Банковское обозрение

Финансовая сфера


  • Один закон, один надзор или шум ради шума?
18.09.2020 Аналитика
Один закон, один надзор или шум ради шума?

Осенние холода и начало школьных занятий заставили многих вернуться в города. И мы сразу же услышали множество предупреждений и рассуждений про риски наступления второй волны пандемии и что надо делать, если она придет, или что надо делать, чтобы она не пришла. Но нас с вами в связи с пандемией может интересовать только одно — как влияют пандемии такого рода на развитие или, наоборот, исчезновение логики в действиях, которые рано или поздно, но обязательно затронут всех нас. Эльман Мехтиев делится своим мнением в еженедельном обзоре


И потому сегодня мы расскажем вам:

  • говоря на языке депутатов, о том, какие законопроекты могут ждать государственные банки;
  • говоря на языке защитников прав потребителей финансовых услуг — о списке пожеланий того, что мы считаем надо сделать для реальной защиты прав потребителей финансовых услуг;
  • говоря на языке макроэкономистов — об отсутствии «волатильности» персонального кредитного рейтинга и «фундаментальных причинах» этой самой не-волатильности.

«Шумим братцы, шумим!»

Все мы прекрасно помним сколько перепечаток и обсуждений вызвала в профессиональном сообществе и в публичном пространстве встреча президента России Владимира Путина и Главного судебного пристава, руководителя Федеральной службы судебных приставов Дмитрия Аристова.

Появились заявления о новых законодательных инициативах парламентариев — даешь уголовную ответственность за незаконную коллекторскую деятельность (правда, текста проекта в публичном пространстве нет, как говорят теперь от слова «совсем»)!

Вспомнили и про некоторые «старые» инициативы — даешь запрет изымать животных (правда, хоть с трудом, но вспомнили, что изымать хоть что-то имеют право только сами же приставы и только если есть решение суда в пользу истца).

Но и многим не очень-то известным лицам также оказывается нельзя пройти мимо темы, на которой так легко сделать себе «читаемость». И не важно, что они «не в теме» или совсем «не в тему».

1 сентября 2020 года на сайте KM.ru опубликована заметка «Они ничем не отличаются от бандитов»: когда запретят коллекторов в России». 

Увы, но текст стоит того, чтобы его просто цитировать. Идем прямо по тексту:

«Депутат Госдумы Василий Власов считает эти меры (речь шла про уголовную ответственность за незаконные коллекторские действия) недостаточными и ратует за полный запрет института коллекторов. «Не дело, когда долги выкупаются другими людьми и потом эти люди начинают действовать в качестве коллекторских агентств или просто выбивают деньги из граждан подобно браткам из 1990-х, — говорит он...». 

Заметим, что про 90-е рассуждает депутат, родившийся в 1995 году и ставший депутатом Госдумы по партийным спискам в 21 год. 

Но не будем удивляться казусам выборов по спискам, удивимся всего лишь тому насколько избирательна память в таком молодом возрасте. 

Про то, что было в 90-е, человек родившийся в 95-м году помнит, а про то, что вся фракция ЛДПР в едином порыве в 2016 году проголосовала за принятие закона «о коллекторах» он уже не помнит. Или ему про это просто не сказали? Кстати, такой же избирательной памятью отличаются и ратующие за подобный запрет депутаты «Справедливой России».

Продолжим цитировать: «Если кредит выдал банк, он и должен заниматься взысканием долга. Естественно, законными способами: от удержаний из заработной платы до рефинансирования».

Оказывается, рефинансирование — это взыскание долга! 

С нетерпением ждем, когда же г-н Власов внесет законопроект о том, что «рефинансирование — это способ взыскания долгов» и должно тогда подчиняться всем тем требованиям, которые изложены в профильном законе. 

Ведь, как сказал депутат, «что в законе прописано, то и должны делать. Это юридические вещи и заниматься ими должны юристы».

Про то, чем должны или не должны заниматься юристы — без комментариев.

Но продолжим цитировать и заметку, и г-на Власова:

«Коллекторов при МФО (равно, как и сами МФО) Власов тоже предлагает упразднить, потому что такие конторы «микрозаймов» фактически паразитируют на горе простых людей». 

Простите, то есть депутат считает, что на горе непростых людей паразитировать можно? Ну это так — заметки на полях...

«Небольшие суммы взаймы на небольшой срок должны выдавать крупные банки вроде Сбербанка или ВТБ, — считает депутат. — Но они таких услуг, к сожалению, не предоставляют».

Ждем от г-на Власова законопроекта об обязанности всех банков, ну или хотя бы государственных, выдавать «небольшие суммы взаймы на небольшой срок». И лучше сразу с указанием суммы, процентной ставки и срока. А то ведь скажут, что в законе не прописано, а потому и не должно делать.

Забыл спросить: так может лучше г-ну Власову сразу вписать в государственные расходы выдачу небольших сумм всем, и не взаймы, а даром, и не на небольшой срок, а навсегда?

Ну что тут сказать? В очередной раз списать все на «Шумим братцы, шумим!»?

