятельств непреодолимой силы для банка, так как банк 1) мог предвидеть предпринимательский риск неисполнения обязательств контрагентами из-за санкций; 2) мог преодолеть санкционные ограничения (изменить валюту платежа или способ доставки, получить лицензию).

После введения санкций в марте-апреле 2022 года суды изначально поддержали прежний подход, ссылаясь на то, что санкции не могут рассматриваться в качестве обстоятельств непреодолимой силы.

Ситуация изменилась в 2023 году на фоне массовых исков к российским банкам о взыскании убытков из-за заблокированных платежей. В результате суды изменили подход. Сначала Арбитражный суд (АС) Московского округа, отменяя судебные акты, указал в Постановлении от 5 апреля 2023 года по делу № А40-109469/2022:

«В обоснование заявленного довода ответчиком указано, что начиная с конца февраля 2022 года банки США и Правительство США начали применять усиленные меры контроля по отношению к платежам резидентов Российской Федерации, банков Российской Федерации, необоснованно задерживать обработку указанных платежей, а также необоснованно отказывать в исполнении указанных платежей и блокировать указанные платежи.

Судами не дана надлежащая оценка доводам ответчика о том, что непреодолимая сила выразилась в невозможности банков Российской Федерации надлежащим образом осуществлять свои обязательства перед клиентами по трансграничным переводам денежных средств в долларах США вследствие недружественных действий банков США по отношению к резидентам Российской Федерации, а также вследствие введения санкций».

Затем уже ВС РФ признал, что санкции могут относиться к «непредотвратимым» обстоятельствам в Определении от 20 ноября 2023 года по делу № А40-179021/2022: «Введение иностранным государством запретов и ограничений в области предпринимательской деятельности, а также иных ограничительных и запретительных мер, действующих в отношении Российской Федерации или российских хозяйствующих субъектов, если такие меры повлияли на выполнение указанными лицами обязательств, может относиться к числу непредотвратимых обстоятельств».

В результате вышестоящие суды стали отменять решения о взыскании заблокированных денег с российских банков, поскольку действия иностранного банка-посредника и акты иностранных государств могут быть признаны обстоятельством непреодолимой силы. Так, АС Уральского округа указал в Постановлении от 7 февраля 2024 года по делу № А60-54891/2022: «Суды не установили, могут ли действия иностранного банка-посредника, связанные с блокировкой вышеупомянутого платежа, быть отнесены к обстоятельствам непреодолимой силы в соответствии с положениями пункта 3 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации и договора банковского счета, в том числе не установили, является ли указанная блокировка обстоятельством, находящимся за пределами разумного контроля ответчика и влекущим за собой невозможность исполнения договора».

Возникает вопрос: почему суды стали освобождать банки от ответственности, тем самым возлагая риск неисполнения платежа на клиента банка? Чтобы ответить на него, рассмотрим аргументы, заявленные клиентами банка.

  • банк должен предвидеть риски блокировки и обязан сообщить клиенту о рисках, поскольку является профессиональным участником межбанковских расчетов;
  • банк обязан принять меры к снижению риска блокировки (например, выбрать другого посредника).

Соответственно перед судами возникают два вопроса:

  • Мог ли банк предвидеть риски блокировки?
  • Несет ли банк ответственность, если он не предпринял меры к снижению риска или к адаптации маршрута платежа?

Во-первых, суды признают, что банк не может предугадать, в какой момент будут введены санкции и где окажется платеж клиента.

При проведении межбанковских переводов с использованием SWIFT деньги последовательно перечисляются от банка плательщика через корреспондентский счет, открытый в банке-корреспонденте, на необходимый корреспондентский счет в банке получателя с последующим зачислением средств на счет получателя платежа4

В этой связи платеж может быть заблокирован в процессе прохождения «цепочки банков», в том числе в связи с введением санкций не только в отношении самого российского банка, но и посредников, участвующих в цепочке, — получателей платежа.

Следовательно, доказать «предвидимость» можно только в том случае, если банк должен был предвидеть введение санкций в отношении себя, посредников, получателей и их банков.

В межбанковских расчетах такое требование к осмотрительности и предвидимости выходит за пределы разумного. Если возложить на банки обязанность соблюдать такой стандарт, то это неизбежно увеличит сроки оказания и стоимость услуги по переводу.

В этой связи верным является новый подход, освобождающий банки от ответственности, если платеж был заблокирован банками-корреспондентами.

