Банковское обозрение

Сфера финансовых интересов

  • Недостаточно верить в венчур — надо развивать инфраструктуру
11.01.2019 Аналитика
Недостаточно верить в венчур — надо развивать инфраструктуру

О совместном проекте Сбербанка и 500 Startups по «выращиванию» предпринимателей, о том, какие направления бизнеса в России сегодня наиболее динамично развиваются, а также о том, когда у нас появится мощная сфера венчурного финансирования, «Б.О» рассказала Наталья Магидей, руководитель акселератора «Сбербанка» и 500 Startups



— Наталья, давайте начнем с цифр. Сколько всего проектов отобрано на первой стадии и сколько попало на акселерацию в Москве?

— Поскольку ранее Сбербанк не занимался акселерацией, мы думали, что первая волна соберет максимум 500 заявок, но поступило более 800. После первичного отбора осталось 160 заявок, которые прошли оценку инвестиционными департаментами Сбербанка и подразделениями, развивающими экосистему Сбербанка, воронку 500 Startups и анализ со стороны наших партнеров, которые смотрели на компании с точки зрения дальнейшего сотрудничества, а именно возможности войти в капитал или сделать совместный проект. Также мы привлекли локального партнера — бизнес-инкубатор НИУ-ВШЭ, они оценивали каждую команду с точки зрения финансовой аналитики. В финале у нас получился топ-30.

 

Наталья Магидей, Сбербанк. Фото: Сбербанк

Наталья Магидей, Сбербанк. Фото: Сбербанк

 

— В США поедет только семь проектов. Это ваша квота или таков потолок инвестиций, на которые готов Сбербанк в этой программе?

— Это условие для естественной конкуренции. Если бы мы решили выбрать 15 или 20 победителей, то каждая команда могла бы подумать: «Наверняка я попаду в Долину, ведь шанс два к одному». Сейчас они понимают, что только четверть поедет в США, и это их стимулирует работать лучше, выкладываться по полной. Если достойными поездки в Кремниевую долину окажутся 10 команд и мы не сможем выбрать из них лучших, то поедут все 10, и наоборот, если лучшими станут 6, а не 7, то полетят шесть… Мы сфокусированы не на количестве, а на качестве.

— Хотелось бы услышать разбивку по анонсированным направлениям. Чем вызвана популярность некоторых?

— В большей части проектов предлагают решения на базе искусственного интеллекта. Второе место занимают облачные b2b-решения. Дальше примерно в одинаковой пропорции, идут проекты из сферы e-commerce, e-health, Интернета вещей. Также интерес вызывают маркетплейсы.

 

 

— Реально ли было вступить в программу с производственным стартапом?

— Конечно, реально, и у нас на площадке есть несколько команд, которые занимаются разработкой подобных решений. Например, устройство, похожее на напольные весы, которое благодаря сканированию тела человека, позволяет создать его 3D-клон. У такого 3D-клона масса вариантов использования, и сначала ребята из команды думали над тем, чтобы на основании 3D-клона анализировать спортивную форму каждого человека и в зависимости от этого давать рекомендации. Но в течение акселерации у проекта случился пивот (так называется изменение продукта: его сути, целевой аудитории, бизнес-модели и т.д.), и сейчас команда склоняется к тому, чтобы благодаря устройству клиент мог подгружать свою 3D-проекцию на сайты одежды и перед покупкой оценивать, как эти вещи смотрятся на нем, чтобы не потратить деньги зря. Texel, «Умная примерочная» — так сейчас называется этот проект. Он входит в топ-10 лучших сканеров тела в мире, по версии французского агентства Aniwaa.

Еще есть проект «i-Brain», нейроинтерфейс с искусственным интеллектом для восстановления движений после инсульта и травм мозга. Интерфейс распознает воображаемые движения по сигналам мозга и превращает их в реальные движения у героев в специальных компьютерных играх. Таким образом, человек тренирует и восстанавливает нарушенные двигательные функции. Запущены пилотные коммерческие проекты в нескольких клиниках Москвы и Санкт-Петербурга.

