IV Международный банковский форум «Банки России — XXI век», традиционно организуемый Ассоциацией региональных банков «Россия» в начале сентября в Сочи, побил рекорды прошлых лет по представительству и стал одним из лучших не только в череде мероприятий Ассоциации, но и в банковской отрасли вообще. Были опасения, что выбранная на этот год тема — ипотека — окажется несколько узковатой для общественной банковской дискуссии. Но вышло наоборот — в десятках выступлений тема оказалась раскрыта настолько глубоко, что если бы в форуме участвовали не только банковские, но и политические лидеры страны, то, возможно, национальный проект «Доступное и комфортное жилье» удалось бы наконец поставить на рельсы, хоть как-то ведущие к декларируемым целям…

Однако сочинский форум традиционно не ограничился официальной тематикой и предоставил отличные возможности для неформального общения и налаживания контактов. Футбольный и теннисный турниры, пляжный досуг, приемы… Участники порасскажут о вечеринке у бассейна, на которую Связь-Банк пригласил для коллег хор Турецкого. Хор Турецкого, как сказали бы в интернете, зажигал «неподецки» и отработал на все двести. Апофеозом стали реющие знамена Связь-Банка, подхваченные хористами на волне энтузиазма. Связь-Банк может быть доволен. Да и Турецкий. Заказы на банковских корпоративах у него будут.

Возвращаясь к теме форума, следует привести вывод, представленный президентом Ассоциации «Россия» Александром Мурычевым по итогам опроса банкиров, специально проведенного перед форумом. Вывод таков: стимулирование покупательской способности населения, в том числе за счет ипотеки, без симметричных мер по стимулированию строительства жилья ведет к росту цен на жилье и затрудняет решение жилищной проблемы. Александр Мурычев сравнил такой подход с телегой, поставленной впереди лошади.

В России складывается парадоксальная ситуация, когда строителям выгодно строить мало и продавать дорого. Тогда как во всем мире строительный рынок, как и любой другой, старается снизить себестоимость и конечную цену продукта, чтобы жить за счет оборота.

Банки-то готовы дать денег на покупку жилья и дают. А включатся механизмы рефинансирования ипотеки — дадут еще больше. И станет еще хуже. При существующей системе жилищного строительства эти деньги увеличат не количество купленного жилья, а прибыль застройщиков и расходы граждан. Просто тот же мизерный объем жилья будет пропущен через более высокие цены, порадовав строительные компании и огорчив население.

К жилищному ступору ведет не только давление денег на рынок жилья вкупе с развивающейся ипотекой, но и внутренние проблемы строительной отрасли. Строители говорили на форуме о монополизме в сфере производства стройматериалов, о тарифах на электроэнергию. В законодательстве нет срока выдачи разрешения на строительство. Рассматривай заявку хоть пять лет — никто не спросит. Или протолкни ее за месяц, если подмажут.

В результате объемы ввода жилья в современной России не достигли не то что уровня СССР — даже РСФСР. По общепринятым нормам, страна должна вводить один квадратный метр в год на душу населения, то есть 140 млн метров жилья. Вводится в три раза меньше. А многолюдный Китай исправно вводит по метру в год на 1,3 млрд душ своего населения — и ничего, справляется. По нормативам ООН социальная норма жилья на человека — 30 метров. То самое комфортное жилье. При нынешних темпах мы достигнем этого показателя к 2050 году. Быстрее — можно. За счет вымирания населения.

В России жилье оказалось объектом двойного назначения — в нем живут, и в него вкладывают деньги в рост. На Западе инвестиционную ценность имеет только элитное жилье, у нас наоборот: простые однушки и двушки (самая, по идее, доступная категория) растут быстрее всего. Как тут не вспомнить Чаадаева с его приговором: Россия словно создана для того, чтобы показать всему миру, как не должно быть.

Нацпроект по заселению россиян в комфортные и доступные квартиры трещит по швам. Точнее, ведет к противоположному результату. Хорошо, если наработки сочинского и подобных мероприятий дойдут до правительства. Иначе система жилищного строительства при нынешнем подходе:

• 1) обогащает строительные компании и чиновников;
• 2) бьет по гражданам, которым приходится платить за жилье втридорога и обслуживать возросшие кредиты, и
• 3) никак не сказывается на количестве введенного в строй жилья, то есть собственно на решении жилищной проблемы.

В общем, сделать что-нибудь плохо — это у нас получается особенно хорошо.

Сочинский форум останется в памяти еще одним приметным фактом, печальным. На нем состоялось последнее публичное выступление Андрея Козлова. То самое, которое дало всем СМИ повод искать возможную причину убийства Козлова в его призыве ввести запрет на профессию для банкиров, обслуживавших нелегальные финансовые схемы. Трудно сказать, стал ли этот призыв спусковым механизмом — разве страшен для криминала запрет на формальное банкирство? Наверное, можно найти способы контролировать финансовые потоки банка без права формальной подписи, зиц-председатели всегда найдутся. Андрей Андреевич был идеологом банковских реформ, он понимал значимость не только регулирующего, но и идеологического давления на отрасль, чтобы она изменялась в лучшую сторону. Неужели за это у кого-то рука поднялась?

ВЫДАВЛИВАТЬ КРИМИНАЛ ИЗ БАНКОВСКОЙ СИСТЕМЫ

Из последнего публичного выступления Андрея Козлова.
IV Международный банковский форум «Банки России — XXI век» в Сочи (9 сентября 2006 года).

— Наш форум посвящен вопросам ипотеки, и по тем выступлениям, которые я слышал сегодня, могу сказать следующее: такого профессионального, глубокого обсуждения этой темы, такой большой, такой заинтересованной аудитории я не видел никогда. И по большому счету я могу выразить только солидарность со всеми тезисами, идеями, которые сегодня высказывались. Добавить к этому можно буквально несколько штрихов.

Сейчас объем выданных ипотечных кредитов в российской банковской системе в 15 раз меньше объема выданных потребительских кредитов. Ипотека в этом смысле отстает года на четыре. Но темпы роста, конечно, впечатляют. За 2003–2005 годы объем ипотечного кредитования увеличился в 7,5 раза, за первую половину этого года — в два раза. И сейчас объем ипотечных кредитов, выданных банками, составляет примерно 110–115 млрд рублей. По отношению к ВВП, к активам банковской системы это, конечно, пока немного. Но мне кажется, что в течение трех-четырех лет этот показатель может выйти примерно на 10%. Выше — будет уже немного опасно, меньше — экономика от нас ждет больше, а не меньше. В банковский ипотечный бизнес идут сейчас, как мы видим, только профессионалы, потому что ипотечный кредит — очень сложный продукт. И поэтому те банки, которые посвящают себя специализации на ипотечном кредите, — это банки очень профессиональные, толковые, обладающие хорошей командой. Непрофессионалы в этом бизнесе не выживают. Поэтому единственный риск, который будет накапливаться по мере развития ипотечного кредитования, — это классический кредитный риск, связанный с количеством ипотечных кредитов. В ближайшие несколько лет он будет незначительным, и все показывает, что от состояния рынка недвижимости наша банковская система сейчас почти никак не зависит. Со временем эта зависимость будет увеличиваться, и нам как надзорному органу, и вам как банкирам придется учиться управлять этими рисками. Другие страны этот путь тоже прошли, ничего сложного в этом нет. Поэтому я считаю, что мы с вами с этим справимся.

Я сейчас хотел бы использовать оставшиеся у меня шесть минут, чтоб рассказать не столько об ипотеке — об этом здесь говорят гораздо лучше и профессиональнее, — сколько о некоторых фоновых вещах: чем занимается сейчас банковский надзор.

Каких-либо новых больших новаций от нас ждать не приходится. На повестке дня в ближайшие два-три года у нас стоит корректировка наших надзорных подходов в связи с принятыми Базельским комитетом двумя документами. Во-первых, это новая редакция основополагающих принципов эффективного банковского надзора, об этом мы подробно говорили на конгрессе в Санкт-Петербурге. Во-вторых, естественно, Базель II. Еще раз повторю нашу позицию: мы будем это внедрять, особенно Базель II, очень аккуратно, обдуманно, осмотрительно, без спешки, но будем внедрять. У нас заявлено, что до 2008 года некоторые элементы Базеля II мы начнем использовать. Особенно хочу обратить ваше внимание еще раз на компоненты 2 и 3, связанные с надзором за соблюдением достаточности капитала и за рыночной дисциплиной, связанной с раскрытием информации каждым банком о достаточности капитала. <…>

Хотел бы остановиться немножко подробнее на той работе, которую ЦБ проводит в области противодействия легализации преступных доходов и финансированию терроризма. Есть закон № 115-ФЗ, вы все о нем знаете, и его формальное соблюдение ставится нами в один из главных приоритетов. Но я еще раз хочу отметить, что нашей задачей является не просто требование формального соблюдения закона, а более масштабная, глобальная задача — выдавливание из банковской системы разного рода продуктов, способствующих совершению мошеннических действий, налоговых преступлений и преступлений, собственно, покрываемых законом № 115-ФЗ.

Сейчас эта работа поставлена у нас и в правоохранительных органах на конвейер, и она идет очень активно, расширяется. Конечно, мы в ЦБ не можем исправить все недостатки человеческой натуры или бороться собственно с корнями этих преступлений. Но в наших силах выдавить это нелицеприятное явление из банковского сектора. Я об этом говорил и повторяю — мы видим в этом одну из первых наших задач.

Вот мы закрываем один маленький банк, который занимался всякими такими схемами, связанными с помощью налоговым преступлениям, а его команда снимается и идет в другой маленький банк, перекупает его, и там продолжается то же самое. Мы его закрываем, а они идут в третий банк. Такие случаи наблюдаются, и ничего этим людям не страшно. Конечно, не наша задача заниматься их уголовным преследованием, для этого есть право-охранительные органы, они до них доберутся рано или поздно. Но я думаю, что для людей, чьи фамилии, чьи подписи стоят под документами, связанными с налоговыми преступлениями или с помощью налоговым преступлениям, — для этих людей должен вводиться запрет на профессию. Таким людям не место в банковской сфере не только в должности председателей и других согласуемых лиц, но и вообще не место. Раз участвовал в отмывании — все, запрет на профессию, можно даже пожизненно. В банке работать не можешь, иди в другой бизнес, там свои таланты предъявляй и работай. В банковском бизнесе таким людям не место, они позорят банковскую систему.

Во многих отчетах международных рейтинговых агентств указывается, что наша банковская система еще слаба и в ней велика доля такого рода сомнительных операций. Это мешает нашей банковской системе занять в глазах международной общественности достойное место и заодно снизить стоимость фондирования наших банков. Поэтому мы считаем, что наша борьба с нелицеприятными явлениями в банковской сфере помогает добросовестным банкам сделать свой бизнес лучше. Соответственно, я считаю, нужно ставить вопрос о персональной ответственности и, может быть, даже запрете на профессию, пусть даже это звучит немного резко…