Кажется забавным, что на международные рейтинговые агентства возлагают вину за кризис — дескать, они неадекватно оценивали риски, а все им так верили, — но одновременно требование к использованию в практике банков кредитных моделей стало повсеместным.
Еще более забавно читать откровения первого зампреда ЦБ Геннадия Меликьяна в интервью государственному информ­агентству по поводу профуканного — по-другому не скажешь — кредита Межпромбанку. Оказывается, этот банк вовсе не вел никакой деятельности, а основная часть ссудной задолженности приходилась на компании с минимальным уставным капиталом, прописанным по адресам массовой регистрации. Вообще-то, чтобы установить последний факт, требуются буквально считанные минуты.
Более того, «все, кто следит за развитием ситуации в банковской системе, не могли не обратить внимание», что Межпромбанк не входил в систему страхования вкладов. Ну и как же получилось, что именно он стал крупнейшим должником ЦБ по беззалоговым кредитам?!
Геннадий Меликьян кивает на принятое в разгар кризиса решение об использовании рейтингов, присваиваемых банкам международными, а позже и национальными агентствами. «Когда за беззалоговым кредитом стал обращаться Межпромбанк, — оправдывается чиновник, — уровень его рейтинга вызвал у нас некоторое удивление, но мы решили действовать в соответствии с принятым подходом».
На самом деле без кредитных моделей не обойтись, хотя безупречными они не бывают в принципе, что мы и видим на примере серьезных ошибок рейтинговых агентств (версию о предвзятости их оценок оставим в покое). Важно, чтобы ответственность за решения на основе моделирования не перекладывалась на тех, кто такую ответственность нести не может по определению. В противном же случае, подобно главе ЦБ Сергею Игнатьеву, останется лишь жаловаться в прокуратуру на нехороших заемщиков, поскольку собственные сотрудники с самого начала умыли руки.