Финансовая сфера

Банковское обозрение


  • Оспаривание сделок с кредитными организациями при банкротстве заемщиков
22.01.2021 Best-practice
Оспаривание сделок с кредитными организациями при банкротстве заемщиков

В процессе банкротства сделки банкрота в пользу кредитных организаций анализируются с пристрастием. Остановимся на особенностях оспаривания некоторых таких сделок1


Сделки с предпочтением

Закон о банкротстве2 предусматривает возможность оспаривания сделок, совершенных самим должником или другими лицами за его счет, как по общим основаниям Гражданского кодекса Российской Федерации, так и по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве.

Перечень таких оснований является закрытым и содержится в гл. III.I Закона о банкротстве:

  • сделки с неравноценным встречным предоставлением (п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве);
  • сделки, совершенные с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов (п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве);
  • сделки с предпочтением (ст. 61.3 Закона о банкротстве).

На последней категории сделок остановимся подробнее.

Противоправный характер сделок с предпочтением обусловлен тем, что они заключаются в условиях неплатежеспособности должника, когда очевидно, что все его активы в ближайшее время станут конкурсной массой в связи с надвигающимся банкротством. В процедуре банкротства все имущество должника, составляющее конкурсную массу, пропорционально распределяется между его кредиторами в соответствии с очередностью, установленной Законом о банкротстве3

Однако при заключении сделки с предпочтением часть имущества должника как бы выбывает (в момент заключения сделки или позднее, при условии наступления какого-либо события4) из его будущей конкурсной массы и направляется на взаиморасчеты с отдельным кредитором, в чем и заключается преференциальный характер такой сделки.

Из п. 2 ст. 61.3 Закона о банкротстве следует, что, если сделка с предпочтением совершена после возбуждения судом дела о банкротстве или в течение одного месяца до наступления этого события, доказывать знание контрагента о наличии признака неплатежеспособности должника не требуется. 

Совершение преференциальной сделки более чем за месяц до возбуждения дела о банкротстве, но в пределах шести месяцев, накладывает на заявителя бремя доказывания знания контрагента по сделке о неблагоприятном финансовом состоянии должника. 

Критерий знания контрагента по сделке о наличии у должника признаков банкротства является, по мнению автора, ключевым для данной категории споров, несмотря на то что Закон о банкротстве не всегда требует наличия этого критерия. Наиболее наглядно важность критерия знания о признаках неплатежеспособности прослеживается при анализе практики оспаривания платежей, совершенных менее чем за месяц до возбуждения дела о банкротстве, а также платежей, совершенных в пользу банков. 

При этом банки находятся в особой зоне риска. Это обусловлено тем, что, как правило, должники до последнего стремятся исполнять перед ними свои обязательства, регулярно перечисляя транши по кредитам, поскольку досрочное востребование кредита чревато для должника окончательной утратой платежеспособности и зачастую лишением находящегося в залоге имущества. Из этого следует, что платежи по кредитам совершаются должниками уже при наличии явных признаков неплатежеспособности, что влечет в будущем подачу заявлений об оспаривании таких платежей как сделок с предпочтением.

Закон о банкротстве содержит положения, которые защищают добросовестных участников правоотношения от подобных претензий и позволяют им сохранять полученные от должников в предбанкротный период платежи. Эти положения содержатся в ст. 61.4 Закона о банкротстве5 и имеют свою специфику.

1. Пунктом 2 ст. 61.4 Закона о банкротстве предусмотрено, что сделки, совершаемые в обычной хозяйственной деятельности, осуществляемой должником, не могут быть оспорены на основании п. 1 ст. 61.2 и ст. 61.3, если цена имущества, передаваемого по одной или нескольким взаимосвязанным сделкам, либо размер принятых обязательств или обязанностей не превышает 1% стоимости активов должника, определяемой на основании бухгалтерской отчетности должника за последний отчетный период.

При применении данной нормы суды исходят из того, что к сделкам, совершенным в процессе обычной хозяйственной деятельности, не могут быть отнесены сделки, совершенные при наличии обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности контрагента, который согласился принять исполнение без учета принципов очередности и пропорциональности, располагая информацией о недостаточности имущества должника для проведения расчетов с другими кредиторами6.

2. Согласно п. 4 ст. 61.4 Закона о банкротстве сделки, связанные с исполнением денежных обязательств, вытекающих из кредитного договора, не могут быть оспорены на основании ст. 61.3, если:

  • должник не имел к моменту исполнения известных кредитору просроченных денежных обязательств перед другими кредиторами или перед бюджетом;
  • исполнение обязательства не отличалось по срокам и размеру от уплаченных ранее платежей по этому же кредитному договору.