Пора идти дальше и не только выделить в нашем блоге отдельную рубрику «Шумим братцы, шумим!», но и устроить конкурс на звание самого шумного выступления не по теме и не в тему.

Ваш список пожеланий — наше приглашение к дискуссии

Чуть ранее того срока, обзору которого посвящен наш выпуск, было опубликовано большое интервью председателя правления Международной конфедерации обществ потребителей Дмитрия Янина. 

Оставим на совести автора заметки, редакции и героя заметки заголовок гласящий, что «В отношении микрофинансовых организаций Банк России слеп на оба глаза». 

Правда, рынок как-то этого не замечает.

Не будем удивляться и некоторым пассажам этого интервью.

Точка зрения, последовательно озвучиваемая г-ном Янином, имеет место быть и хорошо, что она есть и обеспечивает разнообразие мнений.

Мое внимание зацепил вопрос: «Какие лучшие мировые практики защиты потребителей финансовых услуг должны, на ваш взгляд, появиться в России?».

Позвольте процитировать хоть и с купюрами и ответ:

«Вот каким был бы мой wishlist. Первое — запрет ростовщичества и ограничение максимальной ставки по кредиту планкой 36% годовых. 

Второе — запрет на навязанные заемщикам страховки. Все риски банки должны страховать сами, а не продавать заемщику параллельно с кредитом. Такой запрет — это лучшая мировая практика...

Третье — дешевое банкротство. Нет ни одной страны, где бы стоимость банкротства составляла несколько средних зарплат. Банкротство должно быть доступным – как красная кнопка, как стоп-кран. «Плохо учили в школе», «не рассказали про расчет долговой нагрузки и финансовую подушку безопасности», «работодатель оказался не столь успешен в бизнесе и человек потерял работу», «банк выдал кредит, закрыв глаза на финансовую несостоятельность заемщика», «коллекторы вместо использования законных процедур стали угрожать» — во всех этих случаях должен быть стоп-кран, дешевое банкротство. Тогда, по всей этой цепочке, участники рынка начнут меняться в лучшую для потребителя сторону».

Мы с г-ном Яниным много и, надеюсь, полезно для нас обоих спорим, в том числе и публично. По каждому из этих пунктов у нас/у меня есть что сказать и «за», и «против».

И если кто-то заговорил про «wishlist» того, что надо сделать для реальной и эффективной защиты прав получателей финансовых услуг, позвольте и мне его сформулировать исходя из собственного понимания лучших мировых практик:

Первое — уже давно пора признать, что закон «О защите прав потребителей» — это всего лишь общий (!) закон, который не учитывает многие нюансы того, что такое финансовые услуги и необходимо принять специальный (!) закон о защите прав потребителей финансовых услуг. 

Лучшая практика такого специального регулирования именно этой сферы — знаменитый закон, полное название которого — Dodd-Frank Wall street reform & Consumer Protection Act.

Второе — уже давно пора признать, что нужно не только «единое окно» для всех обращений и жалоб по всем финансовым продуктам и услугам, но и необходимо создать единый (!) орган надзора за поведением организаций, предоставляющих финансовые услуги или услуги, связанные с ними. 

Объяснить потребителю, что с обращением о недостоверной рекламе кредита или займа надо обращаться в один орган, по нарушению прав при получении этого же кредита или займа — в два других органа, а в случае нарушения прав при действиях по возврату просроченной задолженности по кредиту или займу — в четвертый орган, конечно же можно, но нужно ли?

Третье — уже давно пора признать, что большая часть обращений в надзорные органы за исключением, конечно, ОСАГО, требуют либо консультаций и разъяснения действующего законодательства, либо могут быть решены в пользу потребителя в оперативном режиме самой организацией без открытия административного делопроизводства (!). 

Нас радует, что Банк России рассматривает возможность направления всех первичных обращений в организации, на которые «жалуются» с установлением четких сроков для направления ими ответа потребителю и копии в ЦБ РФ. Но без публичной базы данных, в которой не только и не сколько самому обратившемуся можно будет увидеть как быстро отвечает организация и насколько удовлетворены потребители ее действиями (конечно же, без раскрытия персональных данных потребителя, но с указанием данных организации) эти самые финансовые институты могут оказаться совсем не заинтересованными в улучшении своей работы с клиентами. Вы спросите меня, где так уже сделано? 

Смотрите базу в 1 миллион с лишним записей по ссылке

Да, там все обращения вне зависимости от размера организации. 

Но там и срок, когда ответили, и вернулся ли с повторным обращением, то есть остался ли неудовлетворенным ответом и действиями юридического лица потребитель.

Четвертое — уже давно пора признать, что так называемый 50% штраф в пользу общественных организаций в случае отказа поставщика услуг выполнить обоснованное требование покупателя превратился в основной источник доходов для многочисленных псевдо-защитников прав потребителей, которым не нужна реальная правовая и финансовая грамотность самих потребителей. И если нарушения используют финансовую грамотность наших граждан, почему бы не направлять эти самые 50% или даже бОльшие штрафы в целевой фонд развития финансовой грамотности, а не очередному громогласному обществу защитников прав потребителей? 