С другой стороны, маршрут платежа зачастую предопределяется самим клиентом. Как в таком случае быть с предвидимостью клиента? Выбор получателя платежа или валюты фактически предопределяет дальнейший маршрут. Банк же, со своей стороны, не может уклониться от риска блокировки.

Если клиент направляет в банк распоряжение о международном платеже, то банк оказывается «меж двух огней»: 1) либо исполнить распоряжение клиента и сохранить риски блокировки; 2) либо исказить распоряжение клиента, принять на себя риски изменения маршрута платежа.

В таком случае банк, следующий заявке клиента, не должен принимать за клиента риски неудачных деловых решений (в том числе риск блокировки платежа). По общему правилу сам клиент должен нести риски потенциальной блокировки платежа.

Аналогичный подход принят судами.

  • Постановление Пятого арбитражного апелляционного суда от 29 ноября 2023 года по делу № А51-2212/2023:

«Клиент сам выбрал валюту платежа и назначение платежа в виде перевода денег в зарубежную юрисдикцию, в рамках которой присутствуют такие форсмажорные факторы, как возможность блокировки денег в связи с санкциями, воспрепятствовать которым банк не может. В связи с чем в удовлетворении исковых требований общества судом первой инстанции отказано правомерно».

  • Постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 13 октября 2023 года по делу № А45-6409/2023: «По условиям делового оборота выбор контрагента, определение заключаемых с ним договорных условий, в том числе таких, как валюта и порядок расчетов, осуществляются самостоятельно истцом, на свой страх и риск, и происходят вне контроля кредитных организаций».

Какие исключения возможны?

  • просрочка банка при исполнении первоначального обязательства (когда банк направил поручение по прошествии одного операционного дня);
  • самостоятельное изменение маршрута, валюты платежа в ситуации, когда у банка не было разумных оснований отклоняться от условий поручения клиента;
  • неразумность банка (осведомленность, что «маршрут» приведет к блокировке).

Во-вторых, суды также исходят из отсутствия у банка обязанности информировать клиента обо всех рисках «маршрута» или предпринимать меры к снижению риска. Предел ответственности банка ограничен отношениями только с непосредственным корреспондентом.

В спорах клиенты часто занимают позицию, что банк нарушил обязанности информировать о возможных рисках. Логика понятна: «Если бы нас предупредили, то мы бы не направили заявку».

Сложность ответа на вопрос заключается в том, что в известных нам стандартных условиях банковского обслуживания не сформированы информационные обязательства сторон, в том числе необходимость информировать клиентов о рисках «маршрута» платежа, сроки и порядок подобного информирования.

С другой стороны, банк обязан сообщить клиенту необходимую информацию для исполнения обязательства в силу принципа добросовестности (п. 3 ст. 307 ГК РФ). Следовательно, если цель клиента не будет достигнута, то он должен быть проинформирован об этом.

В результате в отсутствие договорного регулирования спор концентрируется вокруг понятия «цель» в международных расчетах. Если под целью понимать обязанность банка исполнить поручение, то эта цель будет достигнута в момент передачи поручения следующему банку-посреднику (ст. 865 ГК РФ). При таком толковании банк должен проинформировать только о банках-корреспондентах, принимающих платеж в соответствующей валюте.

Но иначе цель понимает клиент банка. Для него цель — это эффективная доставка платежа до получателя. Ведь услуга банка преподносится не как «доставка до первого банка-корреспондента», а как доставка платежа до конечного получателя.

С этой точки зрения банки должны раскрывать перед клиентом все риски выбранного им «маршрута платежа». В таком случае банк может быть привлечен к ответственности за неисполнение информационной обязанности (п. 3 ст. 307 ГК РФ), даже если он исполнил основную обязанность — передал поручение банку-корреспонденту.

Сегодня суды поддерживают позицию ограничительного толкования, не возлагая на банки обязанность информировать клиента о возможных рисках всего «маршрута». Однако количество споров, связанных с ответственностью банков, растет, и практика может измениться.

В-третьих, суды все еще поддерживают квалификацию санкций как обстоятельств непреодолимой силы. Однако подобная тактика имеет ряд особенностей.

1. Обстоятельства непреодолимой силы — это не освобождение от исполнения платежа. При отмене санкций обязательство банка не будет считаться прекращенным.

Правила о наличии обстоятельств непреодолимой силы освобождают только от применения мер ответственности, но не от исполнения обязательств (ст. 401 ГК РФ). В случае отмены санкций обязательство не будет считаться прекращенным (ст. 417 ГК РФ). Следовательно, банк должен будет обеспечить доставку платежа до банка-посредника или получателя.