Практика оспаривания платежей, совершенных в пользу банков и налоговых органов7, свидетельствует о том, что оба указанных критерия должны присутствовать одновременно. Знание кредитора о том, что у должника есть обязательства перед иными лицами, вследствие чего платеж по кредиту может иметь преференциальный характер, исключает возможность применения п. 2 ст. 61.4 Закона о банкротстве. 

Вместе с тем суды исходят из отсутствия у участников правоотношения, в том числе банков, обязанности каждый раз перед получением платежей проверять платежеспособность контрагента.

Наличие подобного подхода в практике приводит к тому, что для признания недействительными платежей, совершенных в пользу банка, как сделок с предпочтением заявителю необходимо с высокой степенью вероятности подтвердить факт осведомленности банка о неблагоприятном финансовом состоянии должника. К числу признаков, свидетельствующих в пользу такой осведомленности, относятся:

  • аффилированность банка и должника, их подконтрольность единому бенефициару8;
  • совершение сделки после введения в отношении должника процедуры банкротства9;
  • отсутствие ранее совершенных аналогичных платежей по данному обязательству10;
  • содержащиеся в открытых источниках данные о наличии у должника значительного количества просроченных обязательств11;
  • принятие банком платежей после возбуждения дела о банкротстве в ситуации, когда заявителем по этому делу является сам банк12.

Аналогичные критерии осведомленности о признаках неплатежеспособности актуальны и для сделок, подпадающих под установленную п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве оговорку о совершении незначительной по сумме (менее 1% балансовой стоимости активов должника) сделки в ходе обычной хозяйственной деятельности. 

Приведенный перечень признаков осведомленности банка о неудовлетворительном финансовом состоянии заемщика не является закрытым, что предоставляет суду дискрецию для разрешения конкретного дела с учетом его уникальных обстоятельств. 

Таким образом, практический механизм оспаривания подобных сделок сводится к доказыванию знания контрагента по сделке о получаемой им преференции: подобное поведение не отвечает критерию добросовестности и не защищается правопорядком, что исключает возможность применения «смягчающих» положений ст. 61.4 Закона о банкротстве. 

Обеспечительные сделки

В банковской практике при кредитовании широко применяется обеспечение в виде поручительства и залога, причем нередко обеспечительные сделки заключаются банками не только с самим заемщиком, но и  с иными лицами. 

Когда речь идет о крупных бизнес-структурах, кредитные и обеспечительные сделки могут быть сложноструктурированными, что порождает значительное количество нюансов при рассмотрении вопросов о действительности таких сделок.

Договоры поручительства и залога являются сделками по принятию обязательств13 и  в связи с этим могут носить преференциальный характер, а значит, и оспариваться по правилам ст. 61.3 Закона о банкротстве.

При этом необходимым условием для признания обеспечительной сделки недействительной на основании ст. 61.3 Закона о банкротстве является её направленность на обеспечение исполнения обязательства самого должника или иного лица перед отдельным кредитором, возникшего до совершения обеспечительной сделки14.

Если же обеспечительная сделка не обладает признаками предпочтительности и/или совершена за пределами шестимесячного срока, применимого для преференциальных сделок, она может быть оспорена как сделка, совершенная с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов (п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве), либо по общим основаниям недействительности, предусмотренным ГК РФ15.  

Оспаривание сделок на основании п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве довольно сложный процесс и требует комплексного анализа сделки, условий, в которых она совершалась, личности контрагента и прочих обстоятельств. 

Применительно к сделкам, направленным на обеспечение исполнение обязательств третьего лица (как правило, входящего с поручителем/залогодателем в одну группу лиц), ситуация осложняется специфическим характером таких сделок, не предусматривающим экономическую выгоду для поручителя/залогодателя16.

Мотивы заключения одним членом группы компаний обеспечительных сделок в пользу другого члена этой же группы раскрываются в п. 9 Постановления Пленума ВАС РФ от 12.07.2012 № 42 «О некоторых вопросах разрешения споров, связанных с поручительством», согласно которому заключение договора поручительства или залога может быть вызвано наличием у поручителя и должника по основному обязательству общих экономических интересов.

Верховный Суд неоднократно отмечал17, что получение обеспечения от компании, входящей в одну группу лиц с заемщиком, является стандартной практикой с точки зрения нормального гражданского оборота и само по себе не свидетельствует о наличии признаков неразумности или недобросовестности в поведении кредитора даже в ситуации, когда поручитель принимает на себя обязательства, превышающие его финансовые возможности.

Предполагается, что при кредитовании одного из участников группы лиц в конечном счете выгоду в том или ином виде должны получить все ее члены, так как в совокупности имущественная база данной группы прирастает.

