Финансовая сфера

Банковское обозрение


  • «Второй ключ» в банках, новая нефть в данных
17.03.2020 Аналитика
«Второй ключ» в банках, новая нефть в данных

Неделя с 9 по 15 марта каждый день приносила нам новости про рост числа заболевших новой атипичной пневмонией во всем мире и про прямо противоположную ей по направленности кривую падения основных экономических индексов. Самое время сказать, что иногда хочется поменьше новостей… Эльман Мехтиев делится своим частным мнением о происходящем


Но мы продолжим свой обзор событий и фактов, логика развития которых или сущность представляется нам несколько иной, чем может показаться из их явления или представления.

Исследование Тинькофф: как происходит мошенничество в российской банковской сфере

10 марта банком Тинькофф опубликованы результаты масштабного исследования мошенничества в российской банковской сфере.

Напомню, что по оценкам Центробанка объём потерь физических лиц от потерь в результате мошенничества составил в 2019 году 6,5 миллиардов рублей. В 69% случаев — речь идет именно про использование методов социальной инженерии. Также Банк России сообщил, что только в 15% случаев банки возместили потери клиентов…

Сразу же уточним — исследование банка Тинькофф, действительно, интересное и я бы рекомендовал каждому внимательно его прочитать. В том числе и потому, что некоторые основные выводы расходятся с теми представлениями, которые иначе как мифами и не назовешь.

Вот эти несколько пунктов, которые привлекли мое внимание:

1. Женщины становятся жертвами мошенников реже, чем мужчины (43% против 57%);
2. Клиенты с высшим образованием становятся жертвами мошенников также часто, как и клиенты с начальным и средним образованием;
3. Люди, состоящие в браке, попадаются на уловки мошенников почти вдвое реже, чем неженатые.

Для удобства изложения я немного поменял порядок тех наблюдений и выводов уважаемого банка, которые отметил.

Мой вывод из выводов банка Тинькофф таков — мошенничество успешно вне зависимости от образования, но «спотыкается» при наличии недоверия или дополнительного контроля. Мы понимаем, что отсутствие доверия и дополнительный контроль взаимосвязаны. И тогда возникает вопрос к банковскому сообществу – если мы понимаем, что по определённым операциям и/или при определённых ситуациях владельцу счета надо бы «включить» дополнительный контроль, готовы ли мы дать ему «второй ключ» к операциям по счёту? Если технологии машинного обучения столь успешны, что помогают определять нестандартные операции клиента на лету, почему бы нам не дать клиенту заранее опцию «спросить у доверенного лица подтверждение на такие операции»? Допустим, что ваш родственник старше 70 лет назначает вас «вторым ключом» к его неожиданным и нестандартным покупкам и переводам. У вас нет и не будет права использовать его средства без его разрешения, но в некоторых ситуациях банк по его предварительно данному указанию придержит транзакцию до получения вашего согласия.

Да, вас могут побеспокоить звонком из банка, но зато потом вас не будет волновать проблема поиска пропавших денег этого родственника…

Сложно?

Вчера – Да.

Сегодня – наверно, надо подумать, как это реализовать…

Завтра – это может стать стандартом рынка и тот, кто первый сделает это, может получить, как теперь говорят, 100500 пунктов в свою карму и заодно рыночную долю.

Помня, что бесплатным сыр бывает только в мышеловке, я готов платить за такой сервис.

Вопрос к аудитории — а вы готовы платить за спокойствие своё и ваших доверителей?

Банковская тайна — новая нефть?

Коль скоро мы коснулись темы банковской тайны и готовности доверить некоторую часть её тем, кому мы доверяем, то продолжим разговор про эту самую банковскую тайну.

В течение прошлого года неоднократно поднимались вопросы в связи с законопроектом № 307663—7, предполагающим обязательность публикации в федеральном Реестре сведений о банкротстве данных о задолженности физических лиц, переданных в работу коллекторским агентствам по агентской схеме.

Заявленная цель авторов законопроекта (а их аж 49) – клиенты должны знать и иметь возможность проверить, что их задолженность передана в работу третьему лицу.

Достаточно обязать банки и МФО просто информировать своего клиента о передаче в работу или продаже долга третьему лицу сразу же, в том числе и через портал госуслуг

Никаких персональных данных в открытом доступе по тексту законопроекта быть не должно, но, чтобы узнать, где задолженность в работе, достаточно знать ИНН физического лица.

Ну, а чтобы узнать ИНН на сайте ФНС — достаточно знать паспортные данные физического лица.

Копий вокруг принятия законопроекта было сломано много, он был даже возвращен Советом Федерации в Государственную Думу, что бывает за весь год всего 3—4 раза, но в итоге после косметических правок в конце прошлого года он прошел согласительную комиссию и был принят за номером 377—ФЗ.

Вступает он в силу 1 июля этого года…

Ну, а теперь вопросы к логике авторов законопроекта:

1. Почему сведения о физическом лице, которое еще даже не соответствует никаким критериям возможного банкротства, должны храниться в Федеральном реестре сведений о банкротстве? Законодатели предполагают, что каждый человек, у которого есть просроченная задолженность, неминуемо станет банкротом?

2. Если так, то почему передаваться в этот реестр должны сведения только о тех долгах, которые переданы в работу коллекторам на время? Почему не надо передавать сведения о тех долгах физических лиц, которые проданы коллекторским агентствам?

3. Если целью передачи данных о физическом лице в «банкротный» реестр является информирование физического лица, то каким образом это самое лицо может узнать, что его долг передан в работу?

Ура! Хоть на это в законе есть ответ – можно узнать о своем долге, имея усиленную квалифицированную электронную подпись или подтвержденную учетную запись для портала госуслуг!

Подождите, но обязывает ли закон этот самый реестр или его оператора информировать физическое лицо, имеющее ту самую учетную запись на портале госуслуг, о факте передачи его долга кому—либо в работу? Нет! Он сам это должен сделать!

Вопрос — вы верите, что каждый, у кого есть просроченный долг, будет проверять информацию о себе где—то на каком—то ресурсе, о котором он до этого никогда не слышал? И что у него есть та самая супер—флешка с электронной супер—подписью?

Даже не буду спрашивать вас, есть ли у вас вторая опция, предусмотренная законом — та самая подтвержденная учетная запись для входа на портал госуслуг…

Ну хорошо, скажете вы, а почему бы не подправить закон и обязать этот реестр сразу же автоматически информировать физическое лицо о том, что его долг передан в работу?

Но ответьте тогда на вопрос — зачем нужно хранить данные в одном реестре, чтобы информировать через другой портал?

Может, не надо умножать сущности сверх необходимого и достаточно обязать банки и МФО просто информировать своего клиента о передаче в работу или продаже долга третьему лицу сразу же, в том числе и через портал госуслуг?

В чем же тогда логика сбора и хранения данных, которые легко узнать всем вокруг, кроме самого должника, в очередном реестре?

Вспоминается только одно – разговоры про персональные данные как новую нефть…

Мы не знаем, какие новые связи найдутся внутри собранной воедино информации о долгах всех физических лиц, переданных в работу третьим лицам, но это произойдет — любые большие массивы данных становятся источником новых «знаний».

Вопрос, который остается задать себе, готовы ли мы к тому, чтобы данные, являющиеся нашей банковской тайной, стали без нашего согласия для кого—то той самой новой нефтью? Готовы ли мы просто стать той самой новой нефтью? Готовы ли сказать спасибо за это авторам закона?


P.S. Совместный проект «Ищем логику с Эльманом Мехтиевым» портала Finversia.ru и журнала «Банковское обозрение».