2. Ограниченный «срок годности» аргумента. Признание санкций «обстоятельствами непреодолимой силы» касалось блокировок за период февраль — апрель 2022 года. Учитывая, что сейчас под санкциями США находятся 66 российских банков, едва ли суды признают введение санкций в отношении 67-го банка «непредвидимым».

3. Преодолимый характер санкций. За два года банки должны были учесть изменения и адаптировать систему платежей для снижения риска блокировки (например, изменить список банков-посредников, изменить валюту платежа). Следовательно, суд может отклонить доводы о «непреодолимых» санкциях, если у банка имелась возможность создать безопасный маршрут платежа.

Таким образом, хотя защита банка со ссылкой на «непреодолимый характер санкций» пока остается валидной, со временем эффективность неизбежно снизится.

По прошествии времени придется изменить стратегию защиты. Новым ответом может стать информирование клиента обо всех рисках блокировки и определение границ «зоны контроля» банка в ситуации блокировки. Что можно предпринять?

1. Внести изменения в стандартные условия банковского обслуживания.

Пример условия об информационных обязательствах стороны:

«При осуществлении международных переводов банк обязан информировать клиента о списках непосредственных банков-корреспондентов любым доступным образом (в том числе. путем размещения на сайте банка в сети Интернет).

При оформлении заявки на международный перевод и при исполнении международного перевода клиент самостоятельно принимает меры к получению информации о банках-корреспондентах и банках-получателях, участвующих при осуществлении перевода, особенностях в деятельности указанных банков в юрисдикции по месту их регистрации, возможных рисках, возникающих в связи с участием банка, банка-корреспондента или банка-получателя. Банк не обязан информировать клиента о введении правительствами иностранных государств ограничительных мер любого характера в отношении банка либо банка-корреспондента, банка-получателя или получателя платежа».

Наличие подобного условия позволит отграничить «зону контроля» банка от «зоны контроля» самого клиента.

2. Уведомить клиента о риске блокировки денег из-за санкций и раскрыть «маршрут» платежа (в том числе указать банки-посредники, которые используются для расчетов в соответствующей валюте). Такое уведомление снижает риски последующего привлечения к ответственности за невозможность исполнения, хотя полностью их не устраняет. Ответственность банка за выбранные банки-корреспонденты не может быть ограничена (п. 4 ст. 401, ст. 866 ГК РФ).

Заключение

По прошествии двух лет с момента появления первых споров в российских судах о блокировке денег из-за санкций в отношении банков едва ли можно утверждать, что практика окончательно сформирована.

Суды признали, что санкции могут быть признаны обстоятельством непреодолимой силы в спорах с участием российских банков. С другой стороны, велика вероятность, что практика изменится в противоположную сторону.

Что стоит сделать уже сейчас?

Во-первых, в любом случае заявлять о наличии оснований для освобождения банка от ответственности за неисполнение обязательств из-за обстоятельств непреодолимой силы. Однако стоит учесть, что чем дальше факт блокировки будет от первой волны санкций (февраль — апрель 2022 года), тем слабее будет аргумент для суда.

Во-вторых, адаптировать условия банковского обслуживания к ситуации блокировки платежей:

  • внести изменения в условия банковского обслуживания, разграничив информационные обязательства сторон;
  • предусмотреть извещение клиента о рисках, связанных с совершением трансграничного платежа.

Подобная адаптация условий, использование прежнего опыта и отслеживание новых трендов судебной практики помогут пройти эти изменения с наименьшими потерями.


1. Постановление Президиума ВАС РФ от 21 июня 2012 года № 3352/12 по делу № А40-25926/2011-13-230.
2. Пункт 8 Постановления Пленума Верховного ВС РФ от 24 марта 2016 года № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств».
3. Любопытно, что в Принципах международных коммерческих договоров (УНИДРУА) даны более широкие критерии. Согласно ст. 7.1.7 Принципов УНИДРУА, обстоятельство непреодолимой силы — это препятствие «вне разумного контроля лица». Как будет указано ниже, российские суды также факультативно применяют критерий «контроля».
4. Постановление Арбитражного суда Московского округа от 18 мая 2023 года по делу № А40-112267/2022.






Новости Релизы
Сейчас на главной

ПЕРЕЙТИ НА ГЛАВНУЮ