Финансовая сфера

Банковское обозрение


  • Кредитные организации против Банка России, или Зыбкая надежда на победу в неравном бою
30.12.2021 Best-practice

Кредитные организации против Банка России, или Зыбкая надежда на победу в неравном бою

Правоприменительная практика свидетельствует о том, что если у кредитной организации отозвали лицензию, то у нее практически нет шансов эффективно противостоять воле Банка России в судебном порядке, несмотря на то что нарушение было незначительным. Но так было не всегда. Вспомним, как одному банку в 2015 году почти удалось доказать незаконность отзыва лицензии. Проанализируем, почему все же победа не состоялась и есть ли шансы переломить сложившуюся практику сегодня


Обстоятельства дела

В 2015 году мажоритарный акционер банка обратился в Арбитражный суд г. Москвы с требованием о признании недействительным Приказа Банка России об отзыве лицензии на осуществление банковских операций (дело № А40-103610/2015). Суд первой инстанции требование акционера удовлетворил и признал акт мегарегулятора незаконным. Суд руководствовался следующим аргументами:

  • отзыву лицензии должен предшествовать определенный поэтапный процесс, позволяющий не сразу отзывать лицензию, а только с соблюдением установленной законом процедуры, предоставляющей гарантии защиты прав слабой стороны правоотношений (проверяемого субъекта предпринимательской деятельности);
  • полномочия Банка России по применению адекватных мер регулирования и надзора в отношении банков, включая возможность отзыва банковской лицензии, в целях предотвращения вовлечения банков в преступную деятельность должны соответствовать принципам эффективного банковского надзора Базельского комитета банковского надзора;
  • в сообщениях о покупке и продаже наличной иностранной валюты, направляемых в уполномоченный орган, банк указывал сумму валюты, курс сделки и сумму в рублях по курсу. Однако ни разу не получил ни от уполномоченного органа, ни от Банка России замечаний о том, что сообщения заполняются неверно;
  • по результатам проверки Банком России был выявлен единственный случай несвоевременного направления в уполномоченный орган сведений об операции с недвижимым имуществом. Данное нарушение банк выявил самостоятельно и исправил до начала проверки. Указанное не позволяет вменять подобное нарушение в качестве основания для отзыва лицензии;
  • ссылка мегарегулятора на вовлеченность банка в сомнительные транзитные операции несостоятельна, поскольку действующее законодательство РФ не содержит термина, понятия, определения «сомнительные транзитные операции»;
  • неуказание банком единоличного исполнительного органа как представителя лица, совершившего операцию, не является нарушением Положения Банка России 321-П, поскольку, согласно позиции Президиума ВАС РФ, отраженной в его Постановлении от 06.12.2005 № 9341/05, единоличный исполнительный орган не является представителем юридического лица.

В своем заключении суд первой инстанции отметил, что «установленные действующим законодательством меры, связанные с ограничением прав и свобод, должны быть адекватны выявленным правонарушениям. В противном случае было бы возможно аннулирование лицензии, независимо от наступления условий, установленных законом, что является недопустимым в силу ст. 17, 18, 45, 46, 55 Конституции РФ».

Суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда нижестоящей инстанции. Однако суд кассационной инстанции отменил судебные акты, сославшись на единственное обстоятельство — отсутствие у заявителя-акционера права на обращение в суд с соответствующим требованием. Верховный Суд поддержал данную позицию и отказал акционеру в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам ВС РФ.

Таким образом, несмотря на отсутствие нарушений со стороны Банка, приказ об отзыве лицензии был оставлен в силе, а финансовая организация, полностью соответствующая требованиям действующего законодательства и успешно осуществлявшая свою деятельность, была ликвидирована.

Отказ в судебной защите повлек нарушение конституционного принципа на доступ к правосудию и как следствие исключил какую-либо иную возможность восстановления нарушенного права акционера банка.

Почему у акционера не было права обжаловать отзыв лицензии?

Удовлетворяя заявленные требования, суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу о несоответствии оспариваемого акта Банка России положениям ст. 19, 20 Федерального закона «О банках и банковской деятельности» и нарушении указанным приказом прав заявителя как крупного акционера кредитной организации.

При этом суд руководствовался следующим:

«Согласно Федеральному закону «Об акционерных обществах», помимо права собственности на акции, принадлежащие акционеру этого общества, которое ему дает право владения, пользования и распоряжения этим имуществом, существуют и другие права акционера, а именно: участвовать в управлении обществом, получать дивиденды, подавать иски в защиту общества, получать информацию о деятельности общества, получить часть имущества общества, оставшуюся после ликвидации, и т.д. Отозвав лицензию на совершение банковских операций, Банк России тем самым лишил правосубъектности АО “ПроБанк”, т.е. оно перестало вести деятельность, управлять и получать прибыль, поэтому оспариваемым Приказом Банк России прямо нарушил права акционера, который их лишился с момента издания оспариваемого приказа Банка России».

С указанным выводом (с определенными оговорками, которые находятся за рамками настоящего комментария) сложно не согласиться ввиду перечисленных ниже доводов.

  • Мажоритарный акционер является одной из сторон корпоративных отношений. Защита корпоративных прав осуществляется в том числе путем подачи косвенных исков (исков от имени и в интересах общества). Заявленное акционером требование фактически является косвенным иском, который содержит два объекта защиты: непосредственный (субъективное право юридического лица) и опосредованный (косвенный) объект защиты (юридический интерес участников юридического лица).
  • Телеологическое толкование нормы, определяющей перечень субъектов, обладающих правом на оспаривание приказа Банка России об отзыве лицензии, должно позволять акционерам (участникам), например, с долей участия более 50%, от имени и в интересах банка (в качестве его представителя) обжаловать ненормативные акты Банка России (по аналогии с тем, как осуществляется защита прав корпорации при взыскании убытков с членов органов управления).
  • Интересы корпорации (банка) и ее участника совпадают и состоят в восстановлении нарушенных прав АО «Профессионал Банк» посредством признания приказа Банка России об отзыве лицензии незаконным и восстановлении лицензии в целях продолжения осуществления экономической деятельности.
  • После отзыва лицензии в отношении банка в любом случае начинается процедура принудительной ликвидации или возбуждается дело о несостоятельности (банкротстве). Ликвидация юридического лица является основанием для прекращения корпоративных отношений между банком и акционером. Оспаривание акта Банка России об отзыве лицензии является единственным способом защиты прав акционера.
  • Мажоритарный акционер по смыслу действующего законодательства является контролирующим лицом, то есть, как правило, имеет возможность каким-либо образом (например, дачей обязательных указаний) определять действия банка, в том числе по совершению сделок и определению их условий. Наличие статуса контролирующего лица позволит кредиторам банкам при ликвидации или в рамках процедур банкротства (после отзыва лицензии) привлечь акционера к имущественной ответственности (ответственности за убытки и(или) субсидиарной ответственности).

Совокупность приведенных доводов позволяет прийти к выводу о том, что Приказом Банка России непосредственно затрагиваются права и обязанности акционера банка, что позволяет ему совершать действия по его оспариванию.

В свою очередь, суд кассационной инстанции не согласился с такой аргументацией, указав, что «Приказ Банка России, по поводу которого возник спор, не затрагивает права и законные интересы акционера, не возлагает на общество каких-либо обязанностей, поскольку издан в отношении АО “Профессионал Банк” и ограничивает только его правоспособность, а не правоспособность его акционеров.

Краткий обзор судебной практики

Анализ судебных актов последних трех лет об оспаривании приказов Банка России об отзыве лицензии позволяет прийти к неутешительному выводу о том, что правоприменитель по-прежнему занимает сторону мегарегулятора.

С 2015 по 2021 г. не было ни одного судебного акта, которым акт Банка России об отзыве лицензии был признан незаконным. В ряде дел (№ А40-318686/18-92-3391, № А40-108022/17-17-958) суды, как и в приведенном деле, ссылаются на отсутствие у акционеров права на оспаривание приказов Банка России об отзыве лицензии.

Между тем 21 октября 2021 года Арбитражный суд г. Москвы в рамках дела № А40-65046/21-130- 398 признал незаконным Приказ Банка России об отзыве лицензии и введении временной администрации в отношении краснодарского Банка Южной многоотраслевой корпорации (ЮМК банка).

Суд первой инстанции пришел к выводу, что «наличия всех необходимых условий для отзыва лицензий, указанных в ст. 20 п. 6.1 Закона «О банках и банковской деятельности», у ЮМК банка не имелось, избранная Банком России мера воздействия в виде отзыва лицензии неадекватна допущенному заявителем нарушению в виде непредставления банком в составе ФЭС сведений об ИНН физических лиц — представителей клиентов банка, а также характеру допущенных нарушений, причинам и условиям, информации о допущении заявителем иных нарушений оспариваемый Приказ не содержит».

Нельзя исключать, что указанный судебный акт станет предпосылкой возникновения своеобразного прецедента, подтверждающего реальную возможность признания актов Банка России об отзыве лицензии незаконными.