Ведь если мы, финансисты, зарабатываем на использовании финансовой неграмотности, то и штрафы должны бы идти на ликвидацию этой самой финансовой неграмотности?

Пятое — уже давно пора признать, что те, кто хотят обратиться в надзорный орган, ради этого сумеют воспользоваться интернетом и в подавляющем большинстве своём уже давно зарегистрированы на Едином Портале государственных услуг. Так что же мешает нам всем как физическим лицам использовать этот портал для подачи обращений и совершения иных действий во взаимоотношениях с юридическими лицами? Ипотечные каникулы, кредитные каникулы, исполнительские каникулы, запрос кредитной истории, отказ от взаимодействия с кредитором, упрощенное банкротство. Только две из шести сразу названных опций пока реализованы. Напомню, по данным Минцифры на ЕПГУ есть уже 70 с лишним миллионов граждан нашей страны, да и когда государство решило выделить по 10 тысяч рублей на ребенка и заявление можно подать через этот самый портал оказалось, что почти все там зарегистрированы. Так же и с тем упрощенным банкротством, на которое с 1 сентября можно подать через МФЦ. А почему бы не через ЕПГУ, а заодно и сэкономить те сотни миллионов рублей, которые пойдут из бюджета на это «бесплатное» банкротство?

Можно и дальше продолжить, но на сегодня хватит.

Считайте это приглашением к дискуссии о совместных действиях тех защитников прав потребителей и той части бизнеса, которые заинтересованы в реальной защите прав потребителей и развитии бизнеса, считающего такую защиту частью честного и ответственного бизнеса.

Персональный кредитный рейтинг — что пошло не так?

И уж коль мы заговорили про то, что надо сделать для развития реальной защиты прав потребителей финансовых услуг, пора вспомнить и про финансовую грамотность.

В последнее время мы все больше и больше видим и слышим про успехи нашей страны и её граждан на ниве олимпиад по финансовой грамотности, чтения различного рода курсов финансовой грамотности, выпуска учебников по той же финансовой грамотности. 

Но только все больше и больше мы сталкиваемся и с тем:

  • что лишь в период кризиса наши граждане задумываются о том, что «финансовая подушка» у них в среднем есть только на 61 день;
  • что именно в период кризиса наши граждане резко увеличивают поиск кредитов и займов и берут их по причине «а вдруг потеряю работу?»;
  • что даже наличие в срочном порядке принятого специального закона о «кредитных каникулах» не может помочь всем, кто нуждается в таких мерах поддержки, и потому что в законе речь идет об уменьшении только подтвержденных доходов, и потому что многие банки в процессе переговоров при получении заявок на такие каникулы предлагали собственные программы реструктуризации даже тем, кому были доступны именно «каникулы».

Все эти факты говорят об одном и том же — теоретическая финансовая грамотность без формирования ответственности за собственные решения хотя бы в финансовой сфере, так и останутся благими пожеланиями и оправдывающими их рассуждениями от очередных защитников прав потребителей о том, что Центральный банк чего-то где-то проспал. 

И как же быть тогда?

Мой личный ответ прост: внедрять и развивать те инструменты управления своим финансовым поведением, которые показывают пользователю результат его собственных действий и решений.

В одном из наших ранних выпусков мы уже рассказывали про Персональный Кредитный Рейтинг от Национального бюро кредитных историй.

А недавно НБКИ вышел с обзором изменения уровней этого самого рейтинга. 

Увы и ах, но все эти статистически незначительные изменения говорят только об одном — «банки достаточно давно снизили аппетит к риску, стараясь больше кредитовать заемщиков с высокими значениями ПКР».

То есть ПКР вырос не у клиентов, а просто банки и МФО, как это всегда происходит в кризисные времена, стали кредитовать заемщиков с лучшей чем ранее кредитной историей.

Вопрос: почему же сами физические лица не стремятся улучшить свой рейтинг?

А им его кто-то регулярно и бесплатно сообщает?

Им кто-то подсказывает, как его улучшить?

Им кто-то «платит» за более высокий ПКР более низкой процентной ставкой не только в момент выдачи кредита или займа, но и в течение жизни этого самого кредита?

И кстати, вопрос или предложение к НБКИ: а нет ли у вас случаем готовой аналитики о том, как меняется ПКР клиента в течение срока его «кредитной» жизни?

Верю, что рано или поздно не только финансисты за рубежом, но и у нас дома поймут, что в долгосрочном плане качественный клиент принесет больше дохода, чем рИсковый в текущем моменте. И сами же финансисты сделают все, чтобы ПКР был не только прекрасной опцией от НБКИ, но и работающим и для потребителей. И для них самих инструментом и в их мобильных приложениях и в их маркетинговых стратегиях.

Как говорится: «поживем — увидим»!


P.S. Совместный проект «Ищем логику с Эльманом Мехтиевым» портала Finversia.ru и журнала «Банковское обозрение».