Финансовая сфера

Банковское обозрение


  • Взыскание убытков с контролирующего должника лица в процедуре банкротства
15.12.2022 Best-practice

Взыскание убытков с контролирующего должника лица в процедуре банкротства

Взыскание убытков с бывшего руководителя — весьма обширное поле для судебного правотворчества. Так, только за первое полугодие 2022 года суды рассмотрели более 530 дел о взыскании убытков с топ-менеджеров, 164 требования удовлетворены


Тенденция роста числа требований, предъявляемых к бывшим директорам, очевидна. Пожалуй, самым громким судебным актом о взыскании убытков с контролирующих лиц за 2022 год стало решение Арбитражного суда г. Москвы от 03.08.2022 по делу № А40-3089982/18. Суд установил факт причинения обществу убытков в виде выдачи кредитов подконтрольным компаниям и частично удовлетворил требования к контролирующим лицам в размере 91 млрд рублей.

Взыскание убытков в процедуре банкротства — это способ защиты имущественных прав участников дела, представляющий собой универсальную меру восстановления нарушенного права. Убытки подлежат взысканию с руководителя общества, если он, действуя неразумно и недобросовестно, причинил ущерб обществу или его кредиторам. Как показывает практика, виновными в подобных убытках могут быть и другие лица, участвующие в деле о банкротстве, — арбитражные управляющие, кредиторы и даже регулирующие органы. Но все они не относятся к контролирующим должника лицам.

Термин «контролирующее должника лицо» (КДЛ) появился в законодательстве о банкротстве не сразу. Кто же является контролирующим должника лицом в понимании законодателя? Это понятие раскрывается в ст. 61.10 Закона о банкротстве как «физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий».

Основной критерий отнесения к КДЛ — наличие у лица фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия. Таким образом, круг таких лиц не ограничивается исключительно принадлежностью к формальным руководителям или собственникам должника. Более того, для собственника есть еще дополнительный критерий в виде размера контролируемой им доли в уставном капитале. Десятый арбитражный апелляционный суд в Постановлении от 08.09.20211 к КДЛ относит лиц, выполняющих функции единоличного исполнительного органа должника или владеющих таким размером доли в уставном капитале общества, который позволяет им влиять на решение общего собрания и давать согласие на совершение сделок.

При этом «номинальным» руководителям также не удастся избежать ответственности. Позиция ВС РФ на этот счет вполне однозначна: «Номинальный руководитель не утрачивает статус контролирующего лица, поскольку подобное поведение не означает потерю возможности оказания влияния на должника и не освобождает номинального руководителя от осуществления обязанностей по выбору представителя и контролю за его действиями (бездействием)2».

В законодательстве основная роль правового регулирования взыскания с КДЛ убытков в процедуре банкротства принадлежит Федеральному закону от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)». Процессуальный порядок рассмотрения заявления о взыскании убытков в случае возбуждения в отношении организации дела о банкротстве таков: требование о возмещении убытков, причиненных действиями (бездействием) ее руководителя, подлежит рассмотрению в рамках дела о банкротстве в формате обособленного спора.

Правом на обращения в суд с заявлением о взыскании убытков наделен широкий круг субъектов — по сути, таким правом обладают все участники дела о банкротстве: арбитражный управляющий, конкурсные кредиторы, уполномоченные органы. В настоящее время судебная практика расширяет круг этих лиц, допустив возможность подачи таких заявлений и непосредственно самими КДЛ.

Лицо, которое считает, что его имущественным интересам нанесен материальный ущерб, должно предоставить необходимые доказательства для взыскания убытков. Это становится основной проблемой в подобных спорах, так как часто суды отказывают во взыскании убытков, если заявитель не смог сформировать сильную, качественную доказательственную базу, обосновывающую его притязания к истцу.

Правовое понятие «убытки» определено в ст. 15 ГК РФ и включает в себя реальный ущерб и упущенную выгоду.

Что же следует понимать под убытками в рассматриваемой ситуации при банкротстве должника?

Хозяйственная деятельность любого общества всегда сопряжена с определенными рисками, в том числе с риском причинить обществу убытки неразумным и недобросовестным действием или бездействием руководителя. Так, к убыткам можно отнести денежные средства, уплаченные контрагенту без подтверждающих документов или неэквивалентные рыночной стоимости полученного от контрагента встречного исполнения; невзысканные дебиторские задолженности; безосновательно прощенный контрагенту долг; непринятие своевременных или надлежащих мер для сохранности имущества должника и многое другое. Например, нередко среди причин причинения убытков встречаются необоснованные выплаты завышенной заработной платы или вознаграждения самому себе.

Безусловно, само по себе наступление негативных последствий для общества в период деятельности руководителя не свидетельствует о его недобросовестности. Как подчеркнул ВАС РФ в одном из пленумов, «предпринимательская деятельность всегда сопряжена с имущественными рисками для юридического лица», поэтому ключевое значение приобретает наличие вины руководителя в таких негативных последствиях.

