Банковское обозрение

Сфера финансовых интересов

02.11.2017 Интервью
Веришь мне или нет

Исполнительный вице-президент АРБ Эльман Мехтиев обсудил с генеральным директором iDSystems Андреем Федорцом вопросы удаленной идентификации граждан



Эльман Мехтиев: Андрей, спасибо, что нашли возможность встретиться. Мы с вами на прошлой неделе были в Сочи, на Finopolis. В прошлом году главной темой была идентификация. Что бы вы назвали главной темой этого года?

Андрей Федорец: В этом году Finopolis получился не хуже, чем в прошлом. Хорошо, что присутствовало много представителей разных подразделений Центрального банка, с которыми можно было пообщаться. Немало внимания было уделено финтеху в области идентификации и ее полной версии — биометрической идентификации. Вторая волнующая всех тема — это использование чейновых технологий в России. Инкарнация этой технологии в виде Ассоциации Финансовых Технологий («ФинТех»), с использованием ончейнов и офчейнов данных, это интересно. За пределами Форума почему-то остались платежные сервисы. Хотя я считаю, что скоро весь платежный ландшафт в России существенно изменится в сторону оплаты электронных счетов, и драйвером тут будет внедрение ГИС ЖКХ. Подобные тенденции нельзя оставлять за пределами таких форумов.

Эльман Мехтиев: С лета пошел мощный вал выступлений по поводу цифровой экономики. На ваш взгляд, было на Форуме что-то сказано на эту тему с точки зрения регулирования?

 

Эльман Мехтиев, АРБ и Андрей Федорец, iDSystems

 

Андрей Федорец: Сейчас много говорят о цифровой экономике. Но само определение цифровой экономики либо сильно размыто, либо еще не сформировано. Сложно регулировать то, чему еще нет определения.

Возвращаясь к Finopolis, можно отметить важную вещь — на сессии, посвященной открытым финансовым интерфейсам, присутствовали и Эльвира Сахипзадовна, и Ольга Скоробогатова, и они очень внимательно слушали как зарубежных коллег, так и наших экспертов. Приятно наблюдать, что руководство ЦБ не просто модерирует пленарные сессии, но и внимательно выслушивает мнения.

Эльман Мехтиев: Вы с 2011 года занимаетесь вопросами идентификации. Сейчас наконец стали говорить о том, что цифровая экономика должна строиться на доверии. Что нужно сначала сделать? Дать определение или все-таки попытаться построить периметр доверия?

Андрей Федорец: Конечно же без построения инфраструктуры доверия невозможна реализация финансовых взаимодействий в широком плане. За эти шесть лет были сделаны очень большие шаги. Как мы помним, в 2011 году в ЕСИА на базе проекта по УЭК было зарегистрировано 600 тыс. человек. Сейчас учетные записи на портале госуслуг имеют около 55 млн человек. Подтвержденных — 37 млн. Поэтому, если мы построим пространство доверия, завязанное на хорошо идентифицированных пользователей, которые будут доверять финансовым институтам, мы построим цифровую экономику. Задача, которая решается в пилотном проекте по предоставлению финансовых услуг физическим лицам, зарегистрированным на портале госуслуг, — это как раз начало построения среды доверия между гражданами и финансовыми институтами. И главное, чтобы с обратной стороны — со стороны банков — тоже было доверие. То есть банк должен доверять порталу госуслуг как корневому центру доверия.

Эльман Мехтиев: Рост с 600 тыс. до 37 млн.— это серьезный показатель. Но должен быть еще и какой-то драйвер. Что, на ваш взгляд, может им стать?

Андрей Федорец: Простота получения услуг. Сейчас достаточно модная тема — построение маркетплейсов. Когда в рамках «единого окна» у физического или юридического лица есть доступ ко всему, что ему нужно сегодня. Я тоже предприниматель. Я хожу с набором УКЭПов (усиленная квалифицированная электронная подпись. — Ред.) из пяти штук. Поэтому, если мне будет удобно в рамках какого-то единого решения работать с Пенсионным фондом, налоговой, банком и т.д., — это хорошо. Некоторые банки это делают. Если это будет доступно и «физикам», то за этим пойдут. Главное сделать так, чтобы это было не в одном банке, чтобы это могли делать разные банки.

Эльман Мехтиев: Как это сделать не только в одном банке?

Андрей Федорец: Мы как раз предлагаем банкам решения, которые заворачивают взаимодействия с внешним миром в API, что позволяет реализовать в любом банке за не очень большие инвестиции тат же набор сервисов, который делают сейчас только три-четыре банка. Мы предлагаем банкам единожды развернуть систему взаимодействия с госорганами, систему дистанционного банкинга, систему взаимодействия с клиентами в виде чатов, платежный сервис — и все это с набором внешних API, позволяющих использовать эти продукты в офисе, в традиционных системах ДБО, в мобильных решениях, на порталах. Осталось реализовать стандартное финансовое API, и у клиентов будет единый стиль (не решение, а стиль) взаимодействия с внешним миром — бухгалтерия, юристы, платежи в банке, банковские гарантии, валютный контроль, взаимодействие с контрагентами.

Эльман Мехтиев: Как же сделать такой стандартный финансовый интерфейс?

Андрей Федорец: Банки должны договориться друг с другом с помощью ассоциаций.

Эльман Мехтиев: Насколько вырастет рынок услуг, который использует удаленную идентификацию, если появятся подобные стандарты?

Андрей Федорец: Тут, к сожалению, надо вспомнить о конфликте интересов, потому что каждое ведомство старается, чтобы были использованы его ресурсы для взаимодействия. Это сломать очень сложно.

Эльман Мехтиев: Даже если банки между собой договорятся?

Андрей Федорец: Даже если банки договорятся, это ничего не изменит. Очень сложно сломать. Здесь нам поможет то, с чего мы начали, — цифровая экономика. Если ее концепт будет опускаться на уровень ведомств с их нормальным взаимодействием через комитет IT при правительстве, то это еще заведется как-то. Сейчас, как ни странно, самый открытый из государственных органов — это Пенсионный фонд, который начал предоставлять сервисы для взаимодействия с «физиками» через кредитные организации. Налоговая категорически плохо смотрит на это, Федеральная служба судебных приставов России — тоже. Росреестр вообще говорит, что у него есть API для сервисов и он готов обеспечивать гражданам регистрацию сделок онлайн. Но он не доверяет усиленным квалифицированным электронным подписям (УКЭП), выданным разными удостоверяющими центрами. Когда мы возражаем, что эти удостоверяющие центры аккредитованы при Минсвязи, нам говорят: «Мы не знаем, кто их аккредитовал». На самом деле, УКЭП до недавнего времени можно было получить по доверенности на физическое лицо. Сейчас для того, чтобы выдать усиленную квалифицированную электронную подпись, действительно, надо прийти в аккредитованный центр. Но не все аккредитованные центры достаточно тщательно проверяют «физика». Действительность паспорта могут проверить, могут не проверить. У них нет доступа к сервисам МВД по проверке паспортов. Если сделать выдачу УКЭП на стороне, например, банков, что сейчас уже пытаются реализовать, наверное, будет лучше, потому что все-таки банкиры тщательнее подходят к идентификации граждан. Всплывает множество моментов, которые нам не позволяют глобально прийти к цифровой экономике, которую хотелось бы видеть.

Эльман Мехтиев: Вы затронули тему усиленной квалифицированной электронной подписи. По итогам проверки Счетной палаты были вынесены рекомендации-предупреждения, и Пенсионный фонд прекратил прием любых заявлений, подписанных в электронном виде. Потому что они не могут отделить так называемую облачную подпись от реальной подписи, сделанной по всем правилам. Может быть, нам внутри сообщества надо остановить некоторые вещи, чтобы восстановить доверие хотя бы к некоторой части подписей?

Андрей Федорец: Я думаю, это и так будет реализовано в рамках взаимодействия через ЕСИА. Потому что при регистрации в ЕСИА мы понимаем, где была создана учетная запись и кем она была подтверждена. Например, сейчас же нельзя зайти в личный кабинет налоговой службы с учетной записи портала госуслуг, если она была получена до 2012 года. Надо заново подтверждать учетную запись. Скорее всего, надо будет после прохождения начальных этапов по регистрации «физиков» проводить либо перерегистрацию, либо повторное подтверждение. Либо в случае биометрической регистрации после проведения полной идентификации заводить какой-то подтверждающий ключ. То есть это длинная дорога, и мы находимся в самом начале пути.

Эльман Мехтиев: Сколько лет, на ваш взгляд, нужно, чтобы эту дорогу пройти?

Андрей Федорец: По оптимистическим оценкам, лет пять.

Эльман Мехтиев: Существуют задачи, где не нужна биометрия. Вы сами говорили, что есть подтвержденные записи без прикрепленной биометрии, поскольку Закон еще не принят. На ваш взгляд, будут ли новые технологии, внутри ЕСИА или вне, которые могут быть использованы для идентификации, или мы упремся в то, что самой полной и единственной будет ЕСИА плюс биометрия?

Андрей Федорец: Лучше бы на этом остановиться. Иначе у нас опять начнется конкуренция между различными технологиями идентификации, представленная разными ведомствами.

Эльман Мехтиев: Они могут быть и негосударственными. Я подписался на газету. Разве им нужна биометрия, чтобы мне получать подписку в электронном виде?

Андрей Федорец: Тогда мы вернемся к тому, что у нас будут учетные записи и единой биометрической системы, и газеты «Известия», и газеты «Красная звезда».

Эльман Мехтиев: Пусть у всех будут свои системы и учетные записи, но рано или поздно вы придете к ним и скажете: «Зачем вам три системы? Давайте я вам одну поставлю, это будет дешевле».

Андрей Федорец: Мы о том и говорим: раз начали разворачивать государственную инфраструктуру в пространстве доверия, так давайте сделаем ее нормальной. Сейчас остается успешно завершить «пилот» по предоставлению финансовых услуг в случае их подтвержденной учетной записи на портале, а если будет полная идентификация, так вообще хорошо. Тогда и газете «Известия» надо будет пользоваться этим средством.

Эльман Мехтиев: Это же дорого. Зачем это газете?

Андрей Федорец: Если им потребуется собственная система идентификации, она тоже денег стоит. Кстати, только сегодня я читал, что в очередной раз принято, чтобы государственные данные предоставлялись на безвозмездной основе.

Эльман Мехтиев: Вы очень важный момент затронули. Я его коснулся как раз на Finopolis на сессии по API и не получил ответа. Все идеологи API говорят о PSD-2 и исходят из того, что, если собственником данных является физлицо, то не суть важно, где они хранятся. В логике Закона о кредитных историях данные могут храниться в iCloud, Dropbox — где угодно. Но собственником данных являюсь я, несмотря на то что они хранятся у БКИ. Ведь БКИ без моего согласия не может предоставить кому-либо мою кредитную историю, хотя саму историю как документ они собрали по кусочкам из различных источников. Я задал вопрос: «Если я собственник и вы используете мои данные, то готовы ли вы мне платить?» Только Борис Дьяконов ответил, что будем платить другими сервисами. Но потребитель скажет: «Я не хочу другие сервисы, я хочу деньги». Это к тому же самому. Когда вы говорите о государственных данных, у меня первый вопрос возникает: а почему они государственные?

Андрей Федорец: Это надо рассматривать с другой стороны. Мы, как граждане, поручаем государству построить систему, в которой будут гарантированно безопасно храниться сведения о нас.

Эльман Мехтиев: А почему не может таким же доверием пользоваться ваша коммерческая система? Вы себе не верите?

Андрей Федорец: Мы себе верим. Этот вопрос будут себе задавать множество вендоров и говорить на рынке, что их система — самая доверенная.

Эльман Мехтиев: Наверное, доверяют или нет, видно по количеству людей, которые подписались на сервис.

Андрей Федорец: Все верно. Но можно построить хорошую систему в рамках большого города. У нас есть портал госуслуг города Москвы, который до некоторого времени не был связан с ЕСИА по идентификации. А в какой-нибудь деревне в Костромской области нет этого. Местному муниципалитету очень дорого будет строить собственную систему или покупать лучшую систему. Тогда стоит исходить как раз из соображения, что муниципалитет такого-то города поручает государству на наши налоги построить всю инфраструктуру.

Эльман Мехтиев: Вы правы. Я не говорю, что не нужна государственная система, я говорю о том, что и вы как частная инициатива можете быть успешны.

 

Эльман Мехтиев, АРБ и Андрей Федорец, iDSystems

 

Андрей Федорец: Сейчас так и происходит. То есть мы в том числе поставляем в банки системы, позволяющие реализовывать внутрибанковскую систему идентификации.

Тут вопрос в следующем. Это все продолжение истории с электронным документооборотом. Мы этим вопросом занимались с 2005 года. Можно построить хорошую систему электронного документооборота между клиентами одного банка, потому что есть один центр доверия, а построить систему доверия между клиентами разных банков можно только в том случае, если есть некий центральный узел. Это возможно для банков одной группы или банков, объединенных одной технологией. Но объединить банк с государственным участием и условный Иркутский муниципальный банк одним удостоверяющим центром очень сложно. Хотя, казалось бы, есть сеть аккредитованных удостоверяющих центров, и достаточно построить несложные доверительные отношения, чтобы можно было это сделать. Такого не случилось с электронным документооборотом. Такого не случится при построении разных идентификационных систем в разных коммерческих структурах. Поэтому лучше все-таки попробовать строить государственную систему.

Эльман Мехтиев: Вы затронули централизованную систему. Каково ваше отношение к децентрализованной системе реестров? Видите ли вы для себя риски или, наоборот, возможности?

Андрей Федорец: Блокчейн — технология крайне тяжелая с точки зрения потери вычислительных ресурсов. Мне кажется, она должна быть доработана каким-то образом на базе существующей. Как идея — она отличная.

Эльман Мехтиев: Как конкурента вы их не видите в ближайшие несколько лет?

Андрей Федорец: Я всеми силами стремлюсь, чтобы это было реализовано. Потому что это очень интересная штука. Построение успешного коммерческого проекта в рамках закрытой группы участников возможно на базе распределенных реестров. Но, опять же, это не покроет нужд всех. Лучше обеспечить отказ от тирании. Потому что, когда государством назначается такой-то агент и через него идет взаимодействие, это вызывает у участников рынка определенный скепсис. А тут все будут одинаково доверять или одинаково не доверять и будут строить взаимоотношения между участниками рынка уже на базе этого доверия или недоверия. Поэтому технология отличная.

Эльман Мехтиев: На Западе, обсуждая хранение данных медосмотров, в разнообразных медицинских учреждениях пришли к тому, что медицина будет первой областью, которая выиграет на технологии распределенных реестров. Но это у них, где так или иначе данные ходят между больницами. На ваш взгляд, это для вас рынок, или это пока не та область, куда вам стоит смотреть?

Андрей Федорец: Наша материнская компания делает для Минздрава некоторые системы автоматизации. Тема очень интересная, и там поле не пахано. Но чейновая технология здесь не заведется, мне кажется.

Эльман Мехтиев: Последний вопрос. «Пилот» по Пенсионному фонду, насколько я понимаю, почти закончился. Мы слышали о том, что в ближайшее время вы массово начнете подключать банки.

Андрей Федорец: Уже подключаем.

Эльман Мехтиев: Как быстро сможете подключить банки? Потому что нам в Ассоциацию российских банков поступают жалобы.

Андрей Федорец: Они наверняка работают не с нами. Мы единственная компания, которая занимается только госсервисами. Все остальные вендоры делают это «в числе прочего», и из-за этого, видимо, возникают такие проблемы. А мы работаем таким образом: сначала участвуем в зарождении «пилота», в пилотировании и в переходе в «продуктив». Первая реализация этой задачи с нашим первым банком от начала и до конца заняла у нас месяцев девять.

Эльман Мехтиев: А сейчас сколько будет занимать?

Андрей Федорец: Сейчас это три-четыре недели максимум. Сейчас около 30 банков уже в «продуктиве».

Эльман Мехтиев: Подведем итог — идентификация нужна разная. Вы абсолютно правы, что надо стремиться к полной. Но я все-таки не соглашусь, что нужно оставлять и другие коммерческие варианты.

Андрей Федорец: Коммерческие, вне всякого сомнения, нужны. Но это все равно будет узкоспециализированным. Для той же, например, медицины, кстати. Вполне вероятно, что их надо будет разделять. Думаю, что лет через пять стоит посмотреть, что из всего этого получилось…

Эльман Мехтиев: Давайте договоримся не через пять лет, а через половину срока еще раз поговорить и посмотреть, где мы находимся.

Андрей Федорец: Договорились.

Эльман Мехтиев: Спасибо большое.

Беседа состоялась 9 октября 2017 года в BBCafe



Сейчас на главной