Вспомним литературных героев произведений Диккенса и Драйзера. В них финансист-банкир и его банк — суть единое целое. Его знают все его клиенты, и он тоже знает и помнит их всех в лицо. Это было время, когда банки были не просто институциональными учреждениями, в них было много человеческих отношений, основанных на доверии, деловой этике и личном контакте. Затем банки превратились в корпорации со своими иерархией, формальностями, регуляторикой и корпоративной культурой. Но даже тогда эта культура оставалась живой — решения принимались на кредитных комитетах, стратегии создавали и реализовывали люди.

Совсем недавно банки стали себя называть IT-компаниями, и большинство современных финансовых институтов, по сути, таковыми уже и являются. В этом контексте интересно задаться вопросами: в каком качестве, в каком объеме и когда банк превратится в алгоритм? Захватывающий аспект развития — переход от человеческого к алгоритмическому в финансовых технологиях и институтах. Эти рассуждения я транслирую со слов Дмитрий Равкина, генерального директора «Банковское обозрения», сказанных им на открытии конференции о роли искусственного интеллекта в финансовом бизнесе «ИИ-БАНКИНГх2025: Роботы и Люди».

И если дальше развивать литературную тему, то Чарльз Диккенс в своих романах как раз показывал мир, где финансы еще были завязаны на личностей и их судьбы, а Теодор Драйзер уже описывал время, где индивидуальность уступала место системам и корпорациям. Теперь мы пришли к системам, управляемым кодом. Насколько далеко зайдет эта трансформация? А что если этот процесс — не конец истории? Что если банк, став алгоритмом, сможет снова обрести человеческое лицо, но уже на новом уровне — мощный, усиленный ИИ? Представьте: технологии не просто заменяют человека, а возвращают ему утраченную роль, но в иной форме.

Банк как личность — не один человек, а синтез человеческого опыта и вычислительной мощи ИИ, но не бездушный алгоритм, а нечто вроде «цифрового частного банкира», который знает вас лучше, чем любой клерк прошлого, и при этом обладает почти бесконечным ресурсом анализа и предсказания.

Такой банк мог бы сочетать лучшее из двух миров. С одной стороны, ИИ обрабатывает миллиарды данных, мгновенно оценивает риски, предлагает решения быстрее и точнее, чем любая корпорация. С другой — он «понимает» клиента: учитывает не только цифры, но и контекст, эмоции, уникальные обстоятельства. Это уже не холодный скоринг, а нечто, способное адаптироваться к человеческой природе, как умелый банкир XIX века. Например, ИИ мог бы заметить, что вы пропустили платеж не из-за безответственности, а из-за временных трудностей, и предложить небольшую индивидуальную рассрочку, а не стандартный штраф.

Возможно ли это? Технически — да. Современные алгоритмы уже учатся распознавать паттерны поведения, а с развитием эмоционального ИИ (как у систем, способных анализировать тон голоса или текст) банк мог бы стать «человечнее» в общении. Но здесь возникают вопросы. Во-первых, захотят ли корпорации вкладываться в такое «очеловечивание» технологий, если эффективность и прибыль остаются главными целями? Во-вторых, будет ли это подлинной человечностью или лишь ее симуляцией — маской, надетой на бездушный код? Но такой банк мог бы вернуть доверие, утраченное в эпоху бездушных «скрудж»-корпораций, на основе не только интуиции, но и данных и интеллекта. Сможем ли мы создать такого «цифрового банкира» или человечность навсегда останется в прошлом, уступив место чистой эффективности?