Банковское обозрение

Финансовая сфера


23.07.2015 Разговоры финансистовИнтервью
Объективная оценка при ускоренном освоении рынка

О рынке рейтингов и рейтингования в России, почему ЦБ использует только международные рейтинги и рейтинги одного российского агентства, о дешевой цене на российские рейтинги и рисках взаимоотношений с регулятором на страницах «Б.О» рассуждают генеральный директор рейтингового агентства «Рус-Рейтинг» Сергей Абляев и Эльман Мехтиев, советник президента АРБ


 

Эльман Мехтиев: Добрый день, Сергей! Спасибо, что нашли возможность для встречи. К сожалению или к счастью, но так как Вы пришли в кафе раньше меня, да и время встречи — середина жаркого рабочего дня, мой самый первый обычный вопрос: «чай или кофе» уже не к месту. Вы выбрали холодный компот.

Сергей Абляев: Начали с него, рекомендую. Очень неплохой компот.

Эльман Мехтиев: Спасибо за подсказку, учту для следующих встреч в этом кафе. Переходя к теме рейтингов и рейтингования... Позвольте задать самый первый вопрос, может быть и самый простой, насколько это большой рынок в России?

Сергей Абляев: Емкость рынка, если говорить о компаниях, которые доступны для рейтингования российской четверке агентств, относительно небольшая, это порядка 500 млн рублей в год. Если говорить о емкости рынка, который замыкает на себя «большая тройка» в России, то речь может идти примерно о 200 млн долларов.

Эльман Мехтиев: Ваш ответ заставляет меня двигаться в той же дихотомии и спросить, что тогда нужно сделать? Взять и поделить? Помня о том, что политика — это продолжение экономики другими средствами, и здесь нужно отобрать и поделить?

Сергей Абляев: Нет, лично для меня об этом не может быть и речи. Мы надеемся, что с принятием закона о рейтинговых агентствах внутри России будут созданы равные условия для всех участников отрасли. При этом нужно понимать, что у национальных игроков стартовые возможности изначально более низкие, чем у иностранцев. Поэтому, на мой взгляд, тот объем рынка в 200 млн долларов, который приходится на «большую тройку», некоторое время за ними и останется, пока рейтинги российских агентств не приобретут необходимый авторитет и признание.

Эльман Мехтиев: Сергей! Вы затронули вопрос, вокруг которого я хотел бы всю нашу беседу построить. Сейчас опять очень остро обсуждается «старый» конфликт, всегда присутствовавший в деятельности рейтинговых агентств… И от ответа на него очень многое зависит. Конфликт в том, что любому бизнесу, в том числе и бизнесу рейтингования, хочется продать побольше услуг, скажем, не на 500 млн рублей, а на все 200 млн долларов, а с другой стороны, как быть с объективностью оценки при ускоренном освоении рынка?

Сергей Абляев: Безусловно, такой конфликт есть.

Эльман Мехтиев: А выход есть из этого конфликта?

Сергей Абляев: Как всегда, должна быть золотая середина между интересами клиента и интересами агентства, как независимого наблюдателя.

Эльман Мехтиев: Хорошо. Допустим, мы можем сказать, что истина всегда посередине, нужны какие-то конкретные решения, какие-то стандарты. Как-то очень сложно поверить, что рейтинг, который можно купить за 100 тыс. или даже за 500 тыс. рублей, независим от влияния покупателя услуг рейтингования. Называются какие-то несоизмеримо малые величины по сравнению со стоимостью тех же услуг, но от большой тройки. После чего остается согласиться с регулятором, который проводит мысль, что объективный рейтинг не может стоить дешево.

Сергей Абляев: Абсолютно согласен, поэтому в нашем агентстве стоимость получения рейтинга исторически всегда была самой высокой среди российских агентств. Решения и стандарты решения подобного рода проблем давно существуют и успешно нами применяются. Вопрос вовсе не в поиске каких-то рецептов, все давно уже известно, а в их соблюдении. Введение полноценного регулирования значительно уменьшит риски несоблюдения внутренних регламентов и процедур в целом по рынку и, как следствие, приведет к коррекции в вопросе ценообразования.

Важно понимать, что в ценах «большой тройки», как и у любой международной компании, 4/5 цены — это авторитет бренда и мировое признание, то, что котируется не только на российском, но и на международном рынке. В этом смысле, нам предстоит долгий путь.

Эльман Мехтиев: Надо двигаться в каком-то направлении. Математика очень простая. В банке, в котором я работал, когда мы пришли к одной компании из большой тройки, если я правильно помню, порядок цены был от 30 до 50 тыс. долларов, возьмем нижний потолок — 30 тыс. Когда мы пришли в российскую компанию, если я не ошибаюсь, то мы заплатили почти в 10 раз меньше. То есть, если даже 4/5 убрать из 30 тыс. долларов, то и 1/5 не будет.

Сергей Абляев: Безусловно.

Эльман Мехтиев: То есть, соответственно, даже что-то оставляя вне этих 4/5, получается, что же тогда этот рейтинг есть? Неужели можно доверять тому рейтингу, который стоит так дешево?

Сергей Абляев: Тут я бы немного подход изменил, вопрос не только в том, сколько стоит рейтинг, но и в том, сколько за него может заплатить клиент, какова ситуация со спросом и предложением на национальные рейтинги. Поэтому нам было бесполезно размахивать иностранным ценником. Что касается релевантности отечественных рейтингов, то я считаю, что мы приобрели достаточный опыт, наши практики и стандарты сопоставимы с тем, что делает «большая тройка». То же самое с опытом и квалификацией сотрудников, он в принципе соответствует требованиям, которые существуют и в «большой тройке», с оговоркой, конечно, на тех штучных специалистов, которые непосредственно формируют лицо этих компаний и определяют их политику. Это как сравнивать два автомобиля, один стоит Х млн, а второй стоит в три раза дешевле, но оба они без проблем осуществляют свою основную функцию как средство передвижения.

Эльман Мехтиев: Но тот, кто владеет автомобилем за Х млн, он может более дешево получать услуги или вообще получать те услуги, которые не доступны второму владельцу.

Сергей Абляев: Именно так, до последнего времени, имея рейтинг иностранного агентства, вы совершенно осознано открывали для себе внешний рынок, это понятно. В то время, как наш продукт, к сожалению, для внешнего рынка был и остается terra incognita.

 

Сергей Абляев, генеральный директор
рейтингового агентства «Рус-Рейтинг»

 

Эльман Мехтиев: Позволю себе поспорить с Вами. Меня не волнует внешний рынок, ему не до нас и нам до него не дотянуться по определенным причинам. Для банков гораздо более конкретно стоит вопрос о размещении средств НПФ… Даже если мы забудем сейчас, что надо сокращать долю депозитов и увеличивать долю облигаций… Но нас всех интересует, почему сейчас ЦБ использует только международные рейтинги и рейтинги всего лишь одного российского агентства.

Сергей Абляев: А вот это совершенно справедливый вопрос. Я считаю, что сейчас действительно уровень развития специалистов, методик и процедур всех российских агентств сопоставимы и находятся примерно на одном уровне, именно в контексте внутреннего рынка. Я бы не стал никого выделять. Искусственные ограничения для одних и протекционизм для других крайне негативно скажется на качестве услуг.

Эльман Мехтиев: Дело только в принятии закона или дело все-таки, вернемся назад, в том, что российское рейтингование совершенно дешево стоит?

Сергей Абляев: У каждого агентства своя ценовая политика, которая балансирует между спросом и предложением. Мы эти рамки не с потолка берем, они определены рынком и отражают общие тенденции не только в российской рейтинговой отрасли, но и в целом в российской экономике.

Эльман Мехтиев: Я переформулирую проблему с другой стороны: каким образом тогда обеспечить объективность оценки, если вы фактически сейчас сами сказали, что мы хотим делать рейтингование, чтобы соотношение цена/качество было соответствующим. Если цена падает, то и качество, наверное, тоже должно упасть. Поэтому вопрос состоит в том, каким образом обеспечить объективность оценки, есть ли какие-то для этого механизмы и модели решения... В качестве возможного ответа на этот вопрос, некоей игры ума, если хотите, можно было бы предложить рынку создать некий фонд, некое экономическое партнерство, и этой кооперации будет принадлежать некое рейтинговое агентство… Сможем ли мы тогда обеспечить независимость рейтингового агентства при том, что услуги его будут платными? Это, повторюсь, проблема независимости и объективности оценки при платности услуг. Я не вижу решения и поэтому спрашиваю Вас, есть ли решение?

Сергей Абляев: Подход, подразумевающий кооперацию, мы уже пытаемся реализовать в партнерстве с китайскими коллегами, работая над проектом нового агентства Universal Credit Rating Group. Международный состав участников – явное требование и отражение интеграции российской экономики в мировую. В рамках одного рынка, тем более такого компактного, по мировым меркам, как российский, вопросы независимости гораздо сложнее решать, даже если это будут несколько участников с равными долями. Независимость, по большому счету, определяется не только паритетом владельцев. Есть и более простые рецепты, как например четкая позиция топ-менеджмента агентства в отношении рейтингового процесса. Я, например, не принимаю никакого участия в определении рейтингов по тому или иному клиенту, соответственно, и рейтинги узнаю только после заседания рейтингового комитета, где данное решение принимается. Это моя принципиальная позиция.

Эльман Мехтиев: Читаю прямо из законопроекта, точнее законопроект прошел первое чтение Совета Федерации: «доля кредитных организаций, доля участников банковского холдинга, некредитных финансовых организаций и участников страховой группы в уставном капитале рейтингового агентства не может превышать 20 процентов».

Сергей Абляев: Совершенно верно.

Эльман Мехтиев: Для меня это значит, что кто-то придет, уговорит пять банков и они создадут рейтинговое агентство… Вы готовы к появлению такого конкурента, который будет принадлежать пяти банкам или такому конгломерату, который не связан с одним игроком, но охватывает многих именно за счет «федеративной» модели создания? То есть сразу же заберет большой кусок рынка?

Сергей Абляев: Скажем так, если такое агентство появится, это нас не удивит ни в коей мере. С учетом того, что сейчас в нашей финансовой системе идет процесс концентрации и он ускоряется, я не удивлюсь появлению такого агентства в ближайшее время.

Эльман Мехтиев: Понимаю, что Вы не удивляетесь, тем более, что подсказка в законе есть. Но что вы будете делать, если появится такой конкурент? Насколько он может оттянуть на себя рынок, если он будет создан самими же банками?

 

Эльман Мехтиев, советник президента АРБ

 

Сергей Абляев: Вы знаете, здесь все зависит от того, как эта структура будет работать, потому что мы знаем немало прецедентов, когда создавались подобные организации при участии крупных игроков на финансовом рынке, и это был плод мертворожденный.

Эльман Мехтиев: Не соглашусь. Ну как же, НБКИ. Более того, банки, которые отказались передавать свои базы федеративному независимому оператору и создали собственные бюро кредитных историй, так и не смогли убедить рынок в том, что их первоначальные базы рынку все-таки нужны.

Сергей Абляев: Безусловно, но, на мой взгляд, это скорее исключение, чем правило.

Эльман Мехтиев: Поэтому если есть федеративная модель и она работает, то на первых этапах, в начале игры банки заинтересованы ею владеть в целях прямого контроля, а потом они с радостью выходят из числа собственников.

Сергей Абляев: Конечно.

Эльман Мехтиев: Поэтому я не соглашался. Если федеративная модель возможна, то при правильном построении и управлении она будет более успешная, чем модель независимого игрока.

Сергей Абляев: За счет административного ресурса, на первом этапе, это будет идеальный плацдарм для обкатки методик и методологий в контексте рейтингования российских резидентов, скажем так, но насколько это будет интересно рынку, на сколько это будет, как мы называем independently — это большой вопрос.

При нормальной реализации рыночных принципов и равной конкуренции рынок сам определит необходимость и востребованность такой структуры, если это реальный рынок.

Эльман Мехтиев: Хорошо, если по чьему-то велению, по чьему-то хотению появляется такая структура, вы пойдете в нее участвовать или вы будете продолжать свою политику Независимого игрока?

Сергей Абляев: Мы на сегодняшний момент находимся в рамках той политики, которую предопределили с моим партнером Александром Зайцевым. Фундамент нашей политики — это полная независимость от участия в каких-либо группах, формированиях и структурах, и изначально мы позиционируем «Рус-Рейтинг», как структуру прозрачную, независимую, высокоорганизованную технологически, и как структуру, которая, образно выражаясь, имеет бутиковую направленность. Конечно, мы учитываем, что есть вероятность появления более сильного игрока с административным ресурсом, но даже при этом я вижу возможности роста, поскольку ни одно агентство в мире не живет только рейтингованием. Мы сможем найти свою нишу за счет новых более технологичных по реализации и более оперативных по исполнению продуктов и услуг. Полагаю, что российский рынок рейтинговых услуг не до конца оценен и пребывает в начальной стадии своего развития, поэтому некую перспективу для себя я вижу, несмотря на озвученные Вами явные риски.

Эльман Мехтиев: Спасибо. Для того, чтобы мы понимали друг друга — банки сейчас интересует не судьба всех агентств или отдельных игроков… Для банков нынешняя ситуация – это приверженность старым критериям в «новой реальности». До декабрьской волатильности фактически НПФ имели право размещать депозиты в банках при уровне Ва3 и выше (по шкале Moody’s). Что сделал Центробанк? Он немножко ослабил и до 1 мая, это было фактически не Вa3, а на 1 уровень ниже, но с 1-го мая это опять же фактически Ва3, что всего на три уровня меньше, чем суверенный рейтинг. И поэтому хотелось бы знать Вашу оценку не того, что произошло на рынке, это понятно, что все готовились к этому, но я бы сказал, разумно ли оставлять на таком же самом уровне требования к рейтингам банкам, если суверенный рейтинг на столько уровней упал? Фактически, что до декабря было Ва3, что после 1 мая Ва3, при этом суверенный рейтинг резко просел, и очень многие банки оказались «вне игры». Правильно ли оставлять требования на том же самом уровне, который теперь становится недосягаемым для большинства игроков?

Сергей Абляев: Я считаю, что это значительно ограничивает количество игроков. Как писал Маяковский, «если звезды зажигают, значит это кому-нибудь нужно».

Эльман Мехтиев: То есть будем искать?

Сергей Абляев: Зачем искать? Нам понятно, почему так происходит и кто в этом заинтересован. Мы вообще не сторонники каких–либо отсечек по уровню рейтинга, мы за использование прогрессивной шкалы. Выше рейтинг — больше преференций, а не так, что тут все, а там ничего. Привязка к суверенному рейтингу безусловно является излишней в контексте инвестиций внутри России, о чем мы неоднократно публично заявляли, и переход на национальную шкалу по всему спектру нормативных актов, где фигурируют рейтинги, устранит эту коллизию. Это вопрос чисто технический, в процессе реализации нового законодательства, создания подзаконных актов, он будет решен. Самое страшное, что рейтинговый рынок может быть зарегулирован в большей степени.

Эльман Мехтиев: То есть законопроект, который сейчас есть, он зарегулирует рынок?

Сергей Абляев: Законопроект, нет, сам он достаточно нейтральный, имеются в виду те подзаконные акты, которые будут приняты, и меры, которыми все это будет реализовано.

Эльман Мехтиев: Но лучше, чтобы они были, чем, если бы их не было?

Сергей Абляев: Безусловно, правила игры должны быть понятны, и закон должен быть. Это лучше, чем правовой вакуум. Закон ждали, закон готовили, причем при достаточно широком обсуждении среди всех участников рынка, тут и ассоциации банков работали, и всевозможные саморегулирующие организации работали, рейтинговые агентства работали, регулятор. Но с подзаконными актами такого плюрализма явно не будет, и в какую сторону дальше пойдет выработка подзаконных актов, мы не знаем. Очевидно, что при определении требования по формированию и размещению капитала рейтинговых агентств велосипед изобретать не будут. Скорее всего, в основу лягут апробированные на коммерческих банках и совершенно очевидные для ЦБ подходы. Вероятно, что подобные практики будут использованы и по другим показателям.

Эльман Мехтиев: Я бы только про капитал сказал.

Сергей Абляев: Весьма сложно, на мой взгляд, соотносить единые требования к капиталу банков, страховщиков, с одной стороны, и рейтинговых агентств, с другой, но мы подозреваем, что это будет практически в зеркальном виде. А это создает ту самую зарегулированность и выхолащивает экономическую суть.

Эльман Мехтиев: Не готов сегодня дискутировать о требованиях к капиталу агентств. Но не согласен, что капитал — это единственное, исходя из чего будут оценивать, если продолжать аналогию с требованиям к капиталу банков. Но вернемся к подзаконным актам. Смотрите, когда закон принимается, ведется более-менее открытая дискуссия, но закон — это рамки, не нужно прописывать все до мелочи. Принимаются подзаконные акты, и они уже описывают каждый шаг.

Сергей Абляев: Да.

Эльман Мехтиев: И когда описывается каждый шаг, вопрос в том, кто будет описывать эти «каждые» шаги, если на рынке недостаток экспертов в этой части. Когда Вы сказали, что рынок будет зарегулирован, возникает вопрос о том, а кто может сказать, что зарегулирован, ведь тех, кто может это сделать, на рынке очень мало. Чтобы противопоставить Банку России или кому-то точку зрения, нужен кто-то, кто будет экспертом выступать не только для общества, но и для Банка России.

Сергей Абляев: Безусловно. Вопрос в том, кого Банк России хочет видеть этим экспертом и готов ли он рассматривать альтернативные точки зрения.

 

Эльман Мехтиев, советник президента АРБ
и Сергей Абляев, генеральный директор
рейтингового агентства «Рус-Рейтинг»

 

Эльман Мехтиев: Может быть, риск из-за того, что недостаточно экспертов или экспертных позиций, или нет моделей, которые можно принести и показать.

Сергей Абляев: Вы знаете, мне кажется, что с моделями все гораздо проще, потому что …

Эльман Мехтиев: Не с моделями оценки, а с моделями бизнеса.

Сергей Абляев: С моделями бизнеса. Все-таки прецеденты существуют, существуют во всем мире и достаточно давно, не одно столетие. В отношении экспертов есть некий дефицит, действительно, но не сказал бы, что пальцев на одной руке достаточно, чтобы их пересчитать.

Эльман Мехтиев: Я показал две (руки)…

Сергей Абляев: Несмотря на негативные тенденции в сфере образования, есть и научные школы в России, которые могут дать объективную оценку, дать свое заключение, есть специалисты по нашей тематике. Недавно я задался целью посмотреть, кто у нас занимается вопросами рейтингования, авторитетных специалистов из академических кругов или активно работающих в реальном секторе. Не могу сказать, что список внушительной, но в нем людей больше, чем пальцев на двух руках, поверьте мне.

Эльман Мехтиев: Просто, когда речь идет о том, что какой-то акт нужно подправлять, самая большая проблема — это отсутствие экспертизы на рынке, и потом, если даже эксперт кому-то известен, то их раз, два, три.

Сергей Абляев: Проблема не в отсутствии экспертов, а в том, кто их отбирает, для каких целей, и есть ли запрос на действительно независимую оценку.

Эльман Мехтиев: Тогда по-другому, а сообщество рейтинговых агентств, оно само готово выступать с тем, как это нужно регулировать, то есть, я имею в виду, подзаконные акты? Мы только что с Вами узнали, что Закон уже подписан.

Сергей Абляев: На счет сообщества не готов сказать, я человек, который в данной системе работает относительно недавно, с апреля этого года, мнение сообщества для меня пока неизвестно в полной мере, но такая практика между агентствами конечно существует. Будут ли интересоваться нашим мнением при принятии подзаконных актов — это большой вопрос.

Эльман Мехтиев: Какие риски Вы, кроме возможной зарегулированности, видите?

Сергей Абляев: Ярко выраженных рисков пока не наблюдаю, если будут соблюдаться единые требования ко всем участникам рынка. Какие-то отложенные карты в рукаве могут возникнуть, в частности, требования к финансовому состоянию агентств, отчетности, раскрытию информации.

Эльман Мехтиев: Что значит финансовое состояние агентств? Что они не могут быть меньше чем Х млн рублей?

Сергей Абляев: Именно. Для рейтингуемых компаний тут все достаточно легко и просто. Они, наоборот, от этого выиграют в некоторой степени, они получат определенный список участников, которые будут иметь аккредитацию регулятора. Регулятор принимает на себя все те риски, которые на рынке возникают, в плане того, что агентства компетентны, агентства самодостаточны, и их деятельность легальна. Для участников это все гораздо проще и понятней.

Эльман Мехтиев: Допустим. Из пяти глобальных тенденций в банковском деле, вторая — это то, что регулирование будет расти, и оно будет многоканальное. То есть регулятор не только в одном направлении будет двигаться, он будет во всех направлениях двигаться больше. Поэтому большой проблемы в этом не вижу, это тенденция. Это глобальная тенденция, с которой нам всем жить, поэтому, если регуляторное давление растет, то кто-то от этого же выигрывает, не только регулятор.

Сергей Абляев: Безусловно.

Эльман Мехтиев: Поэтому в чем же риски тогда, если будет расти регуляторное давление на рейтинговые агентства. Что они окажутся вне игры?

Сергей Абляев: При таком количестве рейтинговых агентств как сейчас оказаться вне игры - это надо уж очень постараться, но если рынок будет сужаться и появится «придворный» игрок, то передел очевиден.

Эльман Мехтиев: Как быстро после принятия закона может поменяться? Это дело 12 месяцев, 24 месяцев или более долгосрочная перспектива?

Сергей Абляев: А что значит ситуация поменяется? И зачем ей меняться?

Эльман Мехтиев: Мой вопрос в том, когда, на Ваш взгляд, национальная шкала в документах регулятора станет преобладающей, если она еще не стала преобладающей.

Сергей Абляев: Этот вопрос надо в другую сторону адресовать, чтобы получить какую-либо конкретику.

Эльман Мехтиев: Если это вопрос к регулятору, то мы можем его вместе задать.

Сергей Абляев: На банковском конгрессе в Санкт-Петербурге, г-н Силуанов и г-жа Набиуллина выступили с совершенно правильной оценкой ситуации в рейтинговой отрасли и адекватным видением перспектив ее развития. Нужные слова произнесены, необходимые действия на настоящий момент произведены, самое главное сейчас - реализовать это на практике. Давайте посмотрим, что будет дальше. По крайней мере, очевидно, что мы к этому готовы, и рынок тоже готов. Практически полтора года нам отведено на приведение деятельности агентств в соответствие с требованиями ЦБ. Но соответствие требованиям и реальная ситуация на рынке, как показывает практика, две большие разницы

Эльман Мехтиев: Вы выразили именно то, что и я хотел сказать.

Сергей Абляев: А когда все это заработает, это, конечно, вопрос….

Эльман Мехтиев: Тогда остается третья сторона этого треугольника, готовы ли к этому наши российские предприятия? Мой вопрос в том: или рынок сам будет двигаться, потому что находится в определенной стадии, или не знает, куда двигаться, и законодатель должен толкать, чтобы все разом пошли использовать.

Сергей Абляев: Для меня очевидно, что наш рынок находится не в той стадии, в которой он будет заниматься саморегулированием и самооценкой своих рисков, что является высшим уровнем регулирования любого рынка. В ситуации, когда экономика находится в стадии ручного управления, должны быть какие-то внешние стимулы для компаний.

Эльман Мехтиев: То есть нужно идти по китайскому пути, где регулятор сказал, что предприятия с оборотом больше чем столько-то обязан получить национальный рейтинг?

Сергей Абляев: По поводу китайского опыта не готов сказать, но то, что подобного рода мероприятия возможны и в какой-то мере будут подталкивать процесс, это очевидно.

 

Яна Шишкина, главный редактор журнала
«Банковское обозрение»,
Эльман Мехтиев, советник президента АРБ
Сергей Абляев, генеральный директор
рейтингового агентства «Рус-Рейтинг»
и Сергей Михеев, начальник отдела по связям
с общественностью рейтингового агентства «Рус-Рейтинг»

 

Эльман Мехтиев: Тогда последний вопрос: возможно, что это очевидно, но нужно ли это рынку сейчас и в перспективе? Вопрос такой философский, нужно ли толкнуть рынок, пусть это будет административно, потому что это должно стать национальной идей, что если у компании оборот больше чем Х млн рублей, компания обязана получить рейтинг, что для этого нужно сделать?

Сергей Абляев: Было бы логичней действовать не только кнутом, но и пряником. Если компания ответственно подходит к вопросу получения внешней оценки, то для нее открывались бы новые возможности, например льготное рефинансирование. Другими словами, расширять сферу применения национальных рейтингов. Для этого нужно четко прописать правила взаимоотношений между: а) между рейтинговым агентством и регулятором; б) между рейтинговым агентством и клиентом. И у нас должно быть понимание, для чего это делается, кем это востребовано и как это регулируется.

Эльман Мехтиев: То есть между клиентом и регулятором прописывать не нужно? Третья сторона треугольника. Если регулятор скажет клиенту, что, если ты больше чем 100 млн, 200 млн, 300 млн рублей оборот годовой…

Сергей Абляев: Правила станут прозрачными. Вопрос в том, насколько они будут рыночными? В какой-то момент это может привести к неразрешимым противоречиям и конфликтам интересов.

Эльман Мехтиев: Иначе будет ситуация идеального шторма.

Сергей Абляев: А мы пребываем в какой стадии сейчас?

Эльман Мехтиев: Не знаю, поэтому я и спрашиваю Вас. Подводя итоги нашей дискуссии за холодным компотом — рынок услуг рейтингования есть, и он будет расти. Но рынок очень сильно зависит от политики регулятора и от того, как тонко он будет производить настройку этого рынка. Спасибо!

 

P.S. беседа прошла 14 июля 2015 года. Журнал «Банковское обозрение» благодарит BBcafe за предоставленное для беседы помещение.






Сейчас на главной

ПЕРЕЙТИ НА ГЛАВНУЮ