Развиваясь с 2016 года, судебная практика пришла к интересным результатам: был разработан тест на поиск центра основных интересов; начала складываться практика открытия за рубежом подчиненных дел о банкротстве. При этом практика трансграничного банкротства юридических лиц не развивалось столь же бурно в силу законодательных ограничений и осторожного подхода судов. Переломом стало дело Pandora Consulting, в котором суд открыл конкурсное производство в отношении имущественной массы иностранной компании.

Теперь российские кредиторы получили новый инструмент для взыскания денежных средств с иностранных контрагентов. В то же время многие вопросы, возникающие в ходе корпоративных банкротств, остаются без ответа, что снижает эффективность проведения подобных процедур в российских судах.

В Законе о банкротстве указано, что к отношениям с участием иностранных лиц в качестве кредиторов применяются положения Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено международным договором Российской Федерации (п. 5 ст. 1 Закона о банкротстве).

Суды неоднозначно воспринимали ситуации, когда инициирование банкротства за рубежом было затруднительным для российских кредиторов (например, по причине введения санкций). Из-за того что Россия не является стороной заключенных международных договоров по вопросам банкротства, попытки кредиторов признать иностранного должника банкротом нередко заканчивались неудачно как за рубежом1, так и в России, где суды указывали на то, что существующие...