Финансовая сфера

Банковское обозрение


23.03.2021 FinTechАналитика
NFT: метод от противного

Раньше был хайп, но не было спроса. Но он появился, и старый добрый олдскульный мир летит к чертям. Но вот вопрос: весь или частично? Или только в части NFT-токенов?


Апологеты разделения мира на две части — физическую, в которой существуют только состоятельные люди, и цифровую, которая принадлежит и первым, и вторым, — празднуют очередную победу своей теории.

Одной из черт четвертой промышленной революции является переход экономики в сферы, где перемещение товаров и услуг должно происходить с необходимой скоростью. Что это так, а не иначе, доказывают уже несколько лет эксперты, например Алексей Минин, экс-директор Института прикладного анализа данных компании «Делойт», СНГ.

О бесплатных мирах

Возьмем эту гипотезу за базовую, как и тезис, что эта часть экономики развивается по принципу «3Д»: если можно дематериализовать товар и услугу, она переходит в «цифру», после чего мгновенно демонетизируется и демократизируется. Проще говоря: “Яндекс” или Google зарабатывают не на своем сore-продукте — поиске, он бесплатен и доступен практически для всех». Но это стало так, когда у населения появились компьютеры, мобильные девайсы и широкополосный интернет. А раньше был хайп, но не было спроса.

Цифровая трансформация неумолимо движется вперед. Появляются новые клиентские сервисы и продукты, изначально созданные в парадигме «3Д». Решив проблему их доступности, BigTech принялся за персонализацию и анализ больших данных из социальных сетей, телекомов, ретейлеров и банков. Параллельно шел процесс замены ими операторов «последней мили», что лишило последних прямого контакта со своими клиентами. Этот процесс позже назвали уберизацией.

Digital-революционеры на этом не остановились. Активно создаются глобальные маркетплейсы цифровых сущностей, порождаемых профессиональными издателями сетевых игр и вселенных, а также создателями прочей «диджитальщины». Поскольку маркетплейсы глобальны, а деньги должны перемещаться без всяких трансграничных проблем, банкиров начали заменять децентрализованные криптовалюты. 

И финальный на сегодня этап: есть маркетплейсы цифрового контента, потребители и создатели этого самого контента. И всё! Больше никто не нужен. Триггером этого этапа стали смарт-контракты, интегрированные с блокчейнами и криптовалютами на их основе. Не нужны логистика, банкиры, страховщики, таможня и т.д. Зато появилась цифровая экономика «3Д», где все происходит почти мгновенно. Остались некоторые проблемы с обеспечением интероперабельности между разными блокчейнами и юридические нюансы, касающиеся регулирования «крипты» в разных странах.

Испытания на криптокошечках

Самоизоляция резко ускорила процессы в этой сфере. Маркетмейкеры толком не успели подготовить широкую общественность, поэтому первые реальные опыты вызывают у многих изумление. Все это походит на хайп, но уже подкрепленный спросом.

Однако происходящее трудно назвать цифровым безумием: в инфраструктуру вложены миллиарды. В ней практически все стандартизировано соответствующими организациями (правда, не по ГОСТу). Работоспособность самого блокчейна Etherium, смарт-контрактов и сторонних приложений на его основе протестирована досконально. А что касается криптовалют, то разве не МВФ и Банк международных расчетов (ISS) настоятельно рекомендовали всем центральным банкам мира изучить вопрос о запуске цифровой валюты (CBDC)? Поэтому глупо утверждать, что «откормленные криптомиллионеры начали платить тысячи долларов за право собственности на мемы из интернета».

Итак, классические ценности из физического мира основаны на своей уникальности или ограниченности ресурса, лежащего в их основе. В качестве примера можно привести картины Ван Гога, коллекционные монеты или яхту Романа Абрамовича. Владение ими в первую очередь должно подчеркивать статус и положение в обществе. Причем это общество может быть ограничено, как в случае с коллекционерами, демонстрирующими свои сокровища избранному кругу лиц. Но это вовсе не означает, что состоятельные люди отказались от возможности побаловаться достижениями времени: смартфонами, Apple Pay, сервисами Netflix или Booking. Почему нет, если это помогает бизнесу и упрощает жизнь?

А если своего бизнеса нет и жизнь трудна? Для этой категории населения «Экономика 4.0» предлагает бесплатные цифровые субституты физического мира или полное перемещение в виртуальные миры. Связь между реальным и виртуальным мирами будет происходить через маркетплейсы и платежные системы (понятно, что специальным образом созданные или отобранные).

«Экономика 4.0» предлагает этим людям также переосознать мерила стоимости виртуальных ценностей. Здесь работает метод «От противного». Сначала ценности (а на первом этапе, можно сказать, что «бесценности») прятать не нужно, их невозможно пока своровать! Копий чего угодно можно создать сколько угодно. Но вот когда среди массы безликих разновидностей копий начинает появляться ажиотаж среди какой-то одной, ситуация резко меняется. Всем хочется иметь именно эту разновидность. И тут появляется человек, который благодаря NFT-токену становится владельцем оригинала. Можно сделать иначе: сперва вложиться в создание оригинала, «застолбить» его токеном и начать PR-раскрутку своего творения для дальнейшей продажи. В обоих случаях, чем больше на рынке пользующихся ажиотажем бесплатных копий, тем выше цена оригинала. Но тут есть риск «поставить не на ту лошадь» и не окупить вложений: токен не бесплатен. Это одна модель. Их уже помимо купли-продажи артефактов из игр несколько.

Например, в 2017 году канадская компания Axiom Zen, по данным Inc.ru, представила игру CryptoKitties, которая работает на базе блокчейна Etherium. В ней каждый участник может купить NFT-токен кота за Etherium (на деле — его изображение), а затем скрестить его с котами других игроков. Чем старше кот, тем он дороже. Его можно также сдавать в аренду для скрещивания. Котята от «старых» котов и кошек стоят дороже, чем котята из молодых поколений. Новые котята появляются на платформе ежедневно, их стоимость обычно не превышает 13–15 долларов. «Старые» коты могут стоить более 130 тыс. долларов.

С этого все начиналось, и дошло до того, что аукцион Christie’s выставил на торги актив от художника Beeple. В конце 2020 года он уже заработал 3,5 млн долларов на лотах NFT, а в 2021 году певица Граймс за 20 минут заработала 6 млн долларов, продав цифровые рисунки и видео в виде NFT-токенов.

Так подлинность «шедевров» обеспечивается токенами NFT — цифровым активом, который невозможно поделить на несколько частей или подделать, представляющим собой уникальный объект и использующим смарт-контракт, что придает токену нужную функциональность. Идентифицировать токен можно благодаря блокчейну, в котором он был выпущен, а интероперабельность уже позволяет сделать это из любого блокчейна, подключенного к сети.

Детальную инструкцию по созданию и использованию токенов приводит сайт vc.ru. А для тех, кто интересуется цифрами, Inc.ru, ссылаясь на данные NonFungible.com, который профессионально исследует эту сферу, утверждает, что рынок NFT-токенов в 2020 году вырос на 300% по сравнению с 2019 годом, достигнув оборота в 250 млн долларов. Однако значительная часть участников рынка рискует. И только один игрок всегда в выигрыше за счет комиссий. Догадайтесь, кто?






Сейчас на главной

ПЕРЕЙТИ НА ГЛАВНУЮ