— Обязательна ли интеграция в экосистему Сбербанка для участников акселератора?

— Найти точки соприкосновения за время акселерации крайне желательно для обеих сторон: и для стартапа, так как для него Сбербанк — крупный заказчик и инвестор, и для Сбербанка, потому что ему интересны новые направления и продукты для собственной экосистемы. При этом, если не получится найти точки соприкосновения со Сбербанком, мы готовы помочь стартапам в поиске потенциального заказчика среди партнеров акселератора, а это — более 20 крупных корпораций. Конечно, оптимальным будет вариант, когда стартапом заинтересуются и Сбербанк, и корпоративные партнеры акселератора.

Банк всегда считает деньги, но в венчурной индустрии «период подсчета» зачастую наступает через 7–10 лет

Мы много работаем в этом направлении и помимо обучающей программы каждую неделю устраиваем какие-то необычные мероприятия, связанные с нетворкингом и развитием проектов наших стартапов. Например, две недели назад мы устроили вечер партнеров. Все партнеры акселератора, например Департамент информационных технологий Москвы, «Вымпелком», «Магнит», «Северсталь», «Рамблер», МТС, слушали 30-секундные питчи команд и после этого подходили знакомиться с ребятами поближе. В итоге кто-то уже договорился о сотрудничестве, и это очень важная часть нашего проекта: в акселераторе Сбербанка и 500 Startups импульс для развития бизнеса получают не только финалисты, а все участники.

— А какой главный интерес у Сбербанка в этом мероприятии? Ведь банк всегда считает деньги.

— Банк считает деньги, но в венчурной индустрии «период подсчета» зачастую наступает через 7–10 лет. Мы это прекрасно понимаем и соглашаемся с условиями и потенциальными рисками. Мы хотим вывести предпринимательство в России на новый уровень и считаем, что Сбербанку это под силу. Вполне возможно, что первые несколько лет у нас, скорее всего, будут высокие издержки с минимальным результатом, но мы хотим дать нашим участникам уверенность в том, что в стране есть сильный игрок, который поможет развиваться и с точки зрения образования, и с точки зрения расширения дистрибуции через собственную систему и экосистему партнеров, и с точки зрения поиска сильных инвесторов.

— По какой методике вы оцениваете потенциал монетизации?

— Основным условием было наличие MVP-продукта и реальных продаж. Оригинальная программа 500 Startups рассчитана именно на масштабирование продукта, а не на его разработку. Соответственно нам было очень важно, чтобы спрос на продукты команд был подтвержден на рынке и чтобы в рамках акселератора стартапы могли сосредоточиться именно на масштабировании.

— Сколько отсеялось стартапов именно из-за отсутствия первых клиентов и MVP?

— У нас было обязательное условие, чтобы MVP имелось хотя бы в зачатке. Из 843 заявок только 87 команд еще не выпустили минимальную версию работающего продукта, у остальных они уже были запущены.

— Что можно посоветовать тем, кого вы отсеяли на этом этапе?

— Пройти акселератор для стартапов, находящихся на более ранней стадии развития, в других институтах, например в бизнес-инкубаторе ВШЭ. Такие программы очень сильно меняют сознание команд. Многие понимают, что нужно развернуться на 180 градусов.

 

Наталья Магидей, Сбербанк. Фото: Сбербанк

Наталья Магидей, Сбербанк. Фото: Сбербанк

 

— Проект 500 Startups во многом опирается на посевных инвесторов и бизнес-ангелов. В России этот тип инвесторов очень скромно распространен по сравнению с Западом. Почему? Как изменить ситуацию?

— Для того чтобы продвинуть тему акселерации и венчурных инвестиций на уровне страны, недостаточно самому стать лидером в этой индустрии. Нужно создать благоприятную среду, на которой будет расти и развиваться эта область. Не хочу забегать вперед, но мы планируем вовлекать в историю венчурных инвестиций все больше игроков. Уже сейчас помимо работы в рамках акселерации 500 Startups проводят программу обучения по венчурным инвестициям для наших 20 топ-менеджеров.

