Санкции помогли

Институт личных фондов в России находится еще на начальном этапе своего становления, рассказала директор по рейтингам страховых и инвестиционных компаний «Эксперт РА» Диана Сергиенко. Возможность создавать такие фонды появилась в России только с 1 марта 2022 года, в то время как история иностранных трастов исчисляется десятками и даже сотнями лет. Санкции и запрет на образование зарубежных трастов привели к тому, что большая часть западных юрисдикций, ранее популярных для этой цели, утратила интерес у российских собственников имущества, чем воспользовался российский законодатель, создав институт личных фондов, объяснила руководитель налоговой практики K&P.Group Виктория Канишевская. Благодаря им релокация активов в Россию стала более привлекательной для владельцев крупных капиталов.

Личный фонд — это инструмент для владельцев крупного бизнеса и состоятельных семей. Учреждение личного фонда полезно обладателям солидного бизнеса, которые хотят обеспечить ему управление вне зависимости от наследственных и семейных обстоятельств и стремятся разделить личные и корпоративные активы, а также обеспечить им конфиденциальность и защиту. Ведь информация о составе фонда, его учредителе, условиях управления им, положениях его устава закрыта и недоступна для третьих лиц.

Импульс развитию нового института был задан в 2024 году благодаря ключевым изменениям в законодательстве, в первую очередь в Гражданском кодексе РФ. Речь идет о поправках, которые прежде всего усилили конфиденциальность фондов, упростили процедуру их регистрации, а также заполнили ряд пробелов в их функционировании.

На раннем этапе личные фонды создавались по модели семейного офиса и управлялись доверенными лицами учредителя, что подчеркивало их личный и конфиденциальный характер, вспоминает Анна Горячева, советник председателя совета директоров «ААА Управление Капиталом». С ростом сложности активов и требований к стратегическому планированию управление постепенно передается специализированным юридическим лицам, в том числе профессиональным управляющим компаниям, которые обеспечивают баланс интересов учредителя и бенефициаров.

Одновременно изменилась мотивация создания фондов: если ранее она чаще была связана с внешними обстоятельствами, то сейчас акцент смещается на осознанное стратегическое планирование, долгосрочное сохранение капитала и его передачу будущим поколениям.

Капитал ищет форму

«Количество зарегистрированных личных фондов продолжает стремительно увеличиваться, в среднем на 30 в месяц. Таким образом, с учетом текущего темпа регистраций можно ожидать, что к концу 2025 года оно превысит 500 штук», — рассказал директор по развитию бизнеса УК «Современные фонды недвижимости» Михаил Брун.

Такая динамика свидетельствует о высоком интересе к этому инструменту, пояснила директор рейтингов финансовых институтов рейтинговой службы НРА Елена Фивейская. Инструмент, как отмечают управляющие компании, особенно востребован среди владельцев среднего и крупного бизнеса, многие из которых в силу возраста и интересуются вопросами наследственного планирования. «Если мы посмотрим на историю современной России и период формирования первых крупных частных капиталов, то бизнесмены, которые сделали свое состояние в 1990-е и 2000-е, в ближайшие годы будут готовиться к передаче капитала следующему поколению, что также будет способствовать активному развитию личных фондов», — согласилась с ней Диана Сергиенко.

Статистики непосредственно о составе фондов очень мало. Средний объем активов одного личного фонда составляет от 500 млн до 1 млрд рублей, сообщила старший консультант Family Office О2 Consulting Марина Сеничева. Однако нередко учредители наполняют личный фонд денежными средствами в размере минимального порога (100 млн рублей), для того чтобы в первый год оценить работу фонда — насколько им комфортно находиться в новой структуре, добавила директор по структурированию капитала УК «Альфа-Капитал» Екатерина Жарова.

Среди наиболее популярных видов активов, передаваемых в личные фонды, выделяются денежные средства, используемые для размещения на депозитах и дальнейшего приобретения других активов, а также доли или акции компаний. Кроме того, в личные фонды передают портфели ценных бумаг, права требования, недвижимость и даже транспортные средства. «Такое широкое разнообразие активов объясняется отсутствием законодательных ограничений на виды активов, которыми может владеть личный фонд», — пояснил Михаил Брун.

«В нашей практике чаще всего случаи, когда фонду передается недвижимое имущество для коммерческого использования и ценные бумаги», — рассказала руководитель практики частных клиентов K&P.Group Дарья Шушкевич. Реже фондам передаются доли участия в юридических лицах, потому что собственники боятся утратить контроль над принадлежащими им компаниями, кроме того, достаточно сложно найти надежных и опытных управляющих, готовых встать во главе личного фонда и управлять серьезным бизнесом, а не только сдавать имущество в аренду и распределять получаемые доходы между бенефициарами фонда.

Но есть проблема…

Относительная новизна инструмента обусловливает наличие правовых и практических пробелов, устранение которых может стать ключевым фактором его дальнейшего развития, в один голос говорят эксперты. Существенным сдерживающим фактором остается отсутствие устойчивой судебной и правоприменительной практики: по оценкам экспертов, первые сформировавшиеся подходы судов появятся не ранее 2027 года. До этого участники рынка вынуждены опираться на доктринальные позиции и осторожные трактовки закона, что повышает уровень правовой неопределенности.

Наиболее острой является налоговая неопределенность, отметила Анна Горячева. Вопросы налогообложения передачи имущества в личный фонд, его доходов, сделок с активами и последствий для бенефициаров остаются предметом дискуссий и противоречивой практики. Для крупного капитала это существенно увеличивает риски и сдерживает использование инструмента.

Дополнительной проблемой становится дефицит реальной экспертизы при избытке формальных предложений. На рынке распространены шаблонные решения без глубокого анализа активов, семейной структуры и целей учредителя, что приводит к созданию нежизнеспособных конструкций с отложенными юридическими и налоговыми рисками и в перспективе может дискредитировать институт в целом.

Сложность и высокая стоимость качественного структурирования также ограничивают распространение личных фондов. Устав и условия управления фактически формируют «конституцию» структуры и требуют междисциплинарной проработки с учетом активов, семейных отношений и сценариев смены поколений, что неизбежно связано с существенными издержками.

Наконец, развитию инструмента препятствуют традиционное недоверие к передаче управления третьим лицам и общая неготовность владельцев капитала к наследственному планированию, что снижает устойчивость и эффективность передачи капитала будущим поколениям.

Инструмент не для всех

Институт личных фондов в России находится в самом начале своего формирования и развития. «Многие фонды работают в режиме “пилотного тестирования”. Массовое владение крупным частным капиталом через личные фонды, вероятно, начнет осуществляться только после появления обширной судебной практики по налоговым, наследственным спорам, связанным с личными фондами, по вопросам субсидиарной ответственности», — отметил Михаил Брун. Однако новый институт уже привлек большое внимание и состоятельных граждан, и юридического сообщества, и государственных органов; он определенно будет увеличиваться в ближайшие несколько лет, поскольку позволяет закрыть важные потребности HNWI/ UHNWI и соответствует общей тенденции возрастания интереса и осознания важности грамотного наследственного планирования, добавил руководитель корпоративно-налогового направления Family Office O2 Consulting Георгий Толмачев.

При этом личные фонды вряд ли станут массовым инструментом, так как сумма в размере 100 млн рублей ограничивает круг учредителей состоятельными лицами, отметила Елена Фивейская. Но этого и не нужно: данный инструмент предназначен именно для состоятельных клиентов с капиталом от 100–300 млн рублей, для которых ценность структурирования, контроля и преемственности «перевешивает» издержки, указала Екатерина Жарова. Более широкому кругу лиц проще и дешевле использовать завещания, брачные и корпоративные соглашения, страхование жизни и иные более простые инструменты.