Парадоксальный вывод «выдал» в ходе пленарной сессии «Экономика в эпоху глобальных трансформаций» XII Международного банковского форума в Сочи Анатолий Аксаков, председатель комитета по финансовому рынку Госдумы и бессменный модератор ключевой сессии этого мероприятия

Маркетплейсы — головная боль банкиров

Реплика относилась к болезненной для традиционных игроков рынка теме: будущей конфигурации финансовой системы. Глава ВТБ Андрей Костин посетовал: ЦБ почти перестал отзывать лицензии, «банков развелось до черта, регулятору надо с этим поработать», поскольку и «для ЦБ, чем их меньше, тем лучше». Анатолий Аксаков пошутил: «Лучше, чтоб был один». Глава ВТБ Андрей Костин парировал: «Два».

«В цифровой экономике бизнес концентрируется. Лидеры становятся еще крупнее. Если не через пять лет, то через семь-восемь бизнес будет поделен между неотех-гигантами, — с другого конца зашел Владимир Верхошинский, главный управляющий директор Альфа-Банка. — Там будут и финансы, и телеком, и киберком». Среди стран с платформенной экономикой спикер видит еще США, Китай, может быть, Индию. Он не скрывает досады: «За два года, пока [российские законодатели] разобрались и выпустили Закон о платформенной экономике, маркетплейсы стали еще более доминирующими (поскольку под закон о торговле они тоже не попадают) и используют регуляторный арбитраж, чтобы заходить на финансовый рынок». Закончил он просьбой «быстрее адаптировать законодательство, чтобы ограничить регуляторный арбитраж». На это предложение и среагировал Анатолий Аксаков. В пример он привел ныне успешный, а когда-то инновационный Т-Банк. Владимир Верхошинский ответил, что «там как раз конкурировали по правилам, без арбитража».

Владимир Верхошинский (Альфа-Банк). Фото: АБР

Но Эльвира Набиуллина, председатель Банка России, тут же вспомнила: «Тогда наши банки сопротивлялись тому, чтобы были конкуренты без отделений. Сейчас такая же борьба идет с маркетплейсами, нужно найти очень сбалансированное решение. В платформенной экономике, где сетевые гиганты, принцип недискриминации очень важен. Надо, чтобы развивались новые формы, а не пытаться втиснуть их в старые». Она считает, что и в будущем банкам придется оставаться консервативными, никуда не уйдет управление рисками, но это будут очень мобильные, гибкие меняющиеся организации, которым к тому же предстоит конкурировать с рынком капитала, — описала глава ЦБ это «хорошее» будущее.

Фото: АБР

Иван Чебесков, замглавы Минфина, кажется, и вовсе не дорожит привычным распорядком. Институты, которые будут предлагать финуслуги, нам будут нужны, и неважно, будут ли это те же игроки или другие бизнес-модели, сервисы и технологии, части экосистем — в таком ключе высказался он.

Эльвира Набиуллина пообещала при внесении поправок рассмотреть идею Андрея Костина, что надо признать дочерние банки маркетплейсов системно значимыми.

Провал «покушения» на «Базель»

К неожиданно актуальным темам модератор отнес дискуссию о том, нужен ли в России «Базель III». Анатолий Аксаков сообщил, что раньше внедрение нормативов было для ЦБ РФ священной коровой, а теперь на них не ориентируются. «Может быть, отказаться от “Базеля III”, ввести свою нормативную базу и правила, задавать свой тренд?» — «подвесил» он вопрос.

То, что это провокация, стало ясно, когда Андрей Костин инициативу поддержал: «ООН разваливается, не то что “Базель”. Не нужен он, сами будем делать». «ООН — это организация, а “Базель” — это правила», — парировал Анатолий Аксаков.

