Банковское обозрение

Финансовая сфера

04.07.2019 Аналитика
Сдвиг между прошлым и будущим

Председатель Банка России Эльвира Набиуллина 4 июля выступила на XXVIII Международном финансовом конгрессе в Санкт-Петербурге с программным докладом, рассказав о задачах, которые стоят перед мегарегулятором. «Б.О» приводит тезисы ее выступления по наиболее актуальным темам



О достижениях последних лет

Сейчас есть прочный базис для развития: низкая инфляция и инструменты для стабилизации ее вблизи целевого уровня (4%); политика таргетирования инфляции; дисциплинированная, ответственная бюджетная политика, которую проводит правительство.

 

Эльвира Набиуллина, ЦБ РФ. Фото: Вячеслав Викторов / Россконгресс

Эльвира Набиуллина, ЦБ РФ. Фото: Вячеслав Викторов / Россконгресс

Сегодня наша страна в большей степени защищена от внешних рисков и подготовлена к новым возможным всплескам волатильности.

О внешних макроэкономических угрозах и торговых войнах

В прошлые годы основной вызов был связан с тем, как российской экономике и финансовой сфере приспособиться к новому миру — с низкими ценами на нефть и резко возросшим уровнем неопределенности, где геополитические факторы стали «джокерами», которые могут резко изменить расстановку сил в игре.

У нас нет оснований считать, что в какой-либо обозримой перспективе внешняя ситуация принципиально изменится. Да, будут колебания вверх и вниз, связанные как с новыми действиями и договоренностями стран в торговой войне, так и с попытками центральных банков купировать наиболее негативные эффекты или, наоборот, — с новыми вспышками популизма в политике, с геополитическими обострениями.

То есть внешняя среда будет оставаться сложной. Но, с другой стороны, она не настолько уж плоха. Во всяком случае, мы явно живем сейчас совсем не по рисковому сценарию. Цены на нефть несколько выше ожиданий, наша страна продолжает быть интересной для глобальных рынков капитала.

О макроэкономической стабильности в РФ

Мы сейчас стоим перед лицом более грозного вызова — темпы экономического роста очень низкие, бизнес пока не видит перспектив, доходы населения практически не растут, и граждане слабо чувствуют, что достигнутая стабильность дала им лучшее качество жизни.

Макростабильность — это еще не рост, рост сейчас — около 1,5–2%, а в первом квартале он вообще составил лишь 0,5%. И это при очень низкой безработице. Основное, что нужно сделать для того, чтобы экономика начала расти, — это кардинальное улучшение инвестиционного климата. Здесь нельзя заниматься смещением фокуса экономической политики, отвлечением внимания на непервостепенные факторы.

О национальных проектах

В этом году правительство приступило к реализации национальных проектов, которые как раз призваны снять структурные ограничения. Эти проекты, предполагающие инвестиции в образование, здравоохранение, инфраструктуру, при эффективном управлении ими должны сработать.

О предпринимательской активности и инвестиционном климате

Нужно создать стимулы для предпринимательской инициативы. Экономический рост обеспечивает бизнес, а не государство. Государственные инвестиции не могут подменить частные. И даже при успешной реализации национальных проектов в их государственной части нет никакой гарантии, что они дадут соразмерный мультипликативный эффект через расширение частных инвестиций. Причем важно подчеркнуть, что частные инвестиции — это не кредиты, полученные под низкие проценты в банках под госгарантии.

Если пытаться, раздавая дешевые деньги, маскировать структурные проблемы… сначала мы лишимся завоеванной с таким трудом макроэкономической стабильности, а потом будем заново решать проблему ее восстановления, подрывая веру в завтрашний день у населения и бизнеса.

О регулировании корпоративного кредитования

В рамках подходов к так называемому стимулирующему регулированию мы будем стремиться делать корпоративное кредитование более привлекательным для банков, конечно, без ущерба для управления рисками при тщательном анализе банками заемщиков.

Здоровое корпоративное кредитование — это в первую очередь кредитование операционных компаний, занимающихся развитием производства. А пока мы видим, что банки с бОльшим удовольствием кредитуют сделки слияний и поглощений, то есть перераспределение собственности, а не расширение деятельности, при этом все чаще испытывая проблемы с возвратом ранее выданных кредитов.

Мы еще год назад говорили о том, что нас тревожит эта тенденция, но банки просили нас повременить с введением регуляторных мер, направленных на ограничение кредитования сделок слияний и поглощений. Однако мы видим, что без прямого регуляторного давления… тенденция не изменится. Поэтому далее откладывать введение этих мер мы не намерены.

До конца года повышение резервов на возможные потери по ссудам по таким сделкам будут приняты и вступят в силу. Мы будем относить такие кредиты к III категории качества с расчетным резервом 21%, при наличии обеспечения он может быть снижен до 10%. Перевод ссуд во II категорию качества будет возможен, если заемщик показывает хороший финансовый результат, но резерв все равно не будет ниже 5%. У нас будет при этом недлинный ряд исключений, смягчающих это правило: вложения в уставные капиталы предприятий в рамках федеральных целевых программ, в стратегические предприятия, ниже резерв при наличии госгарантий.

О контроле за инвестированием пенсионных накоплений

Мы уже изменили регулирование таким образом, чтобы стимулировать долгосрочные вложения НПФ в реальный сектор: разрешили не переоценивать активы из-за краткосрочных колебаний рынка, расширили возможности по инвестированию в концессионные облигации, ввели ограничения на объем вложений в финансовый сектор. Мы видим, что вложения НПФ в финансовый сектор снижаются, а в реальный сектор на этом фоне растут, но потенциал для дальнейшего роста еще существует.

