По оценкам «Эксперт РА», реальный объем проблемных активов по состоянию на середину 2011 года составляет 16–19% совокупных активов банковской системы (к проблемным активам относятся не только тело долга по просроченным кредитам, но и вынужденные пролонгации, проблемные кредиты, «упакованные» в ЗПИФы, а также малоликвидное имущество, изъятое по договорам отступного, и облигации заемщиков с низким кредитным рейтингом).
Standard & Poor’s оценивает уровень проблемных активов (куда агентство включает просроченные кредиты, реструктуризации, имущество, принятое в качестве отступного, а также проблемную задолженность, переваленную на SPV) в 22-23% портфеля. Ситуация с плохими долгами в корпоративном секторе стабилизировалась, хотя и продолжает оставаться непростой, особенно в строительстве и операциях с недвижимостью, в сельском хозяйстве. Что касается влияния на капитал, то, по оценкам S&P, улучшение качества активов не окажет существенного положительного влияния на показатели, рассчитываемые в регулятивных целях, и в частности на Н1. Позитивный эффект скорее всего будет компенсирован снижением достаточности капитала по мере роста активов, связанного с новым (повышательным) этапом кредитного цикла в экономике
Елена Редько, младший вице-президент – аналитик Moody’s Investors Service, считает, что пик проблемных кредитов (ссуды, просроченные свыше 90 дней, и реструктуризированные кредиты) в России наблюдался в третьем квартале 2010 года и составил 20%. По оценке Moody’s решение проблемы плохих займов в отдельных странах займет до пяти лет: в России – 2 года В текущем году ожидается рост ссудного портфеля в России на 20%. По прогнозу Moody’s, начиная с 2011 года, эффект проблемных кредитов на P&L российских банков будет минимальным.
По мнению Ирины Велиевой, кредитного аналитика S&P, в дальнейшем снижению уровня проблемности могут способствовать несколько факторов. Во-первых, «оздоровление» старого портфеля банков по мере решения проблем у тех заемщиков, которые оказались в сложной ситуации в период кризиса и сейчас постепенно возвращаются к нормальному режиму работы. Во-вторых, растворение проблемной части портфеля в новом объеме выдач, который генерируют банки по мере расширения кредитования. Наконец, постепенная реализация залогов, полученных банками в качестве отступного по кредитам, также будет способствовать улучшению качества активов.
Заемщики, которые в кризис перестали платить, в график, как правило, не возвращаются. Есть маленькая доля компаний, которая в принципе может возобновить платежи в будущем, но они не сделают погоды. Этот факт подтвердил Альберт Амбарцумян, директор департамента работы с проблемной задолженностью Юниаструм Банка.
Банкиры-практики сетуют, что, если в Москве ситуация с квалификацией судей еще более-менее терпимая, то в райцентрах судьи часто просто не понимают, о чем идет речь в исках. Ведь банки обращаемся не только по поводу взыскания имущества, но и о взыскании этой задолженности. А если учесть, что должники подают встречные иски о признании договоров недействительными. Для судей на местах все эти формулировка - темный лес.
Заместитель директора департамента по работе с проблемными активами «Связь-Банка» Максим Саблин на одной из конференций назвал три проблемных аспекта процесса реструктуризации, которая стала для банков одним из основных средств если не справиться с плохими долгами, то скрыть проблему или отсрочить ее. Во-первых, это экономический аспект. Во-вторых, возникают юридические риски - риски оформления новых соглашений, технологически и юридически сложная процедура реструктуризации на стадии судебного и исполнительного производства, в том числе отсутствие возможности отказаться от иска без негативных последствий для банка. Третья помеха - слабая организации процесса в банке. Чтобы реструктуризация заработала, Максим Саблин считает необходимым улучшать коммуникации между банком и заемщиком. Заемщик должен иметь возможность легко обратиться в банк и получить необходимую информацию. Внутри же банка целесообразно создать прозрачный и формализованный бизнес процесс состоящий условно из пяти стадий:  направление заемщиком в банк типового заявления на реструктуризацию с приложением определенных документов, андеррайтинг заявки уполномоченным лицом, принятие решения по заявке, оформление реструктуризации, контроль исполнения достигнутых договоренностей. Срок принятия решения не должен составлять более 5 рабочих дней.
Коллекторы отмечают тенденцию роста передачи корпоративной задолженности на взыскание на аутсорсинг, что свидетельствует о готовности компаний к новым формам работы с долгами и к сотрудничеству с коллекторскими агентствами на судебном этапе и этапе исполнительного производства. При этом практика показывает, что договориться об урегулировании задолженности в досудебном порядке становится все сложнее в связи с массовыми выводом активов. Правда, сами банкиры не очень хорошо отзываются о умении коллекторов работать с долгами корпоративного сектора. Впрочем, из нежизнеспособных предприятий, которые не генерируют хоть какие-нибудь доходы, вряд ли кто-то сможет выбить причитающиеся по кредитным договорам суммы.
Что касается перспектив появления новых плохих долгов, то, как предположил Павел Самиев, заместитель генерального директора «Эксперт РА», в статье в БО № 08/2011 «7 угроз банковского рынка»: «...для банков сохраняется угроза в том, что финансовое положение многих предприятий остается неустойчивым: их клиентская база плохо диверсифицирована, потеря крупного заказа может стать для них фатальной. Жизнеспособность целого ряда компаний, которых поддерживается исключительно за счет бюджетных вливаний и государственных заказов. В случае ужесточения бюджетной политики либо смены государственных приоритетов эти заемщики окажутся неплатежеспособны».