Андрей Костин обосновал свою позицию тем, что из 28 членов лишь восемь — страны Юга — выполнили эти требования, а основные страны (не говорю уже про США — даже Европа) только в 2033 году начнут действовать. «Умрет своей смертью потихоньку», — предположил банкир. А чтобы доказать «вредность» нормативов, даже процитировал агентство Bloomberg, которому новый директор по рискам Дойчебанка заявил, что внедрение в Европе новых требований к капиталу уже подрывает обороноспособность, поскольку при выдаче долгосрочных кредитов для местного МСБ банки учитывают их. «У них было мало танков, зато банковское регулирование было действительно на уровне», — явно смаковал текст глава ВТБ. И снова его посыл поддержал Владимир Верхошинский.

Но в этом вопросе Эльвира Набиуллина явно непреклонна:

«Законы рисков работают в разных странах. Базельский подход — это ответ на кризисы, стандарты — возник как обобщение опыта. Очень важно учитывать национальную специфику, но надо учиться на чужих ошибках, если мы не хотим совершать свои».

Польза от «Базеля III» — и в доверии. «Наши банки, даже будучи под санкциями, участвуют во взаимодействии с банками других стран, а единые или близкие стандарты гарантируют устойчивость банков-партнеров», — пояснила глава ЦБ.

Кредиты — «в дефиците»

Из дискуссии стало ясно, что условный вымпел «священной коровы» перешел к развитию фондового рынка. Президентом РФ поставлена задача довести капитализацию до 66% ВВП к 2030 году, а у нас показатель, наоборот, уменьшается, бросил перчатку представителю Минфина Анатолий Аксаков. Естественно, участники хвалили ВТБ за привлечение 85 млрд рублей через вторичное публичное размещение акций (SPO).

В «тему» прозвучал и другой вопрос модератора, но уже к ЦБ: поскольку крупные компании менее чувствительны к ключевой ставке и могут занимать на рынке без особых проблем, не приведет ли это к тому, что мелким ничего не останется? Эльвира Набиуллина согласилась, что поле сужается в условиях небезграничных банковских ресурсов. «ЦБ ввел ограничения против чрезмерного накопления долга крупными уже закредитованными компаниями за счет макропруденциальных надбавок. Под них сейчас попадают около 30 групп компаний. Их общий долг без надбавки составляет около 14% корпоративного порфтеля. В первом полугодии 2025 года основной объем прироста действительно пришелся на крупные госкомпании и застройщиков жилья, но в июле-августе ситуация стала выравниваться», — сообщила она.

Среди мер противодействия кредитным перекосам глава регулятора назвала и «контроль за долговой нагрузкой крупных компаний — это прерогатива правительства по крупным госкомпаниям», а также развитие фондового рынка. По ее словам, ЦБ еще в прошлом году направил в правительство предложения — как заинтересовывать компании, включая стимулирование через компенсацию очень ощутимых для субъектов МСБ затрат при выходе на рынок, а не только при выдаче кредита. Но пока не получается убедить отдельные отраслевые министерства в приоритетности мер господдержки для эмитентов, включая налоговые, посетовала глава ЦБ.

Иван Чебесков подтвердил противодействие внутри правительства и выразил надежду, что удастся запустить механизм через долевое финансирование, перетянув часть средств из кредитования.

Поднял он и тему выхода на IPO: сообщил, что соответствующие документы находятся на финальных стадиях согласования.

Анатолий Аксаков предложил обязать госкомпании выходить на рынок административными или даже законодательно закрепленными методами. Оба регулятора с идеей не согласились. Для публичных компаний должна быть рыночная система мотивации, мы к этому продвигаемся, сказал Иван Чебесков. А Эльвира Набиуллина добавила: чтобы не разочаровать инвесторов, IPO госкомпаний должны быть хорошо подготовлены.

Анатолий Аксаков (Госдума). Фото: АБР

Из цифры в real — еще не актуально

Значительная часть дискуссии была посвящена развитию ЦФА, показатель по которым перешагнул в РФ сумму 1 трлн рублей, но ожидания были оптимистичнее. Иван Чебесков заявил, что в Минфине стараются смотреть на рынок ЦФА «в совокупности» и самое время создать стимулирующее регулирование. Там учитывают усиливающуюся конкуренцию в мире, в частности закон в США, «который, по сути, разрешил создавать цифровые деньги, привязанные к доллару», и не хотят ослабить конкурентные преимущества РФ в сфере ЦФА. Сейчас «хорошее время для экспериментов совместно с ЦБ, прорабатываются определенные специальные режимы», нам тоже нужно внимательно посмотреть на стейблкоин, на криптовалюты, сообщил он. Важно не только вывести сферу из серой зоны, но и правильно интегрировать, чтобы все работало вместе: операционные системы, выпускающие ЦФА, цифровой рубль, частные цифровые валюты. «Хотелось бы использовать ресурсы, которые имеют наши граждане в цифровой валюте, для развития экономики, а не только в целях спекуляции», — заявил чиновник.

Эльвира Набиуллина дополнила, что «рынок развивающийся, перечень не исчерпывающий, надо будет постоянно дорабатывать его по мере развития и настраивать регулирование».

На повестке задача — выровнять регулирование с традиционным рынком, расширяя линейку для неквалифицированных инвесторов, чтобы им были доступны ЦФА-флоатеры.

В планах на 2026 год — регулировать механизм кредитных ЦФО, в этом заинтересованы банки, которые по договорам передают риски. Но глава ЦБ считает, что часть рисков все же должна оставаться на балансе банков. Еще одная мера — допуск брокеров и доверительных управляющих на рынок ЦФА. Соответствующий законопроект внесен в Думу. Центробанк также поддерживает совершение сделок с ЦФО по праву организованных торгов, это требует подготовки отдельного законопроекта. Стоит вопрос раскрытия информации не только эмитентами, но и платформами.

Владимир Верхошинский, которого Анатолий Аксаков отрекомендовал как лидера по продвижению ЦФА, уточнил, что 90% от 1 трлн рублей — долговые инструменты. Приоритеты в развитии — налоговый арбитраж, секьюритизация, права «неквалов». «Потом на повестке вопрос активов реального мира (RWА — Real World Asset). Там есть определенные риски. Но если их учесть и туда пустить “неквалов”, в том числе дольщиков по эскроу, то огромный потенциал, — заявил представитель «Альфы». — Мы прорабатываем с Минфином продукт, позволяющий обычным людям в ЦФА копить квадратные метры маленькими суммами. При этом деньги не обесцениваются, и эти метры можно продать, но там много законодательных изменений». Эксперт считает, что пока надо такие инструменты отложить, дать рынку вырасти, тогда можно будет добавлять и цифровые свидетельства.

Фото: АБР

Бюджет и не только

Не обошли участники вниманием и актуальные вопросы макроэкономики. Так, Эльвира Набиуллина оценила как позитивные новости о том, что в трехлетнем бюджете РФ не заложен роста дефицита, а есть только рост НДС с 20 до 22%. Такая сбалансированность «лучше и для бюджетной устойчивости, и для инфляции, и для уровня процентных ставок», заявила она.

Но ждать на этом фоне более быстрого снижения ключевой ставки ЦБ не приходится, поскольку корпоративное кредитование уже значительно ускорилось, сообщила спикер.

Не планирует ЦБ и послабления для банков, нарушающих права потребителей их услуг. Законопроект о штрафах внесен, санкции составят 0,1% собственного капитала банка за первичное нарушение до 1% при невыполнении предписания — чтобы штрафы были действенными, суммы должны превышать выгоду от нарушения правил. Эльвира Набиуллина уверена, что банки, нацеленные на клиентоцентричность, должны приветствовать эти меры, поскольку они способствуют здоровой конкуренции, а сейчас «добросовестный проигрывает».