В России вряд ли сыскать гражданина, который бы подтвердил, что рост цен остановился, но статистическая кабалистика свидетельствует, что апрельская инфляция «год к году» упала до уровня 2008 года. Победа!

Однако само по себе торможение инфляции — слабый знак. А нужен знак сильный. И он изобретен — базовая ставка рефинансирования снижена на полпроцента.

Знак очень хороший, своевременный, добротно подготовленный. Уже несколько месяцев деловая общественность зудит, что в других странах ставки рефинансирования снижают, а у нас повышают. И в этом, мол, причина дороговизны денег, нехватки кредитов и спада в экономике.

При этом, правда, забывают сопоставить: ставка ЦБ выросла всего на треть (с 10 до 13%), а ставки кредитования — в два-три раза. Как-то непропорционально. Возможно, дороговизна кредитов обусловлена все-таки не исходной ценой денег, а ценой возросших рисков. Но это слишком сложно. Семиотика — более понятная наука.

Общественность требовала чуда, и чудо явлено. Звучат фанфары, ставка пошла вниз. К стоимости кредитов это имеет слабое отношение, но знак дан.

Когда знаку в реальности ничего не соответствует, получается не называние, а вызывание. Шаманы оперируют не вещами, а знаками. Поэтому, конечно, с точки зрения семиотики снижение ставок Центробанка является именно вызыванием… не столько даже позитивных перемен, сколько других позитивных сигналов. В этом, кстати, нет ничего зазорного, так как экономика зависит от словесных интервенций не в меньшей степени, чем мир духов.

Знак имеет смысл в рамках своей знаковой системы. Вне ее — неразличим. Конечно, в ответ на снижение ставки рефинансирования деловая общественность должна закивать головой, засучить рукава и взяться за восстановление экономики пуще прежнего. Это то, чего давно ждали.

Ждали еще одного знака, и он был дан. Не знак — знамение. Премьер Владимир Путин заявил, что банки, получающие госпомощь, должны кредитовать по ставке рефинансирования плюс три процента, то есть под 16%. (Теперь — после снижения ставки — уже под 15,5%.)

Банковским герменевтам предстоит выяснить, знаком чего является этот знак. Самое простое объяснение: коммерческие банки переводятся в разряд государственных фондов кредитования реального сектора (ГФКРС) и осуществляют важнейшую народнохозяйственную задачу.

Интерпретация второго уровня. В Центробанке прежде говорили, что нормальным показателем маржи для банков являются пять-шесть процентных пунктов. Теперь торговую наценку ограничат тремя пунктами. По всему похоже, от банков потребуют повышения эффективности. То есть снижения затрат на единицу выработки. При решении народнохозяйственных задач.

А и то верно: ведь тарифы естественных монополий правительство проверяет ежегодно. А ценообразование в банках пущено на самотек. Но поскольку в банки теперь заливаются государственные деньги, то и ценообразование должно быть контролируемым.

Следите за следующими знаками.