При этом суды, отходя от формализма и оценивая сущность экономических отношений, признают вхождение лиц в одну группу не только по сугубо юридическим основаниям18, но и по признакам фактической аффилированности, ключевой особенностью которой является заключение сделок на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка19.

Исходя из изложенного, для установления порочности обеспечительной сделки, которая априори не предусматривает возмездности и практически всегда обусловлена сложными внутригрупповыми отношениями и опосредованным получением должником-поручителем выгоды в силу его членства в группе необходимо доказать нестандартный, нетипичный для рыночных отношений характер такой сделки.  

К числу признаков, свидетельствующих в пользу такого характера сделки, относятся:

  • отсутствие экономической выгоды в совершении основной и как следствие обеспечительной сделок не только непосредственно для должника, но и для иных членов группы;
  • внутригрупповой характер обеспечиваемого обязательства, т.е. аффилированность всех участников правоотношения: кредитора, заемщика и поручителя;
  • заведомая невозможность основного должника исполнить обеспечиваемое обязательство (к примеру, в силу его неплатежеспособности, о которой кредитору должно было быть известно)20;
  • участие кредитора в операциях по неправомерному выводу активов;
  • получение кредитором безосновательного контроля за ходом дела о банкротстве;
  • реализация договоренностей между заимодавцем и поручителем (залогодателем), направленных на причинение вреда иным кредиторам, лишение их части того, на что они справедливо рассчитывали21.

Таким образом, признание обеспечительных сделок недействительными в делах о банкротстве имеет уникальную специфику. На практике суды отказывают в признании таких сделок недействительными, если они не имеют признаков предпочтения и при этом отношения по кредитованию внутри группы носили стандартный рыночный характер. Само же по себе неблагоприятное финансовое состояние поручителя/залогодателя не является определяющим критерием недобросовестности банка, если он, принимая обеспечение, учитывал совокупные активы всей группы компаний и действовал в рамках стандартной рыночной модели поведения.


1. В настоящей статье не рассматриваются процессуальные особенности оспаривания сделок.
2. Здесь и далее — Федеральный закон от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».
3. Пункт 3 ст. 142 Закона о банкротстве.
4. К примеру, при наступлении просрочки по основному обязательству, в обеспечение которого было выдано поручительство.
5. Распространяется также на отношения по уплате обязательных платежей в бюджет.
6. Впервые данная позиция была сформулирована на уровне ВС РФ в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам ВС РФ от 25.01.2016 № 310-ЭС15-12396 по делу № А09-1924/2013.
7. Обзор судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденный Президиумом ВС РФ 20.12.2016; Определение Судебной коллегии по экономическим спорам ВС РФ от 09.08.2018 № 305-ЭС17-22089 по делу № А40-55732/2017.
8. Постановление Арбитражного суда Московского округа от 21.11.2019 № Ф05-19433/2019 по делу № А40-72307/2017
9. Постановление Арбитражного суда Московского округа от 22.10.2020 № Ф05-12238/2020 по делу № А40-98502/2017
10. Постановление Арбитражного суда Московского округа от 06.02.2020 № Ф05-2696/2016 по делу № А41-61444/2015
11. Постановление Арбитражного суда Московского округа от 23.01.2020 № Ф05-2894/2019 по делу № А40-29553/2017.
12. Постановление Арбитражного суда Московского округа от 03.04.2019 № Ф05-1504/2019 по делу № А40-102434/17.
13. Пункт 14 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением гл. III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)"».
14. Абзац 2 п. 1 ст. 61.3 Закона о банкротстве, Определение Судебной коллегии по экономическим спорам ВС РФ от 15.06.2018 № 304-ЭС17-21427 по делу № А67-4289/2013.
15. Пункт 8 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением гл. III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)"».
16. Гражданский кодекс Российской Федерации. Постатейный комментарий к разд. III «Общая часть обязательного права» / А.В. Барков, А.В. Габов, М.Н. Илюшина и др.; под ред. Л.В. Санниковой. — М.: Статут, 2016. — 622 с.
17. Например: Определение Судебной коллегии по экономическим спорам ВС РФ от 15.02.2019 № 305-ЭС18-17611 по делу № А41-14638/2016, Определение Судебной коллегии по экономическим спорам ВС РФ от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475 по делу № А53-885/2014.
18. Пункт 9 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции».
19. Определение Судебной коллегии по экономическим спорам ВС РФ от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6) по делу № А12-45751/2015.
20. Определение Судебной коллегии по экономическим спорам ВС РФ от 05.11.2019 № 305-ЭС17-8176(3) по делу № А40-106002/2015.
21. Определение Судебной коллегии по экономическим спорам ВС РФ от 15.02.2019 № 305-ЭС18-17611 по делу № А41-14638/2016.