PRO

Евгений Ясин,

научный руководитель ГУ — Высшая школа экономики

Я считаю, что в связи с дефицитом ликвидности возможны какие-то частные неприятности. У нас по-прежнему слишком много банков. Но важно даже не количество, а состояние. По-прежнему на рынке слишком много теневых операций, и это, несомненно, создает для банков, проводящих такие операции, определенные риски. Если помните, либерализация банковской системы была проведена одной из первых еще союзным правительством. С тех пор у нас очень много банков-«прачечных» и мало солидных крупных банков, дорожащих своей репутацией и бизнесом.

Поэтому, с одной стороны, текущая ситуация будет стимулировать процессы очищения банковской системы. Прозрачные, благонадежные банки будут иметь возможность обратиться за помощью, за ресурсами к Центробанку, который уже начинает играть роль кредитора последней инстанции. Смогут они выйти за заимствованиями и на внутренний или международный рынок. Мелкие и непрозрачные кредитные организации, не спешащие перейти на международные стандарты финансовой отчетности, такой возможности будут лишены. И потому в среде подобных банков возможны и дефолты.

Лучшее, что ожидает банки посредственного качества, это слияния и поглощения. Процесс концентрации банковского капитала, я считаю, в России только начинается. Нам необходимо создать еще пять-шесть банков уровня Сбербанка.

CONTRA

Константин Корищенко,

заместитель председателя Банка России

Отвечая на этот вопрос, сразу вспоминаешь закон психологии: человек устроен так, что он слово «нет» не слышит. И потому, что бы я сейчас ни сказал, аудитория услышит то, что захочет услышать.

О вероятности «точечных дефолтов» в связи с дефицитом ликвидности объявило международное рейтинговое агентство. Любое рейтинговое агентство имеет задачу оценивать, прогнозировать, предупреждать о тех или иных рисках. Однако регулятор подобных рейтинговых агентств находится не в нашей стране, и потому никаких рисков штрафных санкций за качество распространяемой информации эти агентства не несут.

Если говорить более серьезно, любая деятельность сопряжена с рисками, проявляющимися тем или иным образом. Сегодня финансовая ситуация усложнилась, и не только для банков, но и для других видов деятельности, поскольку выросла стоимость денег. Поэтому надо просто научиться жить в новых условиях. Банки, безусловно, нуждаются в долгосрочных ресурсах. До сих пор источником этих ресурсов были зарубежные заимствования в той или иной форме. В новых обстоятельствах российские банки должны научиться находить финансовые ресурсы внутри страны. Банк России со своей стороны будет использовать все механизмы для удовлетворения повышенной потребности кредитных организаций в ликвидности. У Центробанка есть многократный задел к средствам, которые могут потребоваться.

АРБИТР

Михаил Задорнов,

президент — председатель правления ВТБ 24

Для правильного ответа на этот вопрос надо точно уяснить, с чем именно столкнулись российские банки. Ведь речь идет о том, что многие небольшие и средние банки в складывающейся ситуации будет вынуждены заморозить свои портфели, особенно в том, что касается долгосрочных активов. Банки будут накапливать деньги для платежей по уже имеющимся обязательствам, другим заимствованиям. Поэтому основной вопрос сегодня не в устойчивости банковской системы, а в темпах роста отдельных ее сегментов. Иными словами, ситуация будет развиваться не в сторону дефолтов, а в сторону замораживания бизнеса. И в этом смысле я совершенно согласен с регулятором, что мы имеем дело с новой реальностью, в которой надо научиться жить.