Приоритет для нас здесь — контроль за устойчивостью пенсионных фондов, а это основа для доверия к пенсионным накоплениям в целом и для развития накопительного элемента в пенсионной системе.

О «зеленом» кредитовании

Уже прошли первые выпуски зеленых облигаций, купоны по ним дотирует Министерство промышленности.

И все же гринфайненсинг у нас пока еще воспринимается как экзотика, но на развитых рынках он уже стал реальным фактором инвестиционной политики, который влияет на доступ компаний к капиталу. Я считаю важным развивать его в России, и Центральный банк будет уделять этому особое внимание.

О Системе быстрых платежей

Российский финансовый сектор вполне успешно оседлал цифровую волну, по оценкам мы на третьем месте в мире по проникновению финансовых технологий, но одновременно возникают новые вызовы.

ДорогА именно инфраструктура, а на ее базе даже небольшие участники смогут предложить инновационные, конкурентоспособные продукты. Именно поэтому мы запустили наши инфраструктурные проекты: биометрию, «Маркетплейс», Систему быстрых платежей.

Сейчас, когда приближается второй этап развития Системы быстрых платежей — запуск платежей в пользу юридических лиц, те же банки, что горячо поддерживали СБП изначально, начали волноваться, что будет с их карточным бизнесом, высокомаржинальным бизнесом, ценовые условия которых вызывают ожесточенные споры с розничной торговлей.

Приоритет для регулятора — развитие конкуренции ради лучших условий получения финансовых продуктов и услуг потребителями. В итоге мы создаем инфраструктуру не только и не столько для финансового рынка, сколько для экономики и для потребителей.

О контроле за «новыми монополиями»

Большие финансовые и нефинансовые институты, которые владеют несопоставимым с игроками меньших размеров объемом данных, будут становиться новыми монополиями.

Мы считаем важным создать условия недискриминационного доступа к данным. Для этого в том числе реализуем совместно с правительством проект цифрового профиля. Думаем над развитием регтех-решений, к примеру индивидуальных рейтингов гражданина или скорингов компаний малого и среднего бизнеса, которые могли бы разработать бюро кредитных историй или специализированные компании и предлагать небольшим участникам.

О вопросах, возникающих при выходе на финансовый рынок нефинансовых игроков

Самый масштабный вызов связан с развитием платформенных решений, когда один продавец может предлагать разные типы финансовых продуктов; вызовом также является выход на финансовый рынок нефинансовых игроков, в том числе и крупнейших технологических BigTech-агрегаторов.

Какое регулирование применять к нефинансовым компаниям, предоставляющим финансовые сервисы? Как регулировать игроков, продающих одновременно продукты разных типов — банковские, страховые, инвестиционные, некоторые даже медицинские сервисы, нефинансовые сервисы? Кто должен иметь доступ к деньгам Центрального банка? Только банки, как сейчас? Или также финтех-компании, другие компании, которые предоставляют финансовые услуги?

О новых подходах к регулированию участников рынка

Тенденции в развитии рынка… подталкивают нас к тому, чтобы сместить акцент в регулировании с требований к юридическому лицу на требования к осуществляемой деятельности. Если какая-либо компания начинает оказывать финансовые услуги, она должна будет получить у нас лицензию на соответствующий вид деятельности.

О поведенческом надзоре в новых условиях

Сейчас у нас есть инструменты поведенческого надзора для некредитных финансовых организаций, здесь ключевую роль играют стандарты продаж и саморегулируемые организации, которые следят за их исполнением.

Но в банковском секторе (а мы видим, что банковский канал становится главным) у нас саморегулирования нет. Модель банковских ассоциаций, которая у нас сложилась, не предполагает, что ассоциации могут влиять на поведение своих членов и тем более наказывать их за недобросовестные практики.

 

Эльвира Набиуллина, ЦБ РФ. Фото: Вячеслав Викторов / Россконгресс

Эльвира Набиуллина, ЦБ РФ. Фото: Вячеслав Викторов / Россконгресс

Замкнуть контур регулирования возможно только в том случае, если все агенты, продающие продукты, будут придерживаться стандартов. То есть встает вопрос о саморегулируемых организациях в банковском секторе.

Мы подходим к необходимости изменения законодательства, которое позволит через механизм саморегулирования контролировать добросовестность продаж банками и банковских, и небанковских продуктов.

Об оптимизации регуляторной нагрузки

Понимаем, что административные издержки, связанные со взаимодействием с нами как с регулятором, тоже являются зоной оптимизации.

Мы решили создать рабочую группу, которая будет принимать предложения участников рынка по корректировке регулирования. Мы будем смотреть на наши нормы с точки зрения оценки их фактического воздействия — не только регуляторного воздействия, когда оценивается, каких эффектов мы ждем от будущего регулирования.

Мы хотим провести аудит предоставляемой поднадзорными организациями отчетности и объема данных, здесь большой ресурс для оптимизации

В банковском регулировании можно отменить норматив Н10.1, который ограничивает совокупную величину кредитного риска банка в отношении всех инсайдеров. Этот норматив, на наш взгляд, стал избыточен после вступления в силу Н25.

О конкуренции в финансовом секторе

И экономическая конъюнктура, и долгосрочные тренды показывают, что с каждым годом конкуренция будет жестче, маржа — ниже. Традиционные бизнес-модели будут быстро уходить в прошлое.




Читайте наши лучшие материалы Яндекс. Дзен Телеграмм

Присоединяйся к нам в телеграмм
Читайте также