— Реально ли в перспективе организовать в России площадку-акселератор, аналогичную американской? Какие препятствия могут быть на этом пути?

— Сейчас рано об этом говорить, потому что в России пока не готова инфраструктура. Чтобы подобный акселератор хорошо работал в нашей стране, нужен такой же спрос на стартапы, как сейчас, например, в США. В Америке в год заключается несколько тысяч венчурных сделок, а у нас — несколько сотен. Чтобы подобную программу сделать в России, нужно в несколько раз увеличить количество активных инвесторов и бизнес-ангелов и уже после этого создавать действительно классный акселератор, выпускников которого эти инвесторы разбирали бы.

— Вы интересовались у 500 Startups, как они оценивают текущий уровень наших стартапов?

— Это был первый вопрос, который мы им задали. Стартапы, которые сейчас в топ-30, сильно превзошли их ожидания. У российских стартапов очень мощная IТ-составляющая, но значительные проблемы в маркетинге и продажах.

В Америке в год заключается несколько тысяч венчурных сделок, а у нас — несколько сотен

Судите сами: только собираясь знакомить рынок с нашими стартапами, мы попросили все команды описать свой проект в одном предложении и потом долго доказывали им, что формулировка «Мы — автоматизированная система для персонализации инновационных бизнес-процессов…» инвестора не зацепит. После нескольких недель акселерации у команд наблюдается значительный прогресс в самопозиционировании и разговоре с инвесторами и заказчиками на одном языке.

— Все стартапы физически располагаются в одном большом коворкинге. Возможны ли какие-то формы кооперации между ними?

— У нас со стартапами традиция каждую пятницу собираться и обсуждать новости: планы и достижения за прошедшую неделю, вызовы и неудачи, ошибки и уроки. Через две недели после старта мы заметили, как команды начали предлагать друг другу помощь, если что-то не получается. Например, CIO предлагают разобраться в багах кода. Или один из со-основателей стартапа в прошлом был юристом по международным сделкам, он консультирует команды по вопросам, связанным с международным правом. Ну и, конечно, многие стартапы обзавелись новыми клиентами в лице друг друга.

Кроме кооперации между стартапами мы стараемся развивать коллаборацию между двумя IT-проектами Сбербанка: «Акселератором» и «Школой21». Мы находимся в одном здании с громким проектом Сбербанка — всемирно известной школой программирования «Школа21. По понедельникам, когда в «Акселераторе» проходят лекции, мы зовем на них студентов «Школы21» — ведь это уникальная возможность вживую послушать таких интересных и известных специалистов, как, например, Тристан Поллок, американский предприниматель, венчурный инвестор, который входит в мировой список Forbes «30 до 30». Студенты из «Школы21» приходят с удовольствием, и мы думаем, что стартапы скоро будут «приглашать» к себе в команды самых талантливых ребят.

— Когда определятся финалисты?

— На демо-дне, который пройдет в феврале в Москве. На него мы пригласим большое количество партнеров, инвесторов, бизнес-ангелов, а также журналистов.

Сейчас стартапы ушли на каникулы (на каникулы они ушли с большой домашней работой по развитию собственных проектов), а в январе их ждет вторая часть обучения. В финале программы каждая команда подготовит двухминутный питч о себе и расскажет, каких результатов они сумели достичь за время акселерации. Команды поборются за внимание и заказы крупных корпораций и деньги многочисленных инвесторов.

СПРАВКА
В 2018 году Сбербанк запустил свой акселератор стартапов. Партнерами в проекте стали известные американские эксперты из акселератора 500 Startups и еще 25 крупных компаний и инвестиционных фондов. 500 startups является признанным международным акселератором, который выпустил уже более 2000 команд, среди них всемирно известные «единороги» Dropbox, Grab, Credit Karma, Twilio, MakerBot, WildFire, Be, Simple. В рамках проекта 500 Startups обучают российских IT-предпринимателей бизнес-практикам мирового уровня.