В конкурсном производстве должнику-банкроту может быть причинен вред и КДЛ, и конкурсным управляющим, и иными лицами — как самостоятельно, так и совместно. Представим себе ситуацию: конкурсный управляющий должника намерен взыскать убытки с бывшего руководителя. Для этого управляющему необходимо будет собрать доказательства, а именно:

  • доказать, что убытки возникли в момент, когда лицо было руководителем;
  • доказать, что убытки возникли из-за незаконных действий (бездействия) руководителя;
  • доказать вину лица в причинении убытков;
  • определить размер убытков.

Недоказанность даже одного из перечисленных обстоятельств вполне может стать безусловным основанием для отказа суда в удовлетворении заявления управляющего. Доказанность всей требуемой совокупности условий для взыскания убытков, безусловно, необходима.

Единственное исключение в совокупности перечисленных элементов доказывания — это размер убытков. После принятия Постановления Президиума ВАС РФ № 2929/11 от 06.09.2011 у заявителя появилась возможность добиться взыскания убытков, даже если не установлен размер этих убытков (при условии, что все остальные элементы доказаны). И суды на практике уже нередко определяют размер убытков при рассмотрении заявления на основании принципа справедливости и соразмерности ответственности. К слову, до принятия упомянутого Постановления практика складывалась обратная — суды часто отказывали во взыскании убытков при отсутствии установленного размера убытков.

Взыскание убытков в процедуре банкротства может носить двусторонний характер. Так, заявления о взыскании убытков могут быть поданы, например, кредиторами (а в настоящее время и КДЛ) в отношении самого конкурсного управляющего. Основаниями могут послужить действия или бездействие управляющего в ходе банкротства предприятия — например, то, что он не взыскал дебиторскую задолженность, не обеспечил сохранность имущества должника, небрежно провел инвентаризацию имущества должника и другие причины.

Важное место в судебной практике занимает Определение Судебной коллегии по экономическим спорам ВС РФ от 14.11.2022 № 307-ЭС17-10793(26-28) по делу № А56-45590/2015. Это Определение содержит ответы на спорные правовые моменты, возникающие в делах о взыскании убытков. Так, Судебная коллегия установила временные рамки возможности причинения вреда должнику. Контролирующие лица могут причинить вред должнику как до признания его банкротом, так и в ходе конкурсной процедуры вплоть до ликвидации юридического лица. Верховный Суд также напомнил конкурсному управляющему, что он должен заботиться о рентабельности производственной деятельности предприятия должника-банкрота во время конкурсного производства, если предприятие продолжает свою хозяйственную деятельность.

Описанная в Определении суда ситуация вызывает интерес и неординарностью предъявляемых требований. ООО «Инжпро» обратилось в Верховный Суд с кассационной жалобой, содержащей требование о взыскании убытков, причиненных должнику и кредиторам за счет реализации противоправной бизнес-модели. Заявитель утверждал, что схема правоотношений, при которой обществу-должнику не только не доставалась прибыль от его производственной деятельности, но, напротив, оно продолжало накапливать убытки, построена не только конкурсным управляющим, но и согласованными действиями группы лиц, включавшей в себя банк, а также общества — кредиторы должника: «МФЦ Капитал» и «Северная целлюлоза». Вся прибыль при этом доставалась участникам группы. Верховный Суд в этом споре отметил экономическую нецелесообразность такой бизнес-модели и направил дело на новое рассмотрение. Результат этого рассмотрения предположить несложно.  

Отмечу, что сделки, которые принесли убытки, но впоследствии были признаны судом недействительными, не могут служить основанием для взыскания убытков с руководителя. Эта позиция изложена в Определении Арбитражного суда Московского округа 03.11.2022 № Ф05-22524/2018 по делу № А40-91122/2017. В рамках дела о банкротстве ООО «Маркон плюс» были признаны недействительными сделки с участием должника, в качестве последствий признания сделок недействительными восстановлено право требования ООО «Маркон плюс» к ООО «БСП» на общую сумму 11 034 316,76 рублей. В связи с этим суды пришли к выводу об отсутствии на стороне должника убытков, причиненных в результате указанных действий.

В заключение замечу, что ответственность в виде взыскания убытков — растущая тенденция в судебной практике, поэтому она ждет каждого директора, который своими неразумными и недобросовестными действиями (бездействием) причинил ущерб обществу. Уберечься от шанса приобрести статус ответчика в деле о взыскании убытков можно, лишь проявляя должную осмотрительность и соблюдая принципы разумности и добросовестности при ведении хозяйственной деятельности.

После анализа позиции Верховного Суда можно с уверенностью утверждать, что отсутствие у лица возможности контролировать общество не является безусловным основаниям для отказа во взыскании с него убытков. Взыскание убытков возможно и в отношении иных категорий лиц, участвующих в деле о банкротстве. Вывод суда о том, что отсутствие корпоративных связей между потерпевшим и причинившими вред лицами не может быть основанием для освобождения их от убытков, подтверждает — взыскание убытков может грозить не только контролирующему должника лицу, но и другим лицам, причастным к причинению вреда должнику.


1. Постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 08.09.2021 № 10АП-13916/2021.
2. Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве».