Банковское обозрение (Б.О принт, BestPractice-онлайн (40 кейсов в год) + доступ к архиву FinLegal-онлайн)
FinLegal ( FinLegal (раз в полугодие) принт и онлайн (60 кейсов в год) + доступ к архиву (БанкНадзор)
Около четверти заемщиков сегмента PDL-займов способны обслуживать более «длинные» потребительские кредиты
В настоящее время ситуация на рынке микрофинансирования полна неопределенности. На фоне регуляторных ограничений сегмента PDL-займов («займов до зарплаты») многие МФО уже больше года пытаются решить вопрос: какие еще займы можно предлагать своим клиентам?
По нашему мнению, ответ очевиден — необходимо расширять сегмент так называемых Installment Loans (IL-займов, или потребительских займов). При этом в данном случае мы сознательно оставим в стороне объективные вопросы о сроках и стоимости фондирования (неизбежные при переходе от PDL- к IL-займам) и сосредоточимся на проблеме кредитных рисков.
Принято считать, что в силу бизнес-модели микрофинансовых институтов (МФО, КПК и т.д.) их клиентская база настолько «специфична», что предложение им других, более значительных по суммам и срокам кредитных продуктов представляется делом не только нерентабельным, но и более рискованным. Иными словами, практически бесперспективным.
Поскольку Национальное бюро кредитных историй (НБКИ) работает с более чем 3 тыс. микрофинансовых институтов, нам этот вопрос показался весьма интересным и важным. Поэтому мы решили выяснить, действительно ли все заемщики сегмента PDL-займов, как принято считать, являются слишком рискованными для более «длинных» и «крупных» потребительских кредитов/займов. С этой целью мы обратились за помощью к классическому скорингу бюро НБКИ (применяемому для управления кредитными портфелями потребительских кредитов/займов), чтобы проверить по нему клиентскую базу PDL-займов с точки зрения возможности гипотетического предоставления IL-займов / потребительских кредитов. При этом данная скоринговая модель была настроена таким образом, чтобы учитывать длинные и «крупные» кредиты с бОльшим весом, а также рассчитывать долговую нагрузку.
В результате данного исследования выяснилось, что базы заемщиков PDL и IL пересекаются (диаграмма 1).
Используя валидационную таблицу для Installment loans (сопоставление вероятности просрочки 90+ скоринговому баллу, диаграмма 2), мы подобрали уровень отсечения нашей популяции клиентов таким образом, чтобы прогнозная дефолтность оказалась на уровне не более 20% (среднерыночное значение по портфелю потребительских займов). Таким образом, получилось, что прогнозная дефолтность портфеля в районе 20% соответствует уровню 550 баллов по скорингу бюро (диаграмма 3).
Таким образом, в диапазоне скоринга больше 550 баллов оказались 24% заемщиков сегмента PDL-займов. По сути, это означает, что фактически четверть всех пользователей займов «до зарплаты» (т.е. примерно 3 млн человек) имеют кредитную историю приемлемого качества и оцениваются скоринговой моделью НБКИ на уровне, достаточном для получения и обслуживания более крупных и долгосрочных потребительских займов. Иными словами, это те люди, которым микрофинансирование помогло создать хорошую кредитную историю и открыло возможность получать займы на более выгодных для них условиях.
Что касается оставшихся 76% пользователей займов «до зарплаты», то их кредитная история пока не позволяет утверждать, что они способны обслуживать займы других типов. У таких граждан либо недостаточная глубина кредитной истории, либо есть нарушения в обслуживании долгов.
Кроме того, необходимо отметить и влияние на возможность кредитования таких заемщиков уровня их текущей долговой нагрузки (отношения ежемесячных платежей по всем кредитам к ежемесячному доходу, или PTI — payment to income). Вполне вероятно, что уже в течение текущего года выдача кредитов гражданам с высокой долговой нагрузкой будет запрещена законодательно. Пока сложно говорить о каком именно значении PTI будет идти речь, но очевидно, что граждане, у которых долговая нагрузка превышает 50%, — в зоне высокого риска не только для выдачи потребительских кредитов, но и для любых других видов розничного кредитования. А таких заемщиков у нас в стране около 12% (диаграмма 4). Если же говорить об относительно комфортном уровне PTI, то, по нашему мнению, он не должен превышать 25–30%.
Поэтому, несмотря на то что у микрофинансистов имеется серьезный потенциал роста их бизнеса за счет более активной работы в сегменте Installment Loans, при выдаче гражданам более долгосрочных займов им необходимо тщательнее анализировать кредитные истории своих заемщиков. Это важно прежде всего для того, чтобы правильно оценивать их возможности с точки зрения обслуживания собственных обязательств по кредитам/займам, а также для мониторинга уровня их долговой нагрузки.
ЦФА взрослеют
Недавно цифровые финансовые активы выглядели как аккуратная технологическая новинка на большом финансовом рынке. Про них говорили с интересом, но чаще в интонации эксперимента. После недавней конференции «Банковского обозрения» по ЦФА («Цифровые активы в России: новые мосты инвестиций и расчетов», состоялась 23 июня 2026 года в Москве) ощущение другое
Альтернативы кредитам: кто и что реально может привлечь в 2026 году
Банки охотно выдают короткие займы под 19% годовых, а среднесрочные и долгосрочные кредиты практически недоступны из-за регуляторных ограничений. Но альтернативы есть: облигации, ЦФА, краудлендинг, Pre-IPO. Вопрос в том, кому и что реально доступно. Разбираем по сегментам — от микропредприятий до крупного бизнеса
Как технологии меняют страхование
По прогнозам GMI, среднегодовой темп роста мирового рынка InsurTech в 2026–2034 годах составит 36%. Это связано с развитием технологий и изменением пользовательских привычек: клиенты ожидают от страхования тех же скорости, персонализации и бесшовного опыта, которые стали нормой в банках, маркетплейсах и e-commerce
Цифровые деньги нового поколения
Стейблкоины за последние несколько лет вышли за пределы нишевого криптоинструмента. Их совокупная капитализация превышает 300 млрд долларов, а сами токены используются не только криптотрейдерами, но и для трансграничных переводов, расчетов, управления ликвидностью и операций с токенизированными активами. Именно рост масштаба рынка изменил отношение банков и регуляторов к стейблкоинам