Банковское обозрение (Б.О принт, BestPractice-онлайн (40 кейсов в год) + доступ к архиву FinLegal-онлайн)
FinLegal ( FinLegal (раз в полугодие) принт и онлайн (60 кейсов в год) + доступ к архиву (БанкНадзор)
О ESG-трансформации и ESG-повестке сегодня много говорят и пишут, но все больше в свете ближайшего будущего. Еще одна особенность дискурса вокруг ESG-проектов — их социальная окраска. Но каким бы ни был запрос со стороны общества на социально ответственный и экологичный бизнес, работать все это не начнет, пока не будет жестко просчитана рентабельность бизнеса. Зеленая повестка многими до сих пор воспринимается как нечто отвлеченное: собрались, наговорили красивых слов про чистое будущее и… разошлись до следующего раза.
Безусловно, есть многочисленные кейсы по выпуску зеленых и социальных облигаций широким кругом эмитентов, однако должен ли рынок давать премию к таким инструментам? То есть инвестиционная привлекательность неочевидна. Кроме того, ESG-повестка воспринимается как нечто отвлеченное еще и потому, что внедряется сверху — через государство и крупные корпорации, в то время, как, например, в Европе основным драйвером ESG-трансформации выступает гражданское общество. Получается, что стартовые возможности для подобных проектов в России, возможно, нелучшие, но это не значит, что они запретительные.
Запуск электротакси в Сочи на базе сети высокоскоростных заправочных станций — уникальный проект, и одним из его ключевых участников выступило государство. Еще летом Минэкономразвития объявило о создании концепции развития электротранспорта в стране до 2030 года. Уже к 2024 году будет открыто 20 тыс. электрозаправочных станций, а к 2030-му — 50 тыс.
В Москве с 2018 года запущен похожий проект — по замене троллейбусов электробусами. Несмотря на сложности с его реализацией, столичные власти с каждым годом закупают новые электрокары. Но если государство может себе позволить субсидировать подобные проекты, то бизнес — нет. Да, инвесторы активно смотрят на эту нишу, но пока слишком малы компетенции в том, как этим управлять.
Казалось бы, что может быть проще? Есть электрозаправка, есть парк с электромобилями. Заряжайся — и в путь. Однако реальность оказалась сложнее. Нельзя просто так взять и пересесть из авто с двигателем внутреннего сгорания на электрокар. Прежде необходимо трансформировать ключевые бизнес-процессы: ведь у таксопарков и электротаксопарков они разные. Проект в Сочи «взлетел» благодаря платформе Electro.cars, которая кроме стандартных для таксопарков задач по маршрутизации, пересменкам и так далее осуществляет контроль уровня деградации батареи. Помимо традиционных задач платформа:
А еще платформа, по словам ее создателей, позволяет не только привлекать партнеров, но и создавать совершенно новые продукты и услуги, причем не только в формате business to customer, но и в формате B2B. Речь идет о переводе на электрокары коммерческих флотов ритейлеров, логистических компаний и другого бизнеса, связанного с транспортировкой. Особенность сочинского проекта состоит в том, что пассажиры такси — мы с вами — могут воочию оценить, что же такое загадочное ESG. Еще вчера нечто виртуальное и отвлеченное теперь становится понятным и осязаемым. Будущее наступило.
Дальше — интереснее. Согласно проекту Минэкономразвития, сначала электротранспортная инфраструктура будет создана в крупных городах — Москве, Санкт-Петербурге, Сочи, Казани, Калининграде, Нижнем Новгороде. Затем — вдоль трасс М4 «Дон», М12 Москва — Казань. Ожидается, что с 2024 года опыт «пилотов» можно будет масштабировать на всю территорию страны.
Важным подспорьем для развития подобных пилотных проектов стало участие банков. У СберБанка есть первый договор по финансированию создания сети электрозарядных станций:
Потенциальными инвесторами в инфраструктуру для электротранспорта могут стать кафе, рестораны, торговые центры, УК жилых комплексов, девелоперы.
Фонд вместо траста
Санкции, закрывшие для россиян привычные трастовые юрисдикции, неожиданно дали импульс развитию нового для России инструмента — личных фондов, благодаря которым капитал начал возвращаться под российскую юрисдикцию. Такие фонды быстро набирают популярность среди владельцев крупного бизнеса, но за внешней привлекательностью конфиденциальности и наследственного планирования скрывается ключевая проблема — правовая и налоговая неопределенность. Готов ли рынок доверить миллиарды новой конструкции без судебной практики и с риском дорогих ошибок, станет ясно уже